«Яхаги» шел непосредственно впереди линкора. Считая от нас по часовой стрелке на циферблате часов, эсминцы располагались следующим образом: «Асасимо» — 7,5 минут, «Касуми» — 15 минут, «Фуютсуки» — 21 минута, «Хатсушимо» — 27 минут, «Юкикадзе» — 33 минуты, «Суцутсуки» — 39 минут, «Хамакадзе» — 45 минут и «Исокадзе» — 52,5 минуты.
Сформировав круговой ордер, корабли увеличили скорость до 24 узлов и перешли на зигзаг. Первый «зиг» предусматривал поворот 45 градусов вправо и выводил «Асасимо» в ведущую позицию. Последующий «заг» при повороте на 90 градусов выводил в лидеры «Исокадзе». Движение круговым ордером требовало исключительной точности при маневрировании, но обеспечивало хорошую защиту от атак подводных лодок. Но движение круговым ордером на зигзаге было не очень эффективным от ударов авиации, так как самолеты могут быстро изменять угол сближения с целью, используя свое большое превосходство в скорости.
Идти круговым ордером на зигзаге было решено в ходе совещания у адмирала Ито сразу же после принятия приказа. Вскоре нам предстояло убедиться, что это решение было неверным.
После поворота на юг, в Восточно-Китайское море, за кормой быстро растаяли берега острова Кюсю. Первый раз с момента нашего выхода с базы меня охватило чувство тревоги. Устанавливалась наиболее худшая погода для боя надводных кораблей, который мы планировали.
Видимость в 20 000 метров давала большое преимущество противнику с его превосходными радарами. Конечно, ливневый шквал мог бы и нам очень помочь, но я знал, что вряд ли его можно ожидать на этой широте.
В этот момент сигнальщики «Яхаги» радостно объявили о появлении в небе двадцати наших истребителей «Зеро». Летя с северного направления, они прошли низко над нашими кораблями и начали кружиться над ними, то исчезая в облаках, то появляясь из них. Учино поинтересовался, не расщедрилось ли командование, прислав нам воздушное прикрытие?
— Нет, Учино, — вздохнул адмирал Комура, — они не для нас. Мы не должны иметь прикрытия с воздуха. Это обычный учебный полет. Кусака, видимо, специально приказал этим молодым летчикам пролететь над нами и попрощаться.
После слов адмирала на мостике установилось мрачное молчание.
Вскоре в северном направлении были обнаружены два неопознанных самолета.
Учино сердито буркнул:
— Почему наши «Зеро» не отгонят самолеты противника?
— Успокойтесь, Учино, — спокойно ответил адмирал Комура. — Умерьте свой пыл. Вы не хуже меня знаете, какие шансы есть у наших юных пилотов против опытнейших американских летчиков.
Тучи сгущались, погода продолжала портиться и около 08:00 начал моросить дождь. Наш круговой ордер продолжал упорно продвигаться навстречу судьбе под постоянным наблюдением самолетов-разведчиков противника. А невдалеке от них наши истребители спокойно завершали свои учебные полеты. Никогда за всю войну я не видел ничего подобного. Это было уже что-то совершенно сверхъестественное.
В 09:00 эсминец «Асасимо», идущий справа от «Яхаги», неожиданно стал отставать. Мне казалось, что в бинокль я отчетливо вижу волнение и гнев на лице своего старого друга Сугихара на мостике эсминца.
«Асасимо» поднял сигнал «Поломка в машине». Эсминец все более отставал, произведя брешь в нашем круговом ордере.
Наше радио неожиданно начало принимать сообщения противника, на этот раз переданные с находящихся где-то поблизости самолетов. Стало ясно, что все уловки с ложными курсами не сработали. Американцы прекрасно знали, где нас искать.
Приятной неожиданностью было появление с левого борта трех пароходов водоизмещением примерно в 2000 тонн. Они радостно нас приветствовали. Кто-то на мостике недоуменно заметил, что понятия не имел о том, что мы еще тащим за собой транспорты с десантом.
В 11:30 на дистанции 20 000 метров была обнаружена в восточном направлении летающая лодка. Держась на безопасной дистанции, лодка лениво кружилась над нашими кораблями, давая подробную информацию о всех наших маневрах. Вот что значит не иметь истребителей прикрытия. Нам оставалось только в бессильной злобе наблюдать, как американская летающая лодка кружится над нами за пределами дальности огня нашей зенитной артиллерии.
Внезапно радио объявило: «Сигнальная станция Амами Осима сообщает о 250 самолетах противника, следующих в северном направлении».
— Они идут! — сказал адмирал Комура со зловещей улыбкой.
Амами Осима — это остров, лежащий на полпути между Кюсю и Окинавой. Не глядя на карту, каждый офицер на мостике знал, что эти самолеты будут над нами примерно через час.
«Ямато» приказал увеличить расстояние между кораблями до 5000 метров. Стандартная процедура при угрозе нападения с воздуха. «Яхаги» и семь эсминцев разошлись веером, готовясь к бою.
Шесть 150-мм, четыре 80-мм орудий «Яхаги» и 40 зенитных автоматов уставились стволами в небо. К орудиям был подан боезапас, комендоры находились в полной готовности открыть огонь.
Наступил полдень, но никаких признаков появления американских самолетов еще не было, и я приказал вестовым доставить команде обед на боевые посты. Все быстро поели, запив обед горячим зеленым чаем. С большим удовлетворением я следил с мостика за действиями моего экипажа. Все тревоги и сомнения исчезли. Я знал, что «Яхаги» не опозорит себя в предстоящем бою.
В 12:20 с «Ямато» сообщили, что его радар обнаружил «большую группу самолетов на дистанции 30 000 метров по пеленгу 35 градусов с левого борта». Последовал приказ всем кораблям дать полный ход и приготовиться к отражению воздушного налета.
В подобных приказах уже не было никакой необходимости. Все корабли уже шли со скоростью 30 узлов. Вместе с адмиралом Комура и другими офицерами мы находились на командном пункте ПВО позади мостика.
«Ямато», неся на носу огромный бурун, также шел на своей максимальной скорости. Сколько раз мы его видели, но снова замерли от мистического ужаса, глядя как несется по морю это 72 000-тонное бронированное чудовище. Наша вера в «Ямато» была почти религиозной. Это чувство еще более укрепилось, когда линкор вернулся целым и невредимым из залива Лейте, хотя его однотипный близнец «Мусаси» и погиб в этом сражении.
Даже с высоты командного пункта ПВО мы все еще не могли видеть приближения каких-либо самолетов. Нижняя кромка туч опустилась до 1500 метров, а неожиданно хлынувший ливень непроницаемым занавесом закрыл все вокруг нас. Хуже ситуации трудно было придумать. Самолеты должны были уже быть прямо над нами выше облаков. Радар нашего крейсера, как я уже говорил, годился только против надводных целей. Использовать его против самолетов было совершенно невозможно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
