***
— Что он сказал? — вытаращился на Дэекена Менэльтор.
После всего произошедшего Дэекен решил не посылать посыльных, просто прийти к Настадренону самому.
— Да, Мэл так и сказал, и я выдам замуж ее за тебя.
— Боги, бедная принцесса, бедный ты… Бедный Его величество. Это же кромешный ужас.
— Менэльтор, ты слишком уж сгущаешь краски, браки даже в лесу не всегда заключаются по любви, договорные браки для Имперской аристократии вообще норма.
— Но, — Мэл потер лоб рукой, — да, я знаю, все бывает, дочь засиделась, а тут достойный жених, и уже ясно, что другого не будет, но Леди Андунэль она же… Она достойна лучшего! — решительно сказал эльф, но видя удивлено вскинутые брови Дэекена тут же попытался исправить положение, — Не в плане лучшего чем ты, ты хорош, и с тобой все отлично, а лучшего, чем договорной брак. Она же такая… Умница она, и мне так хотелось верить, что у нее все будет хорошо… Дэекен, тебе придется ее полюбить, иначе я просто, ну не знаю, что я с тобой сделаю.
Дэекен улыбнулся, но улыбка вышла такой меланхоличной, и даже несчастной.
***
А время шло, и Менэльтор в один из весьма холодных дней получил письмо от Марины, а если официально, то из гильдии Мыловаров с предложением выкупить травы Храма Ивэ, а заодно заплатить за курс лекций по избавлению от паразитов в Имирине. Погода не слишком располагала для путешествия и Мэл отписался об этом назначив примерный срок прибытия все же на весну.
Онотимо же получал сводки от разведчиков из Раны. Темная Тварь теперь был наместником и если по началу Онотимо посчитал, что пол города просто вырежут за ненадобностью, то сейчас многие отчеты ставили его в тупик. Это серое чудовище умудрялось весьма грамотно справляться, и даже восстаний удавалось избегать, вроде как торговлю там тоже наладили, и видимо голода не предвиделось, это радовало хотя бы тем, что случайная гибель его дочери при голодных бунтах становилась невозможной. Хотя невозможным и становилось похищение принцессы во время народных волнений.
Что действительно не радовало Онотимо, так это близость к Ране Даэдрахир, в которой теперь снова обосновались воительницы, и в которой сейчас была расквартирована Командующая Зувлок. Эта хитрющая стерва всегда вызывала у Онотимо особенную неприязнь, даже Намарок казалось персонажем поприятнее. Сильная прямолинейная и откровенная до простоты, таких стоит бояться только если они явно сильнее, Зувлок же стоило бояться постоянно. У Его Величества не было сомнений в авторе плана по захвату Раны и Оплота. Что она делала в Даэдрахир и почему не вернулась в Оре Отрон тоже становилось понятно, когда дошло сообщение о назначенной командующей гарнизоном башни. Намарин, что же видимо Змеище, именно так, а не Серебряной Ведьмой про себя называл Зувлок Лесной Король ставила на эту дочь Владычицы. Интриги, интриги и везде негласная и возможная борьба за трон.
Еще одним событием в череде достаточно сложных рабочих будней стало прибытие гнома. Встречать его отправили, конечно же, Менэльтора, и хотя Дэекен его предупредил быть готовым ко всему и проявить терпеливость, Мэл гномом был неприятно удивлен.
— Да осветят звезды нашу встречу, — поклонился Менэльтор гному в знак приветствия, — Его Светлость Серселен послал меня встретить вас, и передать вам пропускную грамоту.
Без этой грамоты хода на подъемник просто не было, а получить ее было не так чтобы просто, но гному конечно все подписали.
— Что-то не больно ты торопилась, милочка! — с нахальной улыбкой сквозь свою длиннющую бороду заявил гном.
— Какая смешная шутка, — усмехнулся Мэл, — вы, конечно, первый кто так тонко пошутил, и, если вы не увидели снизу, я закатил глаза.
— Тонко шутят те, кто не умеют толсто намекать, но раз уж ты привычный, что ж закипел, мордашка? Пошли уже, веди меня куда там положено.
Не сказать, чтобы гном не уютно чувствовал себя на высоте настилов эльфийской столицы, в конце концов у них, внутри гор высоты бывают и куда серьезнее, да и снег с наледью для него не было печалью, а вот покритиковать он быстро нашел что.
