Гарри вздохнул.
Но что она делает в этом кафе? Это, конечно, приятное место, но явно не для нее.
Когда он увидел, как она пьет виски, то был шокирован, а переведя взгляд на ее компаньона, был сражен наповал. Тот совсем не был похож на прекрасного принца, как ожидал Гарри. Это был толстый пожилой мужчина с красным лицом.
«Кто они? Что они делают здесь?» — думал Гарри, пытаясь одновременно услышать, о чем они говорят.
Вдруг кто-то резко толкнул его и перевернул кружку. Гарри изумленно повернулся и оказался перед толстяком, который в это время занимал его мысли.
— Приятель! — воскликнул тот, цепляясь за руку Гарри. — Прошу простить меня.
— Неважно. Это может произойти с любым. В бокале оставалось только на донышке.
Толстяк глубоко вздохнул.
— Вы очень милы, — сказал он. — Но позвольте мне предложить вам что-нибудь выпить. Что вы хотите?
— Ничего. Благодарю вас. Я действительно не хочу пить.
У мужчины был смущенный вид. Его маленькие, налитые кровью глазки уставились на Гарри с настойчивостью горького пьяницы.
— Я не привык, чтобы так принимали мое предложение, — пробурчал он. — Если бы вы мне перевернули кружку, я бы показал! Возьмите виски. Ничто лучше виски не укрепляет дружбу. Эй, бармен! Двойной скотч для мистера.
— Спасибо, — сказал Гарри, пытаясь освободить руку. — Не беспокойтесь, ведь ничего не произошло.
— Вы ошибаетесь, — сказал толстяк. — Между нами, я вам кажусь немного пьяным?
Гарри колебался. Он не хотел раздражать приставучего алкоголика, а тем более доводить до бешенства, ведь поведение пьяного непредсказуемо.
— Да нет… — сказал он уклончиво. — Но вам, видимо, следует остановиться.
Типу явно понравилась эта формулировка. Он похлопал Гарри по руке.
— Совершенно верно. Люблю, когда мне говорят правду. Это все она. — Он махнул в сторону красавицы. — Вы знаете, как пьют сейчас женщины? Посмотрите. Я был совершенно трезв, когда встретил ее… Не выпьете ли вы с нами?
— Это не будет вам неприятно?
— Совсем нет. Напротив…
— А ей?
— Вы ей понравитесь. Это шикарная девчонка. Берите стакан и пошли. Мне лучше опереться на вас, так как ноги мои не очень слушаются сегодня.
Гарри взял стакан и подхватил мужчину под руку.
— Так пойдет? — спросил он.
— Прекрасно. Меня зовут Вингейт. Сэм Вингейт. А вас?
— Гарри Рикк.
— Теперь мы знакомы, — прокомментировал серьезно Вингейт. — Пошли, старина Викк.
— Рикк, — уточнил Гарри. — Гарри Рикк.
— А я и сказал Рикк. А теперь вперед, левой. Осторожно, и мы доберемся.
С этими словами они пустились в короткий, но опасный путь, который отделял их от стола, где сидела необыкновенная девушка.
Глава 2
Клер, положив ногу на ногу и облокотившись о стол, с непроницаемым видом смотрела, как подходят мужчины.
— Я представляю тебе мистера В-и-кка, — заикаясь, заявил Вингейт и тяжело плюхнулся на стул. — Я привел его сюда, потому что он уж-жасно одинок, бедняже-чка. Если ты возражаешь, то он уйдет. Он очень мил, и я к тому же перевернул ему стакан.
Клер взглянула на Гарри, а потом, ни слова не говоря, отвернулась.
Гарри почувствовал себя очень неловко. Он хотел уйти, но побоялся, что Вингейт может рассердиться.
— Я боюсь быть нескромным, — начал он, — поправляя галстук, — я…
— Прекрати! — воскликнул Вингейт. — Усаживайся, старина. Я же тебе сказал, что она будет рада с тобой познакомиться. Ты рада, не так ли?
Клер внимательно посмотрела на Гарри.
— Разумеется, — сказала она с сарказмом, — очень рада. Но обрадуюсь еще больше, если у мистера есть чем заняться, кроме того, как терять время с нами.
Гарри покраснел.
— Меня зовут Рикк. Гарри Рикк. И если вы не против, я вам скажу «до свидания». Спасибо за виски.
Вингейт, штопором вкручиваясь в относительную вертикаль, поднялся.
— Ни в коем случае, — завопил он. — Ты даже не прикоснулся к стакану. Что ты выпил? Ты сядешь, черт возьми, или я разозлюсь! Ты понял?
Разговоры вокруг прекратились. На них уже начали обращать внимание.
— Садитесь и замолчите, — произнесла Клер вполголоса. — Мне не хочется сцен.
