Выжидать. Строить далеко идущие планы. Сука, нет. Точно не вариант. Тут действовать нужно, иначе обложат по всем фронтам.
Гниду пора раздавить.
– Должны быть другие доказательства, – говорю.
Киприот качает головой.
– Ничего нельзя обнаружить, – заключает твердо. – Думаете, я не пытался раскрутить этот вариант? Громкое дело. Если доказать его вину в тех событиях, то остальное по цепи потянется.
Ни одного свидетеля в живых. Дикий не в счет. Он ни черта не видел. А если бы и мог вспомнить какую-то важную информацию, кто бы стал слушать бывшего зэка? Еще и главного обвиняемого.
– Где записи взял? – повторяю.
– У программиста, который ими занимался, – мрачно отвечает Раптос. – Но этот человек уже давно мертв.
Без старых видео через новые ничего не доказать.
Опять тупик.
– Про Испанию новости не дошли? – спрашиваю.
– Нет, – хмурится Раптос. – А что в Испании?
– Тебе виднее, каких схемы твой клиент через Шейха мутит. Теперь ему придется набирать новые бригады продажных ментов, – бросаю взгляд на часы. – Этих прямо сейчас пакуют.
Через Колесникова многое вскрылось. Поэтому мой помощник как законопослушный гражданин обо всем сообщил.
Шейх сам не знал, что дорогу мне перешел дважды. Когда на чужой магазин пасть раскрыл и когда “силовики”, с которыми он давно общий бизнес мутил, уничтожили родителей моей женщины.
Схема по наследству в Испании тоже через него шла. Пусть и косвенно. Шейх не просто рядом с ментами терся. Он давно был связующим звеном.
– Вы зашли на опасную территорию, господин Черный.
– Не я.
Тут другой игру развернул. Решил, все и везде схвачено. А теперь расклад идет так, что ему не понравится.
– Вы даже не представляете, на каком уровне находится мой клиент. Против кого вы начали войну. Если бы вы знали, то бросили бы эту безумную затею.
– Так скажи, – наблюдаю за его реакций. – Кто он? Президент?
– Хуже, – заключает Раптос после долгой паузы. – Вы что, пытаетесь вызвать его на личную встречу? Плохая идея, господин Черный. Он не покажется, привык быть за кадром.
Покажется. Еще как. Когда придет время, когда я закончу то, что начал.
+++
В полночь прибываю на место, которое назначил Макар. Именно здесь десять лет назад произошла резня. Клуб закрылся. Помещение пытались продать, но дурная слава отпугивала всех потенциальных покупателей. Здание снесли. Теперь тут возвышается заброшенный склад.
Выхожу из тачки, направляюсь к железной двери.
Забиваю единственный возможный код. В тот же момент раздается щелчок. Я не сомневался, что только эта дата пойдет.
День рождения. И день смерти.
Под ребрами скребет. Перед глазами до боли знакомое лицо. Смех отбивается в ушах. Теплая ладонь опускается на мое плечо, а звонкий голос выдает:
– Приходи, Руслан, будет весело.
Что было бы, если я бы реально пришел?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Прошлого не исправить. Но блядь, всякий раз накрывает. А дальше приходит другое воспоминание.
Потухший взгляд. Дрожащий подбородок. И шепот бьет по нервам:
– Руслан…
– Я тебя вытащу. Клянусь. Вытащу. Слышишь?!
Единственная клятва, которую я не сдержал.
46
Но назад возврата нет.
Толкаю дверь склада и… пиздец.
Перед глазами вспыхивает неоновая вывеска “Картель”. Массивные стены из красного кирпича, резные деревянные окна, мраморные ступени с позолоченной отделкой ведут на порог здания, которого здесь точно быть не должно.
Я будто попадаю на десять лет назад. Доносится грохот знакомой музыки. Это любимая песня того, кого я так и не вытянул из ада.
“Молодые и злые”. Вот ее название. Ритмичная мелодия заставляет поморщится, а строчки бьют по нервам.
Бредовые слова. Один мат. Суть в том, что парень хочет заработать кучу денег и весь мир вертеть вокруг своего хуя.
Но суть не важна. Тут цепляет память.
За стенами склада скрывается точная копия старого клуба. До мелочей. Если бы я не знал, что здание разнесли до основания, то решил бы, хозяин заведения провел реставрацию.
Двери из затемненного стекла разъезжаются в разные стороны, пропуская меня вперед.
Внутри все тоже повторяет дизайн “Картеля”. Огромные дубовые столы, диваны из красной кожи, хрустальные люстры под потолком. Зеркальные стены. Шесты на стальных тумбах. Танцпол в центре. Второй этаж, где располагалось нелегальное казино и вип-комнаты. Барные стойки.
Только людей не хватает. Пусто.
Прохожу дальше, нахожу тот стол, за которым мы обычно собирались. Место на четверых. Я, Макар, Дикий и…
Оборачиваюсь и вижу брата. Он вырубает музыку, берет бутылку и выходит из-за барной стойки.
– Помянем, – говорит и подхватывает два стакана.
Киваю и усаживаюсь за стол. Выпиваю алкоголь залпом, а потом смотрю в сторону. Сталкиваюсь взглядом с братом.
Мы оба понимаем, кого здесь не хватает.
– Что за ключи ты нашел? – спрашиваю.
– Дикий не виноват.
– Это я знаю.
В глазах Макара мелькает удивление, но брат быстро берет эмоции под контроль и продолжает:
– А кто в ответе за все тоже знаешь?
– Выясняю, – киваю на стакан, чтобы повторил. – Тот же уебок, который подставил тогда Дикого. Имя надо пробить. Гад высоко забрался, шифруется.
– Я дам тебе имя, – усмехается Макар. – Даже два. Хотя хер знает, сколько их у него еще. Но я выяснил настоящее и то, которым он пользуется сейчас.
– Что хочешь взамен? – опять пью до дна, прищуриваюсь, наблюдая за братом.
– Выкупить твою сеть клубов.
– Не продается.
– Мирон ищет покупателя, – бросает хмуро.
