метрическая структура, вот его энергетическое и информационные поля. И я могу создать наш управляющий модуль прямо внутри защищенного каркаса, где будет отсутствовать воздействие его метрического поля. Так как?»
– Провожу сканирование, – доложила Пандора, – необходимо подготовить преобразованный модуль усложненной конструкции.
«Зачем?» – удивился я.
И тут выяснилось самое важное.
– Объект с момента создания не должен был управлять своими способностями. Как следствие, естественный механизм их отключения не доступен. Веду разработку. Предварительно для его внедрения потребуется значительно больше времени, как следствие, объект получит более плотную обратную связь с оператором. Ранее подобного механизма обратной связи при внедрении клановой метки не использовалось.
«Какие последствия?» – уточнил я.
– Объект получит второй приоритет в иерархии работы с эгрегором оператора, после него самого.
«Э… Он что, станет моим прямым наследником?»
– Выводы оператора верны.
«М-да», – еще раз мысленно протянул я. Но решения менять не стал. Нужно дать этому странному созданию неведомого Творца его шанс. Хоть и столь необычным способом. Сделать из него своего прямого потомка.
По крайней мере, слова Пандоры можно было рассматривать еще и подобным образом.
«Нужно будет познакомить его с новой матерью и сестрами, – мысленно усмехнулся я, подумав о дриадах. – Вот они удивятся».
Но это так, мелочи жизни. Ее же проза стоит сейчас передо мной и бестрепетно ждет ответа на свой вопрос.
* * *
– У меня есть одно решение, которое позволит мне не убивать тебя, и при этом ты не будешь привязан к этому месту…
Мальчик кивнул, однако сказал в ответ:
– В ваших словах, так и чувствуется «но»… Так что вы не договорили?
– Это будет достаточно условная свобода, – серьезно сказал ему я, – ты не поверишь, но я уже однажды встречал кое-кого, очень похожего на тебя…
– Да, – спокойно произнес тот, – я догадываюсь, чем могла закончиться та встреча. И если мы сейчас говорим с вами, то, скорее всего тот, кто был похож на меня, мертв…
Я же усмехнулся.
– А вот здесь ты не угадал. Она жива. И жива она потому, что мы смогли сделать так, чтобы она перестала представлять опасность для окружающих. К тому же со временем у нее есть все шансы научиться не только сдерживать свои способности, но и осознанно пользоваться ими. Именно нечто похожее я и хочу тебе предложить.
– У вас ничего не выйдет, – серьезно посмотрел на меня мальчик, – я точно знаю, что никогда не смогу управлять своими способностями. Творец специально сделал меня таким. Это защита. Я не должен был попасть в руки его врагов живым, позволив им изучить меня и узнать его секреты.
– Да, я знаю это, – ответил я парню, – но у меня есть решение. И как раз это и есть то самое «но», о котором ты сказал…
Мальчик удивленно посмотрел в мою сторону.
– Вы можете исправить то, что создал Творец?
– Да, – только и ответил я, – я могу попытаться сделать это. И если у нас получится, то у тебя будет шанс…
– Я согласен, – даже не став дослушивать, ответил ребенок.
– Подожди, – все же притормозил я этого очень уж необычного мальчика, который своим возрастом может поспорить с вечностью, – ты должен будешь знать несколько вещей. Первая, и, пожалуй, самая важная. Ты станешь частью клана. Моего клана. Клана, главой которого я являюсь…
– Хорошо, – кивнул тот, – я не знаю, что такое клан. Но меня это не пугает.
– Хм, – пробормотал я, – это объединение людей, которые помогают друг другу и действуют на общее благо. Это если вкратце.
– Это как род или семья? – уточнил мальчик.
– Ну, почти, – сказал я ему, – потому что есть и второе «но». И оно как раз касается семьи. Ты войдешь в семью. Мою семью.
Тот несколько удивленно смотрит на меня.
– Почему? – только и спрашивает он.
– По-другому никак, – пожимаю я плечами, – иначе я не смогу тебе помочь.
– Это доверие, – говорит тот, глядя на меня, – я понимаю, что подобного мне не оказывал даже Творец. Я благодарен ему за то, что он меня создал. Но он же меня и должен был уничтожить, когда придет время. Только вот он даже никогда не рассматривал того, чтобы предложить мне стать просто членом хотя бы общества. Я был орудием. Вернее, оружием. Лучшим из того, что он создал.
– Да, – медленно произнес я, – и тебе придется принять это и согласиться с этим. Ты станешь моей семьей.
Тут парень почему-то достаточно долго молчал.
– Я готов, – твердо ответил он.
Я кивнул, подтверждая, что услышал его.
Только вот это было еще не все.
– А теперь самое важное, – серьезно посмотрел я ему в глаза, – когда-нибудь именно ты станешь во главе моего клана, и, если ритуал пройдет успешно, этого мы изменить не сможем.
Тот стоял и просто хлопал глазами. Видимо, последняя новость сумела все же пробить его тысячелетние равнодушие и отстраненность.
– Почему? – мне показалось, или он это прошептал.
– Потому что с этого момента это будет именно «твой» клан, – и слово «твой» я постарался выделить голосом, – и, как я сказал, этого уже не изменишь.
Мальчик стоял и очень долго что-то обдумывал.
– Вы так уверены во мне? – наконец, спросил он.
– Нет, – честно ответил я ему, – я даже не могу сказать, правильно я поступаю или нет, но одно я могу сказать точно…
– Что? – с какой-то странной надеждой спросил у меня он.
– Кто-то очень сильно постарался, чтобы мы встретились несмотря ни на что… И мы встретились… И как-то в случайность после этой нашей встречи я начинаю верить все меньше и меньше…
– Я не понял… – протянул этот необычный ребенок.
Пожимаю плечами.
Буквально сейчас у меня в сознании стала проявляться картина, которая все больше и больше обретала свою четкость. И именно ее я и постарался описать парню.
– По мнению любого, результат нашей встречи вполне предсказуем. Это смерть, смерть кого-то одного из нас. Только вот я не хочу, чтобы он был настолько предсказуем, и собираюсь внести в их игру ощутимую неопределенность этим своим решением. Теперь им придется считаться не только со мной, но и с тем, кто будет стоять за моей спиной…
И я поглядел в глаза мальчику.
– А это ты. Оружие Творца, которое тот сам считал лучшим из того, что он когда-то создал. Оружие, которое перестало им быть и приобрело свободу воли…
И я усмехнулся.
– Вот и посмотрим, как наша игра с этой перестановкой пойдет дальше…
– Вы очень странный, – немного подумав, ответил мальчик, – но я понял, о чем вы говорите. Тогда шла война и вы уверены, что она не закончилась сейчас. И кто-то,
