— Вудс, вы куда? — окликнула меня сестра Флетчер.
Я остановился и повернулся к ней. Она кивнула в противоположную сторону:
— Туалет там.
— Он занят, — охотно объяснил я. — Мы едем в отделение 6А.
Сестра Флетчер нервно постучала ручкой по столу.
— Туалет в отделении 6А — для больных отделения 6А! Мистер Питерсон вполне способен потерпеть пять минут.
Я бросил на мистера Питерсона вопросительный взгляд. Он успел что-то написал в блокноте, вырвал страничку, передал мне, а я, в свою очередь, вручил ее сестре Флетчер.
Не дотерплю.
— Вот видите, — я развел руками. — Дело срочное.
Сестра Флетчер поднялась с места.
— Нет, об этом не может быть речи, — сказала она. — Он вообще не должен был вставать с постели без помощи персонала. Я не допущу, чтобы вы бродили по всей больнице в поисках свободного туалета, когда у нас в отделении имеется свой. Я уверена, он уже освободился.
Что за глупости? Мне надо в туалет. И не смейте обращаться со мной как с ребенком или инвалидом.
Я передал записку сестре Флетчер. Она внимательно прочитала ее и тут же поднялась из-за стола. Быстро подошла и встала, преградив собой путь к выходу. Выражение ее лица не оставляло сомнений: если понадобится, она самолично отвезет мистера Питерсона назад в палату и собственноручно уложит обратно в постель.
Я застыл как истукан. План рушился на глазах.
Сестра Флетчер скрестила руки на груди.
— Мистер Питерсон, — сказала она, — я понимаю, что вы расстроены, но спорить бесполезно. У меня распоряжение вашего лечащего врача. Вам запрещено покидать это отделение. Обращаю ваше внимание на то, что это распоряжение сделано исключительно в интересах вашего здоровья.
Алекс, говори от моего имени. У нас больше нем времени. Скажи ей, что мы уходим. Прямо сейчас!
Я передал записку сестре. Едва глянув на нее, она недоуменно подняла брови:
— Я не могу разобрать, что здесь написано.
— Тут сказано, что я могу говорить с вами от имени мистера Питерсона, который устал что-либо доказывать человеку, который обращается с ним как с умственно отсталым.
Сестра Флетчер еще выше подняла брови, отчего они слились у нее в одну прямую линию.
— Мы покидаем больницу, — нахально заявил я. — Мистер Питерсон не желает больше здесь находиться. Мы выписываемся.
— Нет, — холодно отрезала сестра Флетчер. — Он не в том состоянии, чтобы выписываться.
— Это не вам решать, — возразил я. — Это решает только мистер Питерсон лично. Принесите, пожалуйста, его документы.
— Молодой человек! Не знаю, кем вы себя возомнили, но это не шутки. Мистер Питерсон тяжело болен и никуда не поедет. Мы не выписываем пациентов без согласия лечащего врача.
Я мрачно посмотрел на нее. Мистер Питерсон протянул мне еще одну записку:
Пусть вызовет врача.
— Зачем? — не понял я.
Мистер Питерсон строчил в блокноте как одержимый.
Требуй врача! Пусть отойдет к посту. Как только освободит дорогу, удираем.
Я сложил записку и убрал ее в карман.
— Он требует вызвать врача.
— Что?!
— Мистер Питерсон настаивает, чтобы вы вызвали врача. Немедленно.
— Мистер Вудс, с меня довольно этих бессмысленных препирательств. Я не намерена…
— Это ваша обязанность. Вы довели мистера Питерсона до нервного срыва. Вы утверждаете, что он не имеет права покидать больницу без распоряжения врача. Очень хорошо. Мы требуем, чтобы вы вызвали врача.
Сестра Флетчер зажмурилась и раздраженно фыркнула, почти не разжимая губ.
— Если вы будете так любезны, что отвезете мистера Питерсона назад в палату, то, смею вас заверить, доктор навестит его при первой же возможности.
Я секунд пять молча сверлил ее взглядом, после чего отошел на пару шагов, развернул кресло параллельно столу сестринского поста и подчеркнуто громко щелкнул стопором.
— Мы не сдвинемся с места, — сказал я. — Позвоните врачу и узнайте, когда он придет. Если ответ, который мы получим, будет приемлемым, мистер Питерсон, так и быть, подождет его в палате. В течение нескольких ужасных секунд мне казалось, что сестра Флетчер и не подумает поддаваться на мой шантаж. Подобный вариант мы не обсуждали, но сейчас я подумал, что, возможно, придется идти на таран.
Но тут она всплеснула руками и развернулась на каблуках.
— Хорошо, — сказала она сухо, направилась к столу и взяла трубку. — Я вам и так могу сказать, что услышу от доктора. Но раз уж вы уперлись…
Она стала набирать номер. Я тихо поднял стопор.
— Алло? Это Флетчер из Шестого, крыло Б. Свяжите меня с док…
Я рванул вперед.
Тяжеленные двери отделения задержали нас на три мучительно длинные секунды. Преодолев их, я резко развернул кресло и помчался к лифтам. Следующие пять секунд я гнал так, что, сам удивляюсь, как не вывернул себе суставы. По инерции меня пронесло мимо ближайшего лифта на добрых два метра. Мистер Питерсон опасно накренился в своем кресле, но сумел удержаться. Я резко затормозил, больно ударившись грудью о спинку кресла, но времени восстановить дыхание не было. Развернувшись, я шесть или семь раз нажал на кнопку вызова лифта, предвкушая ужас ожидания, пока он доползет с первого этажа. Но нам повезло: двери раздвинулись почти сразу. Лифт пришел пустым. Они уже поехали обратно, когда мы услышали торопливый перестук шагов. В ушах у меня стучала кровь. В сужающейся щели появилась фигура сестры Флетчер. Рядом с ней топал коренастый санитар. Понятия не имею, откуда он взялся, но в любом случае они опоздали: двери закрылись, и лифт тронулся вниз. Спустившись на первый этаж, мы пулей вылетели в холл. Необходимость дикой спешки уже отпала — холл по-прежнему пустовал, — мало того, она сейчас только вредила, но я ничего не мог с собой поделать: в моей крови кипело столько адреналина, а в мозгу и конечностях бурлило столько кислорода, что перейти на шаг было выше моих сил. Думаю, ни один спасатель не доставлял пациента в эту больницу с такой скоростью, с какой я вывез из нее мистера Питерсона. С пандуса у входа мы скатились как с трамплина, вихрем промчались мимо ошарашенного курильщика — непривычные к такому обращению колеса издали жалобный скрип — и пролетели двадцать метров до машины, остановившись в футе от пассажирского сиденья.
Я действовал быстро и решительно. Поднял мистера Питерсона — он показался мне легким как пушинка, усадил в машину, сложил кресло и машинально запихнул на заднее сиденье. Три минуты спустя я уже выруливал на стоянку супермаркета «Теско», окаймленную рядом высоких деревьев, служивших хорошим укрытием.