— Дома на деревьях, какие ж вы все-таки чокнутые, надо ж так жить, когда вон под ногами сколько хочешь твердой породы.
Мэл молчал.
-Это стяжки такие? Да они и пары лет не прослужат, совсем ничего делать не умеете.
Мэл снова молчал.
— И за сколько такой дом строиться? Сколько вы времени на это издевательство над собой тратите? Невероятные просто, одно слово — эльфы.
И опять молчал.
— Нет, ну однозначно, тот кто ковал эти светильники в ковке ничего не понимает, такое не продержится и пары сотен лет.
— Слушай ты, бородатый, — он наклонился к гному, — я буду говорить медленно, чтобы даже до такой пивной бочки дошло, это Карас Сильмэ, тут время измеряется другими понятиями, светильнику на который ты тычешь пальцем лет столько, что твой дедушка еще не родился, когда этот светильник был старый, дома мы выращиваем, и они проживают с нами жизнь, дом знаешь ли нечто большее, чем углубление в скале, стяжки тут меняют раз в сезон, именно потому что деревья живые и они растут, а дома наши хороши уже тем, что они находятся далеко и высоко от вас. А теперь просто заткнись, иначе до герцога ты не дойдешь!
Гном снова хмыкнул:
— Какой ты куколка, когда злишься, слов нет.
Мэл с размаху вдарил ладонью по своему лбу.
— Терпение, терпение Менэльтор, это просто гном!
И надо же как сильно преобразился этот хам и невежа в разговор с Дэекеном, Менэльтор прямо не поверил своим глазам, и поклон то отвесил, и исключительно «Ваша Светлость» в обращении, просто невероятно. Эльфа даже заинтересовало, чем же таким обязан этот бородатый герцогу.
— Ты отправишься в Рану. Мне нужно чтобы ты поехал туда.
— Ваша светлость, но как же… Ее захватили, там орки, вы же в курсе.
— Да я в курсе, а еще там твои любимые клиенты имеются.
Тьфу ты, — сплюнул гном, — ничего они не любимые, это вы у меня самый любимый, им что, камушки подавай поценнее, но при этом подешевле, а вы никогда за ценой не постоите, хоть и товар ваш не настолько вечный.
— Конечно-конечно, я тебе верю. Но ты все равно должен поехать в Рану.
— Да как же я поеду, я сейчас на мели, ни одного завалящегося опала, у нарьяма же Период Восполнения, они все Черные рынки камней скупили.
«Ах вон оно что, — подумал Мэл, значит гном контрабандист, а у гномов за такое строго карают.»
— Значит купишь официальные, и повезешь их в Рану. Купишь как бы для меня, и я даже денег тебе выдам, вся выручка твоя, причем не разница сумм, а вся выручка твоя, если выполнишь мое поручение.
У гнома от такого аж борода зашевелилась.
— И что я буду должен делать? Кого убить?
— Побудешь лиловым голубем.
========== Ранийская зима в разгаре. ==========
Кагар шел по коридору с пучком перьев для письма, хотя нет, шел это мягко так сказано, он не шел, он почти бежал, потому что Ее Высочеству нужно было срочно. И чтобы не смотреть на поджатые губы и обвиняющий взгляд можно было бы и пробежаться. Вот бывают такие женщины, которые промолчат так красноречиво, что лучше бы уж что-нибудь сказали бы, и ведь ничего не сделал, а одним взглядом пригвоздили так, что немедленно хочется оправдаться. И ладно было б перед кем, та же Зувлок вполне себе заслуживала к себе такого отношения, но нет же, перед ней оправдываться не хотелось, и вообще чаще хотелось слать ее куда подальше, а тут, девица такая что не пришибить бы случайно махнув рукой, а ведь может же. Кагар давно за собой заметил слабость к беспомощности женщин, вот тони мужик, и он спокойно посмотрит, как тот захлебнется, а женщине утонуть он бы не дал, ни за что, избирательность подходов и неравноправное отношение, как не крути, но воспитание не пропьешь. Вот и принцессе стоило разрыдаться и запаниковать, размахивая подсвечником, как вся злость, которую Кагар изначально испытывал к ней и ее высокомерию прошла. Существо она конечно все еще высшее, нос задирала до небес, это да, но убивать резко расхотелось, наоборот, такое бы поберечь. И он поберег, а она, нахалка уселась на шею, свесив ножки и еще его погоняет, то не так, и се не этак. Вот просто слов нет и ругательств, как есть принцесса.
