Читаем без скачивания Слуга Света - Павел Филатов

— А Тьма?

— Что Тьма?

— Она тоже помогает эвакуировать отсюда людей?

— Нет. Это же мир Света, и если бы выяснилось, что здесь находились агенты Тьмы, то разразился бы крупный скандал. Да и нет в их помощи необходимости. Возникни у местных жителей такое желание — покинуть этот мир — то сюда бы отправилось столько работников Станции и агентов, которые умеют самостоятельно открывать двери на Станцию, сколько бы потребовалось. Проблема в том, что никто особо спасаться не желает.

— Но почему? Да, они не могут причинить вред другим живым существам, но зачем они причиняют вред сами себе? Кого они спасают, оставаясь здесь и обрекая себя на верную смерть? Это же просто абсурд!

— Артем, если бы кто-то знал, почему все так, а не иначе, то смогли бы найти доводы, подобрать нужные слова, чтобы всех переубедить. Приложили бы для этого все силы. Только понять смысл их поступков так никто и не может.

— А если принудить?

— Свет всегда выступал за свободу выбора. Он никому ничего не навязывает — каждый должен решить сам. Да и невозможно никого спасти насильно. Я не говорю про этот конкретный случай, а вообще. Каждый человек сам творит свою судьбу — живет правильно или грешит. Религия помогает, но первый шаг к спасению души, человек должен сделать и сам. Так и здесь. Можно было бы принудить. Но разве возможно привести к счастью под дулом автомата? Они сделали свой выбор, и, каким бы неправильным он не казался со стороны, мы вынуждены его, если и не уважать, то смириться с ним, принять.

Я покачал головой.

Зловредная мошка назойливо кружила у моего лица, и не думала улетать. Чем же я ей так приглянулся? Даже репеллент, который должен был отпугивать от меня всех насекомых, ничуть не помогал, что уж говорить про мои нелепые размахивания руками. Мошка все это просто не замечала, и уже минут пять назойливо преследовала меня, назойливо жужжа то у одного уха, то у другого. Сколько я не целился, прихлопнуть насекомое все никак не удавалось — это меня жутко бесило.

Мир вокруг ничуть не изменился. По голубому небу все так же лениво плыли облачка, воздух был все так же чист и свеж, а изумрудные листочки, под легкими порыва ветерка, шептали нечто таинственное. Красота и безмятежность. Окажись мы в фильме, наверняка бы изменились краски — они бы сталь приглушенней. Над миром будто бы повисла тень угрозы, которая не просто ощущалась, но и была видна. Жаль, что в жизни все не так. Ничто не сможет подготовить тебя к опасностям будущего, если сам не будешь внимателен и осторожен. Никто не поможет тебе с выбором — ты сам должен постоянно думать, взвешивать все "за" и "против", тщательно просчитывая все свои поступки, чтобы потом не пришлось о них жалеть. Ведь это не фильм, который можно поставить на паузу, и не игра, в которой можно "сохраниться", а потом пройти все заново. В жизни нельзя ничего переиграть или начать все заново. То есть, начать-то можно, но каждое такое новое начинание будет означать лишь то, что незадолго до него, ты рухнул на самый низ. Где-то просчитался, чего не учел, что-то не продумал, сделал неверный выбор. И все рухнуло в единый миг, а тебе приходится начинать все заново. Странно это все. Странны даже сами по себе эти мысли. Раньше, я никогда не задумывался ни о чем подобном. Неужели взрослею?..

Шли мы, как и в прошлый раз — цепочкой. Алан бодро, будто это и не он вовсе восстанавливается после недавнего ранения, впереди, а я следом. На плечах у него висел яркий рюкзак, в котором был лишь один предмет — сфера Дерека. Все наши немногочисленные вещи, который мы взяли на всякий случай, были аккуратнейшим образом сложены в моем рюкзаке. Необходимости в них не было никакой — мы собирались закончить все наши дела в течение одного этого дня. Но Алан настоял на своем, сказав, что запас лишним не бывает. Поэтому мне пришлось тащить с собой сменную одежду, аптечку, предметы гигиены и несколько банок консервов. Не сказать, чтобы очень тяжело, но без рюкзака было бы все же гораздо легче.

