Если бы мальчишки приглядывались, то заметили бы, что Бранка давно сбросила маску скучающей королевы. Она следила за схваткой с неподдельной, всё возрастающей, тревогой. И как раз когда противники изготовились ко встречному броску, прозвенел её голос:
— Будет! Довольно!
Ребята опустили руки, всё ещё по-боевому дыша. Гоймир поморщился:
— Не ко времени крикнула. Я едва разнёсся...
Олег подставил ладонь и засмеялся, когда Гоймир неумело хлопнул по ней.
— Красивая схватка, — оценил Олег. — Давай одеваться. И... — он украдкой взглянул на Бранку, — ... я всё-таки пойду по своим делам. А вы сходите посмотреть на картину Одрина.
* * *
Уже со следующего утра Олег окунулся в донельзя привычный ритм спортивного лагеря — могло показаться, что он всё-таки очутился там, куда не мог попасть на Земле из-за переезда. Три десятка подростков постарше всё своё время посвящали теперь практически исключительно военной подготовке — от пробежек с камнем на плечах до боевых стрельб. Племя Рыси начало всерьёз готовиться к мести за предательски убитых в Зелёных Садах.
До начала этих тренировок Олег самонадеянно считал, что его классное умение спортивного фехтования даст ему преимущество перед местными. Так было во всех книжках, которые он читал — в «Дипломированном чародее» Спрэг деКампа, в «Дороге Славы» Хайнлайна, у того же пресветлой памяти Крапивина... Но тут с первых же секунд первой же учебной схватки он пожалел о том, что не записался в клуб, когда Юрка звал. Мечом — на треть короче и в два с лишним раза тяжелее спортивной шпаги — фехтовать в привычном смысле слова было нельзя, невозможно. Кроме того, у него просто отсутствовало остриё — он предназначался только для мощных рубящих ударов. Плюс к этому, дрались обеими руками, держа в левой камас и используя щит на левом локте... Короче говоря, Олег попал в аутсайдеры, что больно ударило по самолюбию — и в любую свободную минуту он занимался с Гоймиром или с Йериккой. Со вторым это получалось лучше — Гоймир был никуда не годным учителем и быстро начинал горячиться.
Реванш взять удавалось по стрельбе — тут уже Олег выступал в роли инструктора. Жаль только, что патронов было очень мало и на тренировки их выделяли более чем скупо...
... В этот раз Олег сражался с Йериккой. Тот был, пожалуй, лучшим бойцом на мечах во всём племени, что в немалой степени воодушевляло Олега — ведь и Йерикка родился и рос в городе. Кроме того, рыжий горец обладал непробиваемым терпением и вкусом к обучению — умел повторять без срывов снова и снова одно и то же, никогда не ленился показать подробно любое, пусть и самое сложное, движение. Кроме того, он ещё и ухитрялся разговаривать во время схватки.
— Запомни, — Йерикка наступал, парируя встречные удары Олега щитом, — то, чему я тебя учу, это не данванский гессадрер, не искусство. Наша цель — за минимальное количество времени максимально изрубить как можно больше противников с наименьшими потерями. Что угодно для того, чтобы вывести врага из строя! Даже не убить — главное, чтобы он перестал сражаться. Ты его обезвредил — и сразу к другому! Вот так!
Меч вырвался из руки Олега и с длинным гулким лязгом ударился о стену дома, за которым они фехтовали. Клинок Йерикки, свистнув, оставил на шее Олега угольную отметку от обматывавшей его тряпки — землянин схватился за чувствительно ушибленное место.
— Ладно, пока хватит, — Йерикка прокрутил в воздухе своё оружие.
Олег, ворочая шеей, пошёл за мечом; Йерикка уселся у стены и хлопнул рядом по вереску, доставая из сумки на поясе пару яблок. — Посидим немного.
— А что такое гессадрер? — спросил Олег, опускаясь рядом. Йерикка протянул ему яблоко, хрустнул своим, прожевал кусок и только тогда ответил:
— Данванское развлечение. Похоже на твоё фехтование. У них многие этим увлекаются.
Подушка вереска приятно пружинила. Тут, за домом, не было здешнего постоянного ветра, пригревало спокойное солнце, и Олег, щурясь на него, глубо вздохнул, расслабляясь. Йерикка искоса посматривал, поглаживая лезвие меча. Оба мальчика молчали, постепенно задрёмывая.
— Так мы уснём, — Йерикка зевнул, лязгнул зубами. — Пошли, вставай, — он ткнул локтем Олега в бок. — И помни, что человеку боги дали две руки, одну — чтобы нападать, другую — чтобы защищаться! Это не бог моей матери Дьяус Однорукий.
— Почему он однорукий? — осведомился Олег, становясь перед Йериккой.
— Вторую руку ему оторвал Астовидату Расчленитель, когда они боролись. Правда, Дьяус всё равно связал его и посадил на цепь...
— Оторвал этот... Астовидату? — поинтересовался Олег. — А не волшебный волк откусил? — ему вспомнились скандинавские саги.
— Нет, при чём тут волк, — пожал плечами Йерикка.
— А народ твоей матери, анласы — они какие? — спросил Олег. Йерикка признался:
— Я же их редко видел, да и не жил с ними никогда... Дикие даже по сравнению со здешними горцами... Вот, может, когда поедем на ярмарку — увидишь их. Они иногда добираются в эти места. Последнее время — чаще, потому что со своих земель за проливами начали уходить... Готов?
— Готов, — кивнул Олег, но тут же спросил. — Йерикка, а почему у вас нет волхвов?
Йерикка посмотрел на Олега расширившимися глазами, словно очень и очень удвился вопросу. Потом дёрнул плечо, отвернулся и несколько раз воткнул кончик меча в землю, как будто очищал его от чего-то.
— Почему ты спросил об этом? — голос Йерикки был безмятежен и равнодушен.
— Ну... мне всегда казалось, что, если есть боги, то должны быть и эти,
— Олег взялся за камень в кладке фундамента, покачал. — Служители культа.
— Кто?! — на этот раз Йерикка на самом деле изумился и не пытался этого скрыть. — Какие служители?!
— Культа, — растерянно промямлил Олег. — Это...
— Не, я понял, — поспешил Йерикка. — Я только не понял, волхвы-то тут при чём?
— Ну, разве не они типа там с богами говорят? — у Олега внезапно возникло ощущение, что они с Йериккой внезапно переключились на разные языки; он говорит по-португальски, а Йерикка отвечает ему на кечуа.
— Каждый может сам говорить с богами, если захочет, — покачал головой Йерикка. — Мы не христиане, нам не нужны посредники и специальные места для беседы со своими родичами... Так в вашем мире волхвы говорили с богами? Не может быть.
— Так в истории сказано, — возразил Олег. Йерикка засмеялся:
— А я читал историю, где сказано, что до прихода всех благ с Невзгляда в Мире процветали скотоложество, кровосмешение и людоедство. Её написали для нас верные слуги данванов... А кто писал историю для ваших школ?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
