взгляд голые деревья, и поежилась, когда их кроны покачнулись от ветра. Хорошо, что я в доме, в тепле. Обняла себя за плечи, и прошла ко второму окну. Здесь вид был на двор. Открытая терраса, навес для машин, мангал, несколько деревьев, и небольшой участок с цветами. Удивительно, ноябрь, а еще до сих пор цветут розы.
Еще немного постояв у окна, я пошла в ванную. Но и там не смогла обойтись без осмотра красивой комнаты. У Захара определенно был хороший вкус.
Наскоро приняла душ, с сожалением игнорируя ванную. Если что, ночью смогу полежать, отмокнуть, расслабиться. А сейчас нужно бежать к сыну. Не хватало, чтобы он испугался из-за того, что меня долго нет рядом.
Выйдя из душа, только сейчас поняла, что забыла взять из сумки сменное белье.
Огорченно простонала, и укуталась в банный халат. Нужно быть внимательнее в следующий раз.
Замотала волосы в полотенце и приоткрыв двери, застыла на месте.
На кровати спал мой сынок, а возле него сидел Захар.
Я сжала руки в кулачки, ногтями впиваясь в кожу, и тут же сделала шаг назад.
— Ты чего? Боишься меня?
Я тут же схватилась за края халата, сжимая теплую ткань покрепче.
— Откуда мне знать, что у тебя в голове, — прошептала так, чтобы не разбудить Гордея.
Захар медленно покачал головой, и прикрыв сына пледом, поднялся с кровати.
Я спиной прижалась к стене.
Было немного не по себе, но и убегать, закрываться не считала правильным. Хотя бы потому что в этом не было необходимости. Я же не могу бегать вечно. В конце концов мы теперь живем в одном доме, а страх мой основан не на том, что Захар может применить силу. Скорее я боялась саму себя. Себя и своих ощущений.
Он подошел ко мне, внимательно смотря в глаза. Я не шевелюсь, боясь, что могу сорвать с места. Нельзя. Я должна остаться здесь.
Захар поднял руку, и костяшками пальцев прошелся по моей щеке. Я сделала глубокий вдох, а он большим пальцем надавил на нижнюю губу. Выдох.
Еще прикосновения нежны и приятны. Кажется, в своей новой жизни, такие эмоции я испытываю впервые.
Захар склонился и уткнувшись в мой лоб, прошептал:
— Никогда меня не бойся.
— Почему?
— Потому что я тебя не обижу.
Пальцем погладил нижнюю губу, и отошел к двери.
— Я принесу тебе обед. Думаю, ты не захочешь оставлять сына одного.
— Спасибо, — кивнула я, и дождавшись, когда Захар выйдет, бросилась к сумкам.
Видимо пока я принимала душ, мужчина принес мои вещи, за что я очень ему благодарна.
Отыскала домашний костюм и белье. Быстро переоделась, и полотенцем промокнула влажные волосы. Не стала сушить феном, чтобы не разбудить малыша.
Находиться в этой комнате было очень приятно. Светло, уютно и так по-домашнему. Неужели я интуитивно чувствую, что здесь мой дом? У меня ощущение словно я здесь нахожусь не впервые. Не ощущаю себя чужой и лишней. Так хорошо мне.
Я перевела взгляд на сыночка. Тот сладко сопел, подложив под щечку ладошку. Немного похрипывал во сне, но хотя бы температуры больше нет. Проснется, носик закапаю.
Раздался тихий стук в дверь. Я поспешила открыть, чтобы не кричать и не разбудить Гордея.
На пороге стоял Захар с подносом в руках.
— Боже, как вкусно пахнет. Солянка?
— Да. Твоя мама приготовила. У нее все вкусное!
— Здорово.
Захар поставил поднос на кофейный стол. Переставил супницу на принесенную с собой деревянную подставку. Пиалу с овощным салатом, и блюдце с несколькими кусочками хлеба.
— Мама сказала, чтобы ты все съела. А то слишком исхудала.
Я смущенно посмотрела на него и присела в кресло. Захар расположился напротив.
— Приятного аппетита.
— Спасибо, — я взяла кусочек хлеба и снова бросила взгляд на мужчину, — ты так и будешь смотреть на меня?
— Да.
— Хм, хорошо. Тогда пока я буду есть, расскажи что-нибудь обо мне, о нас.
— Ладно. Я у тебя первый и единственный мужчина.
Я закашлялась, и тут же протерла губы салфеткой.
— Ты…
— Да, милая. Я про секс.
Стало немного стыдно, хотя… умом понимала, что на кровати лежит наш сын, который к слову и получился после…
— Ты всегда немного смущалась. Но это не мешало тебе быть искренней.
— Я не была стервой?
Он покачал головой, и я выдохнула. Это хорошо. Было бы неприятно узнать, что в прошлой жизни я была злая барышня и строила кому-то козни. Таковой я себя не ощущала и сейчас.
— Я бы даже сказал, что ты через чур добрая. И как я успел заметить, жертвуешь собой ради любимых людей. Хотя, на счет последнего ничего удивительного.
— Почему я жертвую?
— Явно зарплата администратора в спортзале не большая. Ты все тратишь на Гордея, и это нормально. Но вот на себя совсем не хватает средств.
— Мне ничего и не нужно. Главное, чтобы мой ребенок ни в чем не нуждался. Помимо одежды и еды, мне нужно платить за сад. А там цены я тебе скажу не из дешевых.
— Я еще… — Захар бросил взгляд на сына, и продолжил тише, — я еще с той овцой разберусь. Нехер быть такой тупой. Ей не место рядом с детьми.
— Захар…
— Даже не спорь. Я не стану тебя в этом слушать. И еще, в ближайшие дни я найду хороший сад поближе к дому.
— Ты что, здесь явно будет дорого.
Нас прервал стук в дверь. В комнату вошла мама.
— Не помешала вам?
— Нет, что вы… что ты, — исправилась я, улыбнувшись маме.
— Я тут чай принесла и сока. Захар забыл прихватить.
— Спасибо большое. Солянка безумно вкусная.
— Я рада, доченька.
Мама коснулась моей щеки, смотря на меня грустным взглядом.
— Какая же ты у меня красивая.
— Ты тоже. Мам. Ты очень красивая.
По ее щеке покатилась слеза. Я понимала ее чувства, потому что сама была мамой. И встретить своего ребенка спустя столько лет… она у меня очень храбрая женщина.
— До сих пор поверить не могу. Ты ешь-ешь, милая. Отвлекла я тебя.
Я улыбнулась и снова вернулась к своему обеду.
Пока ела ощущала на себе два взгляда. Но старалась не обращать внимания. Все я понимала.
После обеда я приступила к чаю.
— Доченька, у меня есть фото наши. Там и папа твой. Хочешь покажу?
— С удовольствием, — кивнула я, а мама, улыбнувшись вышла из комнаты. — Боюсь даже представить, как она жила эти годы.
Произнесла я, глядя на дверь.
Захар накрыл мою руку, привлекая к себе внимание.
— Мы все через многое прошли за это время.