Аллейн уже не в первый раз удивил меня своей какой-то спокойной торжественностью и величественностью. Красивая архитектура, чистые улочки, приветливые люди. Я все больше и больше влюблялся в этот город. В городе было огромное количество, всяческих парков и скверов, памятников, отнюдь не загаженных меткими птицами, домов с оригинальной архитектурой. Едва ли не на каждом углу были небольшие уютные кафе. Я очень надеялся, что после задания мы не сразу отправимся на Станцию. Что у меня еще будет время неспешно побродить по этим улочкам. Сейчас Аллейн открыто улыбался нам приветливо и ослепительно, но увидеть его душу, прочувствовать его суть и дух, можно было лишь во время неспешной прогулки. Бродить по незнакомому городу, переходя с улицы на улицу, нырять с головой в колодца дворов, и, тогда, рано или поздно, он непременно откроется. Ты увидишь его не таким, каким он кажется, а тем, чем является на самом деле.

Через несколько минут Алан сдался и остановил экипаж. Как бы он не храбрился, сколько бы ни глотал всевозможных таблеток, восстанавливаясь после тяжелого ранения, ему были вредны такие длительные нагрузки.

Естественно, он ни словом об этом не обмолвился. Сказал лишь, что заблудился, а я сделал вид, будто поверил ему.

Так совпало, что нам достался тот же номер в гостинице, что и в прошлый раз. Сам не знаю почему, но я этому обрадовался.

— Когда у тебя назначена встреча с заказчиками? Да и зачем тебе с ними снова встречаться? — спросил я, проигнорировав шкаф, и запихнув свой рюкзак под кровать.

— Они должны все окончательно одобрить. Принять, так сказать, выполненную работу, — Алан прилег на кровать. — Что же до встречи, то все просто. Нам с тобой нужно будет прогуляться в одно место. Это очень уютное кафе. Заходил я в него в наш предыдущий визит. Бармен работает на заказчиков. Скажем ему, что задание выполнено, а он уже самостоятельно донесет информацию до нужных людей.

Мне с трудом удалось сдержаться, чтобы не поморщится. Снова тайны, конспирация, опять уже поднадоевшая игра в шпионов.

Если бы я высказал свои эмоции Алану, то он бы наверняка обиделся, поэтому я спросил иное:

— А время зайти в одно местечко, у нас найдется?

— С Даной хочешь встретиться?

— Да, очень. Я же выполнил обещание данное эру Серхио, а он, как бы себя не вел, честный человек и не станет нам с ней теперь мешать.

— Тебе не кажется, что ты забегаешь вперед? — улыбнулся Алан. — Угроза еще никуда не деалсь — вампиры все так же реальны и уже, наверняка, многочисленны. Мы с тобой, скорее всего, даже не увидим, как подействует изобретение Дерека, потому что к этому времени будем на Станции.

— Алан, ну пойми ты, я по ней соскучился! Я даже о родителях сейчас столько не вспоминаю, сколько о ней. Может быть, мы расскажем эру Серхио о средстве? Он ведь не глупый мужчина и сможет понять, что пускай сейчас и не до конца, но я, фактически, исполнил свое обещание.

— Это вряд ли. — Мне показалось или Алан побледнел? — Пока еще не пришло время делиться с ним такими секретами. Все будет строго по плану. Мы используем изобретение Дартера, потом ты отправишься домой, чтобы успокоить родителей. А месяца через два-три, по местному времени, вернемся сюда и посмотрим на результат. Если все сработает так, как я рассчитываю, то опасность будет устранена, и ты сможешь общаться с Даной столько, сколько тебе заблагорассудится.

Он что-то от меня скрывает, поэтому так тщательно пытается перевести тему разговора, в красках рисуя передо мной картины счастливого будущего.

— Алан, дружище, тебе не кажется, что пришло время, рассказать мне, что представляет из себя Сфера? И почему ты, в самом деле, не хочешь рассказать о ней эру Серхио?

Алан не ожидал, что я столь резво перескочу на эту тему. Он подумал, что я не заметил, как он изменился лицом в этом момент. Но я-то заметил и сделал соответствующие выводы.

— Только не надо говорить мне, что еще время не пришло! Если не сейчас, то когда же?

Алан тяжело вздохнул:

— Не доведет тебя любопытство до конца! Поверь, будем гораздо проще, если ты не будешь знать, как это подействует. Просто знай, что с большой долей вероятности, о вампирах уже можно будет, не беспокоится.

— Мне хочется узнать правду. Думаю, что я это заслужил.

Алан открыл глаза и строго посмотрел на меня.

— Хорошо. Ты действительно имеешь на это право. Скажи мне, как ты подумал, действует это средство?

— Ну, я подумал, что в сфере содержится некий газ, безвредный для людей, но смертельно опасный для вампиров. Мы этот газ распыляем, и вампиры сами по себе отбрасывают лапки.

— Приблизительно так все и обстоит, хотя и не совсем. В сфере действительно содержится уникальный по своим свойствам газ. Он распространяется по воздуху, от человека к человеку. И действует он как раз таки на людей — для вампиров он совершенно безвреден.