А сам он проник гораздо глубже.
– Я выбрал это для тебя, – говорит Руслан. – На свой вкус. Если не понравится, можно обменять.
Он подает мне квадратный футляр. Мои пальцы скользят по бархатной поверхности, где выбита гравировка известного на весь мир ювелирного бренда.
– Руслан, – поднимаю взгляд на него.
– Открой.
Щелчок задвижки – и я пораженно выдыхаю.
Блеск камней ослепляет. Свет преломляется в острых гранях, создавая иллюзию того, что бриллианты оживают, движутся и пульсируют, сверкая огнями.
В том, что это именно бриллианты, не сомневаюсь. Слишком хорошо знаю историю бренда. Другими камнями они не занимаются.
Особенная огранка. Идеальная чистота, в которой легко угадывается благородная синева.
Передо мной оказывается изящное ожерелье из переплетения платиновых звеньев и драгоценных камней. Интересная форма будоражит воображение. Не то цветы, не то миниатюрные буквы “Т”, расположенные замысловатым образом. Рядом полыхает браслет, выполненный в том же стиле, и сияют серьги, точно сотканные из искр.
– Это же настоящее сокровище, – шепчу.
Дотрагиваюсь до украшений. Прохладные камни мигом вбирают тепло моих пальцев. Кажется, загораются еще ярче.
– Хочешь примерить? – спрашивает Руслан.
– Конечно, – киваю.
Он достает ожерелье из футляра. Мягко собирает мои растрепавшиеся волосы в хвост, убирает на бок. Помогает мне надеть украшение, защелкивая затежку сзади. Механизм оказывается хитрый. Не сразу разбираюсь, как застегнуть серьги.
– Пойдем, – говорит Руслан и мягко подталкивает меня в сторону зеркала.
– Ты с ума сошел, – бормочу.
Бриллианты вспыхивают еще сильнее. Огонь в ледяных камнях только разгорается. Или все дело в смене освещения? Перед зеркалом света больше.
Руслан избавляет меня от простыни. Судорожно втягиваю воздух и рефлекторно прикрываю грудь, но он отводит мои руки.
– Смотри, Тая, – хриплый голос звучит над ухом. – Смотри, какая ты красивая.
Горячие ладони скользят по плечам. Пальцы обводят заострившиеся соски, опускаются ниже, прорисовывая хаотичные узоры на животе.
– Вся моя, – заявляет Руслан. – Только моя.
Прижимается ко мне сзади. Впечатывает тело в тело, не переставая скользить ладонями по телу. Его смуглые пальцы контрастно смотрятся на светлой коже.
Возбужденный член упирается в поясницу. Вздергивается, наливаясь мощью. Жилистый и твердый орган буквально опаляет меня пульсацией.
Руслан ловит мой взгляд в зеркале.
– Вот настоящее сокровище.
Сжимает меня в объятьях. А после резко разворачивает лицом к себе, впивается ртом в мои разомкнутые губы. Жадно пьет мое дыхание. А я пью его. И чувство такое, точно на нас двоих замыкается мир.
Руслан подхватывает меня на руки, относит обратно на постель. Его поцелуи все ниже и ниже. Язык доводит до изнеможения.
Оргазм обрушивается будто ураган. Сотрясает каждую клетку тела, заставляя мелко дрожать. Растекаюсь под диким напором.
Когда Руслан опять перемещается выше и укладывается рядом со мной, я с трудом свожу бедра. Воздух вокруг накален. Тело пробивает испарина.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Похоже, становлюсь такой же испорченной как и он, потому что едва отдышавшись, обхватываю напряженный член ладонью. Кожа здесь у него особенно горячая, прямо обжигает пальцы.
– Руслан, – роняю глухо.
Смотрю в черные глаза и растворяюсь.
Пусть эта ночь никогда не заканчивается.
+++
Мы лежим на смятых простынях. Лицом к лицу. Наши пальцы переплетены в замок. Мои бедра зажаты между мускулистыми ногами. Руслану важно чувствовать меня целиком и полностью.
На часах полночь.
– Ты не голоден? – спрашиваю.
– Голоден, – усмехается. – Очень.
Подается вперед, жадно накрывает мои губы. Его язык толчком проникает в мой рот, выбивая кислород из легких.
– Я всегда по тебе голоден, Тая.
Играючи прихватывает мою нижнюю губу зубами. А потом прокладывает путь из влажных поцелуев по шее, трется щетиной, намеренно дразнит.
– Руслан, – улыбаюсь. – Я хочу есть.
– Блять, облом, – криво усмехается.
Зарывается лицом в мои волосы.
– Что ты хочешь? – спрашивает. – На кухне полно морепродуктов. Креветки, крабы. Короче, заказывай.
– А пицца там есть?
Он отстраняется и смотрит на меня.
– Просто пицца?
– Сырная, – решаю добавить несколько пожеланий. – С беконом и грибами.
– И все?
– Конечно, это не настолько изысканно, – пожимаю плечами.
– Это отлично, тоже хочу пиццу.
Доставка на яхте молниеносная. Опомниться не успеваю, как мы уже сидим на кровати, разделяем поздний ужин.
– Самая вкусная пицца, которую я пробовала, – признаюсь и тянусь за новым кусочком.
Расплавленный сыр. Сочный бекон. Грибы придают пикантный аромат. Тесто тончайшее. Пицца тает во рту.
– Что? – приподнимаю брови, поймав пристальный взгляд Руслана.
Он молчит, а я невольно смущаюсь. Набросилась на эту пиццу как будто неделю ничего не ела. Но я и правда проголодалась.
– Вкусно, – вдруг говорит Руслан. – С тобой все вкусно, Тая.
Еще сильнее смущаюсь. От этих его слов. От горящих черных глаз, которые смотрят так, словно касаются меня везде.
И вообще, я вдруг понимаю, что сейчас одета только в бриллианты. Напрочь забыла о простыни, ничем не пытаюсь прикрыться.
Настоящее безумие. Так почему бы не шагнуть дальше?
Мне тоже с ним вкусно. Мне нравится смотреть, как он ест. Как движутся мощные челюсти. Как ловко перемещаются его длинные пальцы, как напрягаются вены на массивных кистях. Хочется наблюдать за этими простыми действиями. Хочется находится рядом с ним всегда.
Я понимаю, что окончательно увязаю. Теперь ничего не поменять.
