Выше Апостол сказал, что мы всегда должны оставаться мертвыми для греха, а теперь рассуждает о воскресении новой жизни по Боге, которую мы всегда должны иметь. Если мы чрез Крещение умерли со Христом, то веруем, что всегда будем иметь присущим нам воскресение, состоящее в новой жизни, ибо и Христос, воскресши из мертвых, живет всегда, уже не умрет. Ибо, что Он умер, то умер однажды для греха – значит: Христос умер за наш грех, тогда как сам по себе не был повинен смерти. А что живет, то живет для Бога, т. е. живет Божественной силой; ибо Он всегда живет в силе Бога и Отца. Поскольку же Христос не умирает в другой раз, то и мы не умираем вторично чрез второе Крещение (т. е. для нас нет второго Крещения). Итак, останемся в прежнем, т. е. в смерти греха, но в воскресении жизни по Боге. А это получили мы во Христе Иисусе, т. е. при Его помощи: ибо Кто воскресил нас, когда мы были еще мертвы, Тот тем паче сохранит нас в жизни, когда мы стали живы.
Желая показать, что мы удерживаемся во власти пороков не насильно и принужденно, но по собственному произволу, не сказал: да не тиранствует, но говорит: да не царствует, ибо царство есть удел имеющих волю. Выражением же: в смертном вашем теле – во-первых, показал, что ни приятное для тела не прочно (ибо тело подвержено смерти), так что не должно услуживать телу в удовольствиях, ни трудное не постоянно, так что не должно бегать прискорбного и подвигов против удовольствий, а во-вторых, напоминает нам, что смертность есть последствие греха, и внушает не раболепствовать уже греху, как причиняющему смерть. Каким же образом царствует грех? Если повинуемся ему в похотях его телесных, так что не тело причиняет вред по естеству своему, но повиновение греху. Заметь благодать Христову: Адам согрешил, хотя имел тело не смертное, а мы побеждаем грех в смертном теле.
И не предавайте членов ваших греху в орудия неправды – Где манихеи, которые говорят, что тело порочно по естеству? Тело есть орудие, а орудие есть средство к добродетели и пороку. Так меч для воина служит оружием за граждан, а у разбойника он есть оружие против граждан. Не предавайте членов ваших греху в орудия неправды. Ибо кто грешит, тот несправедливо поступает часто и в отношении ближнего, и всегда – в отношении самого себя. Но представьте себя Богу, размышляя, какое различие между Богом и грехом, и кому лучше подчиняться: греху ли, который умертвил, или же Богу, Который оживотворил. Сказав, что члены суть орудия неправды, показал, с одной стороны, что тело, как сказано выше, не есть что-нибудь худое, когда может быть орудием правды, а с другой – что наступила брань и что нам нужно находиться под предводительством Бога и взять оружие на защиту души своей.
До Пришествия Христова, говорит, тело ваше было удобопобедимо для греха. Тогда не было еще ни вспомоществующего Духа, ни Крещения, могущего умерщвлять грех. Поэтому и закон, предписывая что делать, не преуспел. По Пришествии же Христовом борьба сделалась легче, почему и подвиги у нас, как получивших больше помощи, труднее. Итак, грех не будет господствовать над нами, если не слишком будем уступать ему. Теперь не закон, который только дает заповеди, а помощи не оказывает ни малейшей, но благодать, которая прощает прежние грехи и укрепляет для будущего.
Что же? станем ли грешить – Всегда предлагает Апостол такие возражения, почему и приводит и решает их, как поступает и с настоящим возражением, отвечая на него: Никак. Потом доказывает, что для нас не трудно грешить. Представьте, внушает, в уме своем, что лучше: быть ли рабами греха, предавшись ему по своей воле (это значит: отдаете), и получить в награду смерть, т. е. вечное наказание (ибо грех Адама породил смерть телесную и временную, а теперь совершаемый грех подвергает человека вечной смерти, т. е. вечному наказанию), или повиноваться Богу и получить в награду праведность и проистекающие из нее блага?
