будет выглядеть весьма естественно. Скоро я присоединюсь к вам. Мы приедем открыто, и так же открыто поселимся здесь. А потом… - она не договорила.Муж накрыл её руку своей и, глядя в глаза, заключил:- Пожалуй, вы правы, дорогая. Нам следует положиться на Господа и его волю. – Простите мне мои сомнения!- Вам не за что извиняться, дорогой, - улыбка, делавшая её моложе, скользнула по бледным губам, оживляя болезненное лицо, - Мне приятно, что со мной вы искренны и не скрываете своих чувств, - глядя мужу в глаза, призналась Елизавета Алексеевна. - Сейчас вы вернули меня в наши юные годы, когда мы открыто доверяли друг другу самое сокровенное.Официальная причина приезда в южный город – здоровье императрицы, требовавшее смены климата - была известна всем. И только несколько человек были посвящены в истинные планы Александра.- Меня печалит лишь одно, - вздохнула женщина, опуская голову на грудь мужу.- Что же? – он нахмурился, в глубине души зная её ответ.- То, что нам вскоре предстоит расстаться… - сдерживая слёзы, шёпотом призналась она, дотрагиваясь пальцем до петлицы на его мундире.- Дорогая, видит Бог, я бы многое отдал, чтобы не расставаться с вами. Но иначе нельзя… Об обычном отречении не может быть и речи: в России такое не поймут. Остаётся одно – естественный уход. Всё должно свершиться привычным и законным порядком.- Но… вдруг вы ещё передумаете…– взволнованно, с затаённой надеждой заметила она.- Любовь моя, вы же знаете, что я должен до конца исполнить мой долг… - возразил Александр.- Долг перед кем? – отчаяние прозвучало в голосе бедной женщины. – Разве вы не отдали всего себя своей стране и народу?! Разве вы не прошли этот путь до конца?!- Да, но… - Александр внимательно посмотрел в глаза жене, - Елизавета, вы же, как никто понимаете, что моя душа ищет уединения иного рода… С юных лет я не чувствовал в себе способностей к царствованию… Настало время искупить свой грех.Он понимал, что делает ей больно. И от одной этой мысли приходил в отчаяние. Быть может, она права? Может, стоит оставить всё, отправиться инкогнито в отдалённый уголок и зажить тихо, как они всегда мечтали? Разве он не заслужил это всеми годами своего царствования? Однако его душа искала иного – мир с его яркими красками не привлекал его, более того, душил! Он действительно всё больше ощущал, что свет и все мирские дела словно лишают его воздуха. Ему хотелось свободы и уединения с Богом, в молитве и аскезе, чтобы ни одна живая душа не могла ему помешать в этом, отвлечь его на что-то мирское и суетное. Император жаждал покаяния!- Ах, мой друг, - с горячностью отозвалась супруга, - простите мне мою слабость! Конечно, я всё понимаю. И всем сердцем поддерживаю ваше решение. Я обещаю больше не докучать вам сомнениями. Простите мне мою слабость! - повторила она, будто пыталась уверить саму себя в том, что действительно проявила слабость.- Дорогая, - он коснулся губами её лба, - мне не за что вас прощать! Напротив, это вы должны простить меня, что я приношу вам так много страданий!- Ни слова больше! – она улыбнулась, хотя улыбка вышла натужной, и в голосе слышались слёзы. – Обещайте мне только одно!- Всё, что угодно, любовь моя! Всё, что в моих силах…- О, это просто – обещайте мне провести оставшееся время в спокойной жизни. Вдвоём, я и вы, как два простых человека. И когда настанет час расставания, я в своей памяти буду возвращаться в эти наши тихие дни, черпать силы в этих воспоминаниях и молиться о вас, чтобы ваша душа обрела желанное.- Обещаю, любовь моя! Эти дни мы будем жить друг для друга. И пусть Господь поможет осуществить наш замысел!Во время долгой дороги он сотни раз в мыслях прокручивал свои последние шаги, словно боялся что-то упустить. Впрочем, ничего важного и не планировалось, маневры и парады отменил – теперь они ни к чему – на осень был назначен смотр войск Второй армии, но тут и без него обойдутся, князь Волконский
*** справится прекрасно. Заехал в Невскую лавру. Встреча с митрополитом Серафимом была торжественной: в соборной церкви в присутствии архимандритов молились перед ракой Александра Невского. Потом митрополит пригласил его в свои апартаменты и представил ему схимника
**** , отца Алексея.Встречу с этим человеком Александр не забудет до конца своих дней: было в схимнике что-то необычайно светлое и мрачное одновременно, как и его келья, стены которой, обитые чёрным сукном, сплошь укрывали иконы. Лампады, источающие призрачный свет, создавали мистическое настроение. Помолившись вместе со старцем, Александр спросил:- Где же ты спишь?И тот, глядя на царя прозрачными голубыми глазами, в которых словно отражалось само небо, указал на маленькую перегородку в дальнем углу кельи:- Вот, изволь взглянуть, государь, тут моя постель.Заглянув за перегородку, Александр изумился: там стоял чёрный гроб, в котором лежали схима и свечи – всё, относящееся к погребению.- Ну что же, оставайся с Богом и молись за меня, отец, - попросил Александр и хотел было выйти, но схимник остановил его:- Государь, я прожил на свете много лет, благоволи выслушать мои слова. До великой чумы
***** в Москве народ наш был чище, веру православную чтил, а потом нравы стали портиться… В двенадцатом году настало время исправления, однако же после беды сей, по окончании смертоубийства нравы пошатнулись ещё более. Ты – государь, ты должен быть над нравами, как сын церкви православной должен любить и охранять её. Господь хочет этого, хочет твоего живого участия и молитвы…Попрощавшись с монахом, Александр отправился в дорогу. У заставы велел остановиться и, привстав в коляске, долго смотрел куда-то вдаль задумчивым взглядом. Напутствие Алексея не выходило из головы. Получается, старец знал о его тайном желании? Старый монах будто дал ему своё благословение. Сердце императора сжималось в каком-то томительном и тревожном предчувствии.___________________________________________________________________
* Ландо́ (через фр. landau от нем. Landau(er)) — лёгкая четырёхместная повозка со складывающейся вперёд и назад крышей. Название образовалось от названия города Ландау в Германии, где повозки этого типа были изобретены в XVIII веке.
**
ИСТОЧНИК: http://aminpro.ru/kreml_G_0011.html
***Пётр Михайловтч Волконский
Светлейший (1834) князь Пётр Миха́йлович Волко́нский (25 апреля [6 мая] 1776, Санкт-Петербург — 27 августа [8 сентября] 1852, Петергоф) — русский военный и придворный деятель из рода Волконских. Назначенный в 1797 г. адъютантом великого князя Александра Павловича, князь Волконский, вскоре после восшествия