Гарри сел.
Вингейт похлопал его по плечу:
— Молодец, старина, поговори с малышкой. У меня болит голова. Не обращайте на меня внимания. Развлекайтесь, а я немного отдохну.
Он вытер лицо носовым платком, закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Клер неприязненно посмотрела на него и отвернулась, оказавшись лицом к лицу с Гарри.
— Прошу простить меня, — сказал он ей тихо. — Но я совсем не хотел вам мешать. Уверяю вас, я…
Она раздраженно пожала плечами.
— Это ничего не значит. Если этот кретин не придет в себя через несколько минут, я ухожу.
Она уставилась на стойку бара, как будто ничто другое ее не интересовало.
Девушка все еще казалась ему необыкновенной, несмотря на хмурый вид, и Гарри был счастлив хотя бы сидеть рядом с ней.
— Хотите что-нибудь выпить? — предложил он, заметив, что стакан Клер опустел.
— Нет, спасибо, и не затрудняйте себя беседой.
Он был задет за живое. Несколько минут они молчали. Вингейт похрапывал, сидя на стуле. Гарри не отрывал глаз от Клер. Он не знал как выйти из этого дурацкого положения.
Глупо вот так сидеть и молчать рядом с такой красивой девушкой.
— Вам не надоело смотреть на меня? — спросила вдруг Клер.
Гарри улыбнулся.
— Извините меня, но я не могу отвести от вас взгляд. Не могу и не хочу.
— Ну, вот еще, — возмущенно пробурчала она и отвернулась.
Почувствовав внезапное вдохновение, Гарри начал цитировать вполголоса, как бы для себя:
— Величественная, как ночь, она идет под звездами…
Клер не шевельнулась, но он почувствовал, что она с трудом сдерживает смех.
— Я вас наверняка больше не увижу, — сказал он проникновенно. — Поэтому позвольте мне сказать, что я еще никогда не встречал такой красивой девушки, как вы.
Она посмотрела ему в глаза.
— Вы совсем сошли с ума и к тому же удивительно пошлы.
Но тем не менее…
Девушка смотрела на Гарри уже с интересом.
— Это только потому, что вы мне кажетесь красивой.
— Правда?
Она взглянула на него внимательнее.
Парень относился к той категории мужчин, с которыми она обычно не встречалась. Молод, без денег, с приятной улыбкой, в глазах нет того пошлого огонька, который она всегда видела у остальных, с которыми виделась в первый раз.
Но больше всего ей понравились его глаза, чистая кожа и белые зубы. Она и сама была удивлена, почувствовав, как исчезает ее враждебность.
«А ведь мальчик не так уж и плох», — подумала она.
— Гарри Рикк, — протягивая руку сказал он, — - а вас как зовут?
Она нахмурилась.
— Это вас не касается, но, в конце концов… не все ли равно. Меня зовут Клер Доллан.
— Клер? Я когда-то изучал значение имен. Вы знаете, Клер по-латински означает вспышку, молнию, славу.
— Вы мне морочите голову?
— Нет… Я серьезно… Эта книга до сих пор у меня. Если хотите, я вам ее дам почитать.
— Меня это не интересует, — сказала она и снова замолчала.
— Вы часто приходите сюда? — спросил наконец Гарри.
— Нет, не часто. Последний раз я была здесь во время войны в день последнего налета.
Эта фраза дала Гарри возможность сказать, что прежде, чем стать солдатом, он был шефом бомбоубежища в ста метрах отсюда, поэтому он и привык к этому бару.
— Это приятный бар, — начал он. — А вы что делали во время войны?
— Ничего, — она пожала плечами, вспоминая поездки в такси с американскими офицерами и схватки с наглыми мужиками с применением дзюдо. — Женщины не могут делать ничего героического во время войны, — добавила она с улыбкой. — Я была к тому же слишком молода.
Гарри знал женщин, которые во время войны сделали гораздо больше, чем он, и которые были не старше, чем Клер. Он знал одну девушку, которую забросили во Францию и которую расстреляли в застенках гестапо.
Ясно, такую девушку, как Клер, трудно представить занимающейся бомбоубежищами, командующей женскими подразделениями, или работающей на оборонном заводе.
Внезапное пробуждение Вингейта нарушило их уединение. Он немного протрезвел и решил, что пора еще выпить. Засунув руку в карман, он обнаружил, что бумажник исчез. Довольно небрежно он порыскал по своим карманам. Гарри и Клер молча смотрели на него.
— Вы что-то потеряли? — спросил Гарри, надеясь, что Сэм скоро заснет.
Не отвечая, толстяк поднялся и начал выкладывать на стол содержимое своих карманов со все возрастающим раздражением и беспокойством.
