Маусглов долго и внимательно наблюдал за ним, прежде чем решился заговорить.
— Что произошло? — спросил он, прицеливаясь.
Голова дернулась, безумно выпученные глаза проскочили мимо него. Глаза лихорадочно вращались, не в силах сосредоточиться на объекте звука. Наконец глаза сузились и стали медленно искать. Отыскав произнесшего фразу, они застыли на нем. Выражение глаз заставило Маусглова содрогнуться от ужаса.
— Что произошло? — повторил он.
Человечек шагнул вперед, вытянул белую руку с растопыренными пальцами, открыл рот. В его горле что-то захрипело, он пошевелил пальцами и потрогал кончик языка. Он снова робко шагнул вперед, высунул язык и протянул обе руки. Он сделал еще один шаг, затем еще один, еще, его правая рука двигалась из стороны в сторону, ощупывая воздух. Он широко открывал рот, но его горло не рождало ничего, кроме бульканья и хрипа, его походка стала тверже и уверенней.
— Стой! — воскликнул Маусглов. — Что тебе нужно?
Человечек что-то прорычал и бросился вперед.
— Стой! — снова закричал Маусглов.
Человечек опять шагнул вперед и Маусглов нажал курок.
Залп пришелся по левой руке человечка, развернув его и качнув в сторону. Какое-то время он беспомощно раскачивался, затем рухнул на колени, даже не пытаясь схватить и зажать пораженное место. Он почти тотчас поднялся, повернулся к Маусглову и замычал.
— Не заставляй меня стрелять снова, — заорал Маусглов, взводя курок.
— Я узнал тебя. Ты один из кандидатов. Скажи, что тебе нужно?
Человек подался вперед, Маусглов выстрелил.
Мужчина вздрогнул, дернулся, его снова развернула ударная волна, но на этот раз он устоял. Он выпрямился и двинулся вперед. Его горло отчаянно изрыгало целый поток бульканья и хрипения.
— Вссе хоо…о…о…р…р…о…ш… — наконец выговорил он.
Маусглов облизал губы и прицелился.
— Ради всего святого, стой! — прокричал он в отчаянии. — Я не хочу убивать тебя!
— Неее…важжж…но. С…с…слушай, — произнес человечек.
Его лицо по-прежнему ничего не выражало, глаза безумно вращались, протянутые руки тряслись и дергались. Маусглов отступил назад на три шага, незнакомец двинулся на него. Тогда Маусглов прицелился прямо в грудь и выстрелил.
Человечек пошатнулся, упал навзничь, почти тут же сел, затем начал вставать на ноги.
— Нет! — взмолился Маусглов. — Пожалуйста! Остановись!
— Остановись! — повторил человек голосом, лишенным всяких эмоций. — Слушай, слушай, слушай! Поль. Важ-но. Для тебя.
— Поль? — переспросил Маусглов, взводя курок. — Что с ним?
— Да. Поль. Да. Теперь ты по…о…ни…ма…ешь меня. Да?
— Тогда замри на месте и говори! Не подходи ко мне!
Человечек медленно поднялся на ноги. Внезапно Маусглов осознал то, что раньше лишь смутно тревожило его.
Раны человека не кровоточили. В тех местах, где прошли пули, одежда была разорвана и слегка обгорела. Но сквозь нее не просачивалась красная кровь.
— Замереть на месте? Где — здесь?
— Да. Ты нервируешь меня. Я хорошо слышу. Говори прямо оттуда. Что с Полем?
— Поль, — ответил незнакомец, покачиваясь, — в беде, Маусглов. Слушай.
— Я слушаю. Что случилось?
— Ларик поместил его под магическую оболочку.
— Что еще за оболочка? Существует кто-нибудь, кто способен снять ее?
— Этого не нужно. Ее уже сняли. Но Ларик не знает об этом.
— Тогда у Поля у мозгами все в порядке?
— Как обычно.
— А Ларик думает, что он под контролем?
— Да. Так захотел Поль.
— Куда он его повел?
— В Замок Авинконет.
— Это место Райла Мерсона! Я должен был догадаться. Я пойду туда и помогу ему, чтобы он не говорил мне.
— Только не теперь. От тебя будет мало пользы. Скорее всего тебя убьют. Лучше поступить по другому.
— Как?
— Иди к шефу Поля.
— Ибалу?
— Да. Расскажи ему, что случилось. Попроси его о скорейшей переброске тебя в Рондовал.
— Допустим, он согласится. Что дальше?
— Ты умеешь разговаривать с драконами?
— Боюсь нет. Но попробую.
— Расскажи старейшему из них — Лунной Птице — пусть отнесет тебя к уснувшему мертвому кратеру на горе Анвил и поможет тебе отыскать магическое орудие.
— Скипетр?
— Да.
— Хорошо, если я это сделаю.
— Отнесешь его Полю в Авинконет.
— С ним ничего не произойдет все это время?
— Они могут уничтожить его в любой момент, только по своей прихоти. Так что я не знаю. Если они не уничтожат его, то ему здорово пригодится скипетр.
— Кто ты?
— Я не знаю.
— Откуда ты обо всем узнал?
— Я был там.
— Почему ты хочешь помочь Полю?
— Я еще не уверен в этом.
— Почему я не могу убить тебя?
— Бездыханное тело нельзя убить.
— Теперь я ничего не понимаю.
— Ты достаточно узнал. Прощай.
Рыжеволосый рухнул на землю и застыл. Маусглов осторожно приблизился к нему. Он не дышал, Маусглов разглядел смертельную бледность лица. Он дотронулся до его щеки. Она была холодна, как лед. Он поднял правую руку человечка. Она тоже была холодной и уже окостенела. Он поочередно стал сжимать каждый палец незнакомца. Пальцы побелели и так и остались белыми. Наконец, он склонился ухом к его груди, рядом с прострелянным местом. Там царил холод и молчание.
Он разложил тело, скрестил на груди руки, натянул капюшон, прикрыв им лицо. Затем встал и пошел прочь.
Пройдя по той площадке, где стояли Поль и Ларик, он отыскал их следы и пошел по ним. Но следы скоро исчезли и затерялись в камнях. Еще несколько минут он потратил на поиски новых следов. Затем развернулся к городу иллюзий и начал медленно спускаться к сверкающим башням.
Глава 8
Ветер свистел в ушах, яростно рвал и развевал капюшон, Поль сидел на спине маленького дракона, крепко прижавшись к его плечам — маленькое, коричневое существо было уменьшенной копией тех мощных гигантов, которые обитали в Рондовале. Поль обхватил ногами круп дракона, руки сжимали упряжь. В двадцати метрах от него и чуть выше летел Ларик, оседлав такое же создание с кожаными крыльями. Иногда он оглядывался на Поля, сохранявшего спокойный равнодушный вид. Огромное количество блестящих нитей, видимых только внутренним зрением, накрепко привязало их друг к другу. Поль размышлял, трудно ли убить человека в назначенный час. Он решил, что магия слишком ненадежна и неповоротлива, когда дело касается другого колдуна. Он решил действовать быстро, без предупреждения, со всей своей силой и сноровкой, как только узнает, что хотел, и сможет обойтись без этого человека. Было бы непростительно глупо оставлять в живых своих врагов подобного сорта.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
