и кричать:
– Вы все сдохните, я убью вас! Вы все сдохните!
Как и договаривались, спустя пять часов команда была в сборе. Прогресс уже был понятен, исходя из отсутствия криков и матов. Пастырь перекрестился и зашел первым и пригласил остальных. Сергей выглядел не лучше, но хотя бы перестал биться, и его взгляд стал более осмысленным.
– Пастырь, они живы?
– Ксюша и Марина, да. Все дети вместе, их охраняет Камико. Марина помогает в подготовке к выезду.
– Можно их увидеть?
– Да, Сергей. Ты что-то понял?
– Мои собственные воспоминания серые, а новые яркие и эмоциональные.
Пастырь присел рядом, улыбнувшись:
– Когда нас готовили, скажем… к выходу на новый уровень, то накачивали лекарствами до бессознательного состояния и проводили пытки до тех пор, пока они не почувствуют, что ты принадлежишь им и ничего не стоишь. Дальше тебя заставляют думать о том, что они могут убить всех твоих родных и тебя, что они могут сделать с тобой все, что захотят… А потом ты меняешься с ними местами и все продолжается, только потом они беззащитные, уязвимые в твоих руках. Это ужасно, я никому такого не пожелаю. Борись, все можно пережить.
– Развяжите меня.
– Нет, ты пока можешь быть опасен, нужно больше времени, чтобы скрытые команды твое подсознание само уничтожило.
– Развяжите меня! Я не опасен.
– Ты хочешь причинить своим вред?
– Нет.
– Тогда потерпи!
– Хорошо, Пастырь, я побуду пока связанным, но я вам не верю.
– Ну, это нормально. Все слушаем. А для тебя повторюсь и старайся слушать внимательно.
– Хорошо.
Лица у всех были такие испуганные, словно Сергей превратился в какое-то жуткое чудовище, и теперь они не знают, как поделикатнее спросить у монстра, куда подевался Сергей.
– С временного лагеря производится зачистка квадрата перед входом в бункер. Остатки боезапаса отработаю аккуратно по наибольшим скоплениям мутантов, их, понятно, тут же вычислят, артиллерию придётся бросить, остальной транспорт выдвинется по маршруту, параллельно проводя разведку.
– Стой, Пастырь. Как все произошло?
– Где-то по дороге вниз тебя захватил паразит, подчинил себе и спрятал на уровне, чтобы произвести дальнейшие изменения. Мы бы тебя не нашли, ВИ отправлял сигналы на браслет Камико, но мы не могли понять, где ты находишься. Потом догадались, что это типа радиосигнала. Почти двенадцать часов тебя искали. Паразит словно чувствовал, что мы идем за тобой и уползал по тоннелям все дальше. Кристина рассказала о технических тоннелях. Камико и еще один боец отправились тебя искать. Где-то на минус двадцатом этаже было тайное помещение для азартных игр в одном из технических тоннелей. Там себе устроили гнездо ретрансляторы, собирая всех подчиненных паразитами, наверно, проиграв, они хотели сделать реванш после появления инкубаторов. Как мне рассказали, посередине помещения был перевёрнутый дорогой игорный стол, стулья сломаны, много мусора натаскали, и два заражённых стали мутировать в инкубаторе. На полу в осколках от бокалов валялись помятые карты и растоптанные фишки. Ретрансляторы их затоптали, когда спешно покидали зал, там их ждал наш боец. Понятно, почему они бежали. Камико яростно выкрикивая полурусские ругательства, разрубила там с десятка два зараженных и всех ретрансляторов обезглавила. В общем, она никого не пожалела, только тебя вытащила.
– Понятно.
– Паразиты пошли новые, мы таких первый раз видели. Взламывают и подчиняют очень быстро. Опасные, быстрые и живучие, нечета старым их сородичам.
– Понятно. Слушаю план.
Глава XIX. Побег.
26 мая 2027 года.
Земля. Научно -лабораторный подземный комплекс «Ковчег».
Перед самым входом в бункер толпилось десятка два мутантов, словно люди на остановке. Более двух сотен подбитых Жнецов и горы пепла лежали на израненном теле земли. Кучи тел, раскиданных возле воронок, уже доедали собратья. Мощные взрывы накрыли квадрат по сигналу Пастыря. Растительности вокруг входа в «Ковчег» уже не было, все выгорело еще пару дней назад. Разорванные тела мутантов разлетались ошметками в разные стороны. Дверь бункера открылась, и наружу выскочил военный КамАЗ, оборудованный металлической клеткой с открытым тентом.
КамАЗ с Драмером проехал завалившийся броневик и остановился в метрах двадцати впереди, давая возможность остальным к нему подъехать. Мутанты, ощутившие пси атаку, рванули прочь от машины, а люди, сидевшие в кабине крепче, сжали поручни, из глаз полились слезы. Очень сильно болела голова у всех, кто приближался к Драмеру, особые ощущения испытывали через полчаса пребывания рядом. Горло жгло, зубы выворачивало, мышцы ломило, как у стариков на резкую перемену погоды. Однако при этом в глазах не двоилось и сознание не испытывало обжигающего страха, было ясным благодаря лекарствам. Самое главное, что водители могли управлять машиной, они знали, что от их воли зависят жизни остальных. Все старались на износ, как и предполагал Пастырь. Тех, кто воздержался, не было, никто не захотел оставаться в бункере, который превратился в могильник.
«Все боятся Драмера, а мутанты еще больше, и это наш шанс», – подумал Пастырь и надавил на газ. Машина резво рванула, и он на «защитнике» начал выезжать на путь к завалившемуся броневику. Сзади пристроилась колонна из семи машин. Машину трясло и подбрасывало на трупах и выбоинах. Заработал пулемет Мауса, срезавший кучку убегающих мутантов. Вообще, боезапас получилось пополнить, и это гарантировало хоть какую-то боеспособность.
У амбразур стояла пара спасённых из бункера мужчин, ожидая приближение мутантов с боков. На самом деле, они были не очень эффективны из-за мелкого калибра, но пока всем везло, и у них не было цели, всю работу делал Маус с Мелкой. Маус в этот раз не нес околесицу, лекарства, вколотые Мелкой, на всех хорошо действовали. Пастырь по связи всех предупредил, чтобы готовились попробовать перевернуть броневик и отправиться дальше. На все он рассчитал десять минут.
Забег мутантов то начинался, то прекращался, каждый раз определяя границу пси поля Драмера. Сорвавшаяся масса ревущих мутантов вдруг встречала невидимую стену, тормозя и упираясь всеми конечностями, а потом начинала убегать в противоположную сторону с еще большим рвением. Маус стрелял только по большим группам, боясь, что все-таки они преодолеют страх.
– Все, хватит стрелять. Экономь боезапас, – сказал Пастырь. Он ошибся в одном – думал, что все-таки придётся уклоняться от мутантов, вести выборочный отстрел, а радиус на поверхности был куда больше. На полной скорости кружил вокруг броневика КамАЗ с Драмером, отпугивая мутантов. А через пять минут второй броневик уже занял свое место в конце колонны, Пастырь скомандовал:
– Водителей на КамАЗе меняем каждые два часа или по требованию, при этом начинаем замедляться заранее. Держим строй. КамАЗ впереди. Первый «Защитник» идет на удалении, следом через тридцать метров, за ним вся колонна и замыкает второй броневик. На трассе к нам присоединится лагерь прикрытия.
Колонна резво набирала скорость, и группа уже через час выехала на одну из трасс, проехав по ней с десятка два километров, начались первые пробки. Колонна, практически не сбавляя скорости, начала маневрировать среди