Благодарение Богу. – Освобождение нас от оных зол есть дело не человеческой силы, но Божией, почему и должно благодарить. Потом вы стали послушны не по принуждению, но по собственному сердечному расположению, поэтому не возвращайтесь на худшее, от которого отстали вы добровольно. В доказательство же того, что хотя бы они сами пришли, но все это зависело и от благодати Божией, присовокупил: предали себя, т. е. Богом наставлены на образ учения. Какой же образ учения? Жить благочинно и благоустроенно.
Феофилакт Болгарский, блж. Толкование на Апостол в 3-х кнн. Т. I, кн. 2. М.: «Лепта», 2004.
Воскресенье. Неделя 4-я по Пятидесятнице
Рим. 6, 18–23
Освободившись же от греха, вы стали рабами праведности. Говорю по рассуждению человеческому, ради немощи плоти вашей. Как предавали вы члены ваши в рабы нечистоте и беззаконию на дела беззаконные, так ныне представьте члены ваши в рабы праведности на дела святые. Ибо, когда вы были рабами греха, тогда были свободны от праведности. Какой же плод вы имели тогда? Такие дела, каких ныне сами стыдитесь, потому что конец их – смерть. Но ныне, когда вы освободились от греха и стали рабами Богу, плод ваш есть святость, а конец – жизнь вечная. Ибо возмездие за грех – смерть, а дар Божий – жизнь вечная во Христе Иисусе, Господе нашем.
Знаю, что многие из вас дома читают Св. Писание, знаю также и то, что читаете вы, главным образом, Евангелие, а послания апостолов и Деяния Апостольские мало читаете.
Почему мало читаете? Потому что, во-первых, не знаете того, как много высокой мудрости содержится в этих Посланиях, считаете их второстепенными по сравнению с Евангелием. Это первая причина.
А вторая причина та, что Послания ап. Павла, которых больше всего среди Посланий Апостольских, написаны очень трудным языком. Мысль его течет весьма своеобразно, не так, как обычно мыслят люди. Даже ап. Петр сказал в одном из своих Посланий, что есть в Посланиях Павловых нечто неудобовразумительное. Это верно, ибо многие места Посланий ап. Павла очень трудно понимать. Без помощи, без руководства не сумеете понять их. <…>
Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти! (Рим. 7, 24). Бедные мы все с вами! Кто избавит нас от нашего тела смерти? И в другом Послании, в Послании Галатам св. Павел говорит приблизительно то же: Я говорю: поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти: они друг другу противятся, так что вы не то делаете, что хотели бы (Гал. 5, 16–17).
Вот в этом все дело, дело в том, что дух наш противится плоти, а плоть противится духу.
Дух наш стремится вознести сердца наши горе, к Престолу Всевышнего. Дух наш стремится к тому, чтобы прониклись мы стремлениями высшего порядка: не низменными страстями, а самыми высокими, самыми глубокими стремлениями духовными.
Стремлениями высшего порядка были проникнуты все святые: они покоряли плоть свою духу, они жили не культурой тела, а культурой духа, плоть была у них в пренебрежении, дух был для них всем.
Они жили только духом, они были людьми духовными, а не людьми душевными, как большинство людей.
Что значит «люди душевные»? Этим словом обозначаются люди, которых все желания, все стремления, все цели жизни направлены всегда к одному: к тому, чтобы в эту короткую жизнь испытать как можно больше наслаждений. Не хотят они ничего того, что препятствует наслаждению. С ненасытностью ищут наслаждений. А каких? Только наслаждений низшего порядка, наслаждений плоти. Им чужды стремления к высочайшему блаженству, которое дает стремление духа нашего к Богу.
Бога они знать не хотят, они живут без Него, они живут тем, к чему стремится их внешний, их душевный человек. Что значит слово «душевный»? Душу имеют не только люди, душу имеют и животные. Душа – это совокупность всех наших впечатлений, всех восприятий внешних. Душу составляют наши мысли, желания, стремления. Все это есть и у животных: и они воспринимают все то, что и люди воспринимают извне. И у них есть стремления, желания.
Если человек живет, главным образом, этими стремлениями, этими желаниями, а не стремлениями высшего порядка, то заслуживает название человека душевного. Есть несчастные люди, стоящие на весьма низкой ступени духовного развития, немногим превосходят они животных: подобно животным, они стремятся только к удовлетворению требований своей плоти.
Конец ознакомительного фрагмента.
