не любила ее.
Обогнув нескольких воодушевленных студентов, Эбель подошла к главному входу и, с силой надавив на высокие тяжелые двери, открыла их. Влажный ветер сразу обнял ее хрупкое тело и, заигрывая с одеждой, попытался вздернуть юбку. Холодными лапами пробрался под кофту и пробежался по пояснице. Кажется, сквозняк сорвал пару-тройку гирлянд со стен и уронил импровизированного графа Дракулу из картона. И кто-то из студентов сзади крикнул, чтобы она закрыла сраную дверь. Но вместо этого Эбель остолбенела.
— Твою… мать… — сказала она, прикрывая рот рукой.
Кладбище заволок утренний туман. Темные тучи тянулись из-за горы. А на раскидистых ветках дуба, качаясь на ветру, висело четыре тела.
РЕДЖИС
Реджис шел из трапезной. Но стоило ему свернуть в главный зал, как в лицо ударил ледяной ветер. Кто-то громко просил закрыть двери, кто-то ловил взлетающие к потолку бумажные гирлянды. В арке главного входа стояла до жути знакомая фигура и, не слушая никого, пялилась вдаль. Реджису было достаточно сделать два обычных шага, чтобы узнать Эбель, и десять больших, чтобы оказаться рядом с ней.
— Что это за херня?.. — встревоженно спросила она. — Я же не одна это вижу?
Не поворачивая головы, Эбель схватила Реджиса за рукав и потрясла. Кажется, она и не поняла, кто стоял с ней рядом.
— Дура, закрой уже эту дверь! — крикнул кто-то.
Реджис метнул в его сторону взгляд: «Еще одно слово, и ты покойник», но Соль опередила его и, отвесив болвану подзатыльник, подошла к подруге.
— Бель? — коснулась она ее плеча. — Твою ж… — И, ошарашенная, оступилась, посмотрев вдаль.
Реджис наконец повернул голову.
На кладбищенском дубе висели четыре трупа.
— Вашу ж мать… — из ниоткуда появился Ноа.
Недовольные больше не кричали им в спину и не просили закрыть дверь: они наконец заметили то же, что и Эбель.
Обернутые в холщовые мешки тела качались на ветру. Теперь вокруг них столпились студенты и, кажется, молились. Ну а что вообще можно делать, когда перед тобой висят мертвяки? На землю капала кровь. Впитывалась в черную пожухлую траву и растекалась по жилкам опавших листьев. Шеи трупов обвивали толстые веревки. Головы скрывались в мешках.
— Реджи, — послышался голос Бенни, — вы все п-п-пришли ко мне в-в-в гости?
Здоровяк давно не брился. Да и одежду, возможно, не стирал целый месяц. Но взгляд остался таким же добрым.
— Эй! — вдали послышался крик Кэруэла. — Разойдитесь!
Он и другие профессора неслись к дубу. Быстрее всех, конечно же, бежал мистер Чампи.
— Бенни, что тут случилось? — спросила Эбель, но тот сделал вид, что не услышал и не увидел ее.
— Бенни? — Реджис помнил, что отец запретил ему дружить с восставшей из мертвых, и прекрасно понимал почему. Но то, что он игнорировал ее вопрос, не могло не бесить.
— А ч-ч-чего произошло?
— Трупы, — ткнул пальцем в дерево Реджис.
— А-а-а… Это…
Бенни развернулся к дубу и, оглядев лица столпившихся вокруг студентов, загрустил.
— Так вы п-п-пришли не ко мне?
— Бенни, что, мать твою, тут случилось? — Эбель не терпелось услышать ответ.
Соль схватила ее за локоть быстрее, чем она сделала шаг к сыну покойного смотрителя.
— Расскажешь нам, Бенджамин? — Ноа вылез из-за спины Реджиса, но тот быстро задвинул его обратно.
— Это в-в-все один из в-в-вас.
— Что?! — Соль, Эбель и Ноа воскликнули одновременно.
— Я сказал, разойдитесь! — Джосайя вбежал в толпу студентов и, растолкав всех, подошел к висящим телам.
— Мамма мия! — схватилась за сердце мисс Моретти.
— Черт! — выругался мистер Чампи.
— Не может этого быть… — огорченно взвыла мисс Вуд. — Нет… Пожалуйста, нет…
Студенты сделали пару шагов назад и, как бы профессора ни просили их вернуться в собор, не слушались. Лишь беспокойно переглядывались, пытаясь найти в толпе знакомые лица. Никто не хотел узнать, что в петле висит их друг или сосед по комнате. Мистер Чампи размахивал руками и просил всех хотя бы отойти от дерева. Эбель нехотя шагнула назад и, споткнувшись о торчащий корень, чуть не упала, но Реджис успел подхватить ее под лопатки. По спине Эбель побежали мурашки, когда его рука коснулась торчащих позвонков.
— Спасибо, — шепнула Эбель невзначай.
Падая, она прикусила губу. Бордовая помада смешалась с выступающей из раны кровью. Рука Реджиса невольно потянулась к ее лицу.
И сердце остановилось.
— М? — Эбель не отпрянула.
Будто ждала этого. Будто хотела.
— У тебя тут… — Большой палец Реджиса коснулся пухлых губ. — Я уберу.
Вытерев кровь, он на секунду замер, не отрывая от Эбель взгляда. Она, распахнув голубые глаза, тоже смотрела на Реджиса. Черт! Зачем он позволил себе коснуться ее?..
— Убрал? — спросила она.
— А? — Реджис опешил и, смутившись, отдернул руку. — Да, прости.
Она отвернулась.
Просто. Взяла. И черт возьми. Отвернулась.
«А что еще она должна была сделать, кретин? Впиться в твои губы своими?» — раздался собственный голос в голове.
«Хорошо, что она отвернулась. Не забывай, что ты причинил ей боль. Она не должна вспомнить о тех днях и о том…» — добавил этот же голос, но грубее.
«Это не может продолжаться вечность! Рано или поздно все вскроется!»
«Она не простит меня, не сможет…»
«Признайся ей».
«Не могу».
«Но ты… ты любишь ее».
«Я монстр. И я опасен».
«Ты дебил! Только ты можешь защитить ее!»
Пока на двух плечах Реджиса сидели ангел с дьяволом и вели свою офигеть какую интересную беседу, мистер Кэруэл сбегал в сторожку за стремянкой. Он поставил ее рядом с первым трупом и, забравшись, потянулся к узлу на ветке дуба. Мистер Чампи и мистер Льюис стояли внизу, готовясь ловить тяжелый мешок.
— Умоляю вас, осторожнее! — крикнула им мисс Вуд.
Она опять светилась, как мотылек, и Реджис вновь не заметил, как тревога покинула его тело.
— Вы готовы? — Джосайя развязал веревку, и одно тело упало на землю быстрее, чем коллеги дали ему ответ.
Удар был негромкий, и это
