отвечаю я ребенку. Тот замирает на месте и даже не шевелится.
– Вы точно не та жизнь, что я почувствовал. Ваши мысли где-то вблизи меня. Но тут никого нет. Жизнь же где-то там, – и он поднял руку, показывая примерное направление. – Так кто вы?
И что ему ответить.
Да, пожалуй, часть правды, ту, которую он сможет воспринять.
– Я такой же, как и ты, но не полностью. Во мне есть частичка одного из созданий Творца. Но именно она и не позволила тебе сейчас убить меня.
– Такой же, как и я… – неужели я услышал неподдельное изумление в голосе ребенка.
И он делает несколько шагов по направлению ко мне.
– Стой, – произношу я, – хоть ты и не убил меня, но можешь погубить моих спутников. Лучше я подойду к тебе.
После чего спокойно иду в сторону неизвестного.
Сейчас я полностью контролирую ситуацию и знаю, как его уничтожить, если это вдруг потребуется. Но я очень надеюсь на то, что мы обойдемся без этого.
Этот ребенок начал диалог со мной и начал он его с того, что постарался спасти.
Вот я прохожу метр, второй. Третий. И останавливаюсь, практически наткнувшись на мальчика.
Теперь у меня нет совершенно никаких сомнений в том, что это ребенок. Только вот такую расу я до сих пор не встречал.
«Хотя нет, – мысленно поправился я, – он очень похож на элементалей, если бы те приняли образ своей стихии».
И только тут до меня дошло.
«Так может у них есть еще одна, так сказать, истинная или первородная ипостась, когда они и должны выглядеть, как отождествляемый с ними стихийный элемент?»
Вполне возможно. Просто до сих пор я с подобным не сталкивался.
Но вот этот ребенок выглядел именно так.
– Вы кто? – прошелестела мысль в моей голове, – я подобных вам не встречал. Хотя… я мало кого встречал до этого момента… Но вы точно не похожи на тех созданий, которых я видел у Творца.
– Да и такого, как ты, я до сих пор не видел еще.
Мальчик кивнул головой.
– Но теперь я не сомневаюсь, что вы тоже связаны с моим Творцом, – добавил он и показал в мою сторону, – у вас такая же защита, что была и у него. Только он и еще несколько созданных им существ могли приблизиться ко мне настолько близко. Но лишь Творец мог при этом еще и общаться со мной. Остальные тратили все свои силы на то, чтобы я не уничтожил их. Они даже двигаться не могли, оказавшись вблизи меня. Но при этом вы значительно отличаетесь от Творца. Его я чувствовал. Вас же я смог увидеть, когда вы только позволили это.
И ребенок оглядел меня с ног до головы.
– Мне кажется, что вы опасны даже для меня и сможете уничтожить меня в любое мгновение.
После чего он сделал небольшой шажок вперед.
– Да, это так, – произнес он, – я чувствую. Вы уже уничтожили несколько существ, созданных Творцом.
И, будто только сейчас сказанное дошло до этого странного ребенка, он с каким-то нереальным спокойствием и безмятежностью, а также с готовностью принять неизбежное, спросил:
– Так та жизнь, что я почувствовал, это лишь приманка? И вы пришли уничтожить меня? Вы «стиратель»? Другие, из тех, кто хоть что-то помнит или знает, мне говорили о том, что Творец создал когда-то того, кто должен будет уничтожить нас, когда в нас отпадет необходимость. И они называли его «стиратель».
После чего этот мальчик стал дожидаться моего ответа.
– Хм, – протянул я, – нет, я не тот, кого ты назвал «стиратель», – но заметив некое недоверие в глазах встреченного мальчика, добавляю: – Да, мне приходилось уничтожать творения вашего создателя, – и немного подумав, заканчиваю, – включая и то, что когда-то убило и его самого.
Парень несколько заторможенно кивнул.
– Так вот что послужило причиной его исчезновения, это не война, которую он проиграл. Это одно из его созданий… Я сам об этом не подумал…
После чего ребенок вновь посмотрел в мою сторону.
– И что вы сейчас будете делать? – спросил он.
– Даже и не знаю, – честно ответил я ему, – тут, в подземельях, мы оказались по своим делам, и я как-то даже не рассчитывал на нашу с тобой встречу.
Но поглядев на парня, я достаточно честно продолжил говорить:
– Только вот и отпустить тебя я просто так не могу. Не знаю, каким этот мир был раньше, в момент твоего появления, только сейчас он во многом изменился, и ты теперь представляешь опасность для всего окружающего. Включая и моих друзей, что остались за моей спиной…
– Так вы меня все же убьете? – как констатацию факта, резюмировал этот невысокий мальчик. – Сам я, как это уже понятно, ничего вам сделать не могу. Иначе вы бы уже давно были уничтожены.
– И тебя это устраивает? – раздумывая, спросил я.
– Я существовал очень долго, – достаточно равнодушно ответил тот, – рано или поздно меня должны были уничтожить. Даже Творец говорил о том, что надобность во мне когда-нибудь отпадет. Так что я готов…
И ребенок посмотрел мне прямо в глаза, а потом добавил:
– Это все равно гораздо лучше, чем и дальше оставаться запертым здесь, в подземельях, или вернуться в лабораторию. А зная, что я опасен для мира снаружи, я теперь туда не стал бы подниматься. И проводить оставшееся время тут…
И парень развел руками.
– Я готов… – уже достаточно уверенно произнес он.
«М-да, – мысленно протянул я, – как-то я не ожидал встретить именно такого вот монстра, который готов умереть сам, лишь бы не причинять вреда другим. Но и оставлять его тут… Он сам сказал, что для него смерть будет более приемлемым выходом».
А потому я уже с интересом и сам посмотрел в его сторону.
Что я могу для него сделать?
* * *
«Так, Пандора, Ведунья, – обратился я к своим помощницам, – у нас получится взять и его способность под контроль, точно так же, как мы когда-то давно сделали это для Дхимашады. Ведь, по сути, с ним никаких ограничений сейчас нет. Вот его метрическая структура. Я ее прекрасно вижу».
– При использовании опосредованного метода внедрения структура метрического модуля по принятию клановой метки распадется, даже не начав работать, как только попадет в зону воздействия метрического поля искомого объекта, – практически сразу ответила мне Пандора.
«Хм, все верно, – согласился я с нею, – но у нас есть и прямой способ внедрения. Правда, мы его ни разу не использовали, – сейчас я говорил о наследии, доставшемся мне от Кукловода, – но вот передо мной его
