посреди комнаты – в пальто и кроссовках, которые хранила на работе на всякий случай. Она виновато улыбнулась начальнику.
– Куда это ты собралась?
– Вниз, – ответила она, тут же придя в себя. – Ничего такого.
– Ты явно что‑то замышляешь, – сказал сэр Саймон, жестом указав на валявшиеся в стороне пиджак и туфли.
Рози на мгновение замешкалась.
– Мне просто нужно кое‑что разузнать насчет “Британии”. Прояснить пару моментов. Я решила осмотреться, вдруг получится… Ну… – Она замолчала и улыбнулась, пожав плечами.
– Внизу?
– Да.
– Где именно?
– В подвале. Но ты не волнуйся, я бывала там раньше. Просто подумала, что найду… Ну честно, иди! Ты куда‑то собираешься?
– На вечеринку. Даже две. Так, прекрати меня отвлекать! Я не пущу тебя в подвал одну. Тем более ночью. Я видел, что с тобой было в прошлый раз.
– Да ничего не было, – беспечно отмахнулась она. – Правда, иди.
Но Саймон уже снимал пальто.
– У тебя была кровь на губе, и ты до смерти меня напугала. Давай спустимся вместе, найдем то, что тебе нужно, и разбежимся по своим делам. Нам обоим будет полезно выпить и немного расслабиться.
Рози попыталась возразить, но сэр Саймон настаивал на своем. Он взглянул на часы: без пятнадцати восемь. И понадеялся, что они быстро найдут эту дурацкую штуку, что бы это ни было, а затем дружно отправятся отдыхать.
В подвале стоял противный, пробирающий до костей холод. Сэр Саймон пожалел, что оставил пальто в кабинете Рози. Она увидела, что он дрожит, и предложила ему свое, но он, естественно, отказался. Если речь не идет о переохлаждении или обморожении, джентльмен никогда не возьмет теплую одежду у дамы, даже если она офицер с боевыми наградами.
Впереди угадывалась дверь с новенькой табличкой:
НЕ ВХОДИТЬ. ТОЛЬКО СОТРУДНИКИ ОТДЕЛА ИМУЩЕСТВА.
ПРИКАЗ ГЕРЦОГА ЭДИНБУРГСКОГО.
Рози вошла, и сэр Саймон последовал за ней. Внутри было темно, так что ей пришлось наощупь искать выключатель.
– Ничего не слышно? – спросила она, прежде чем включить свет.
Саймон прислушался. Вроде ничего.
– Нет, а что?
– Просто надо проверить.
Рози щелкнула выключателем, и на потолке по очереди замерцали лампы, освещая пещеру из сказки про Аладдина с королевскими сокровищами. Они шли мимо стеллажей с уникальными артефактами, которые выглядывали из коробок или просто лежали на полках. Примерно так Саймон представлял себе хранилище Британского музея.
Рози, казалось, знала дорогу. За стеллажами в дальнем углу располагался небольшой кабинет с бугристыми невыкрашенными стенами. Она с небольшой опаской открыла дверь и заглянула внутрь, а сэр Саймон в это время стоял неподалеку, стараясь полностью спрятать руки в рукавах пиджака и наблюдая за тем, как изо рта выходит кристальный пар.
– Нашла что‑нибудь? – спросил он, когда Рози вышла.
Она покачала головой.
Саймон собирался было идти назад, но Рози сказала, что хочет заглянуть в соседнюю комнату. Сводчатый потолок в ней напомнил ему картинки из учебника по истории. “Вряд ли туннели строили при Тюдорах, значит, наверное, при Георге”, – рассуждал он. Ругая себя за то, что не спускался сюда раньше, сэр Саймон с большим энтузиазмом последовал за Рози, обращая внимание на потертый каменный пол и старые тонкие кирпичи, проглядывающие в тех местах, где отвалилась плитка.
Рози огляделась, и Саймон, проследив за ее взглядом, заметил три довольно симпатичные китайские вазы, которые стояли в ряд перед стеллажом. Рози кинула взгляд в дальний конец комнаты, где за баррикадой из сундуков и ящиков виднелась еще одна дверь.
– Видимо, там начинается туннель, – указав на нее, сказал сэр Саймон.
Рози отстраненно пробормотала нечто, похожее на согласие, – ее внимание привлекло темное пятно на полу чуть поодаль. Она подошла ближе. Присев, обмакнула палец и сразу встала, стирая с руки неизвестную субстанцию.
– Думаю, стоит кому‑нибудь позвонить, – проговорила она, глядя на начальника.
– Зачем?
– Мне кажется, это кровь.
Саймон тоже провел по пятну пальцем. Как будто кто‑то взмахнул по каменной кладке кистью в ржаво-коричневой краске, смешанной с грязью. У него застучало в висках.
– Поднимись наверх и позови на помощь.
– Это засохшая кровь, – заметила Рози.
– Ты права. – Саймон слишком остро отреагировал. Может быть, это следы старой травмы в кладовой или вообще ржавая краска. Только он начал расслабляться, как вдруг заметил, что Рози смотрит на груду сундуков и ящиков. – Боже правый… – Сбоку на сундуке для перевозки чая, загораживающем вход в туннель, виднелся зловещий отпечаток. – Видишь? – спросил он.
– Что?
– На сундуке, сбоку.
– Ой-ой.
Они вместе подошли к баррикаде у двери, и Рози потянулась к верхнему сундуку. Саймон помог ей спустить его на пол, но оказалось, что он заколочен.
– Нужно его открыть.
– Ты уверен?
– Крышка не плотно прилегает, попробуем ее подцепить. Где‑то тут у стены был ломик. Можешь его принести?
Рози отправилась на поиски, а Саймон в это время обратил внимание на тяжелый сундук в основании баррикады, над которым теперь было пусто. Такие привозили с собой в школу одноклассники. Его собственный сундук был крошечный, сделанный из латунного каркаса с натянутой поверх холщовой тканью. Этот похож, но он гораздо больше, к тому же кожаный. Такие сундуки называют пароходными чемоданами. Он выглядел довольно потрепанным, и казалось, что внутри кто‑то копошится.
Саймон приложил к нему ухо и прислушался. Исходящий изнутри сундука шорох напомнил ему о мышах за стенами коттеджа в Кенсингтонском дворце. Испытывая любопытство, смешанное с отвращением – сэр Саймон не любил грызунов, – он приподнял крышку. Две застежки на петлях легко поддались, сундук был не заперт. Сэр Саймон открыл его.
В ноздри ударил отвратительный сладковатый, тошнотворный запах. Затем он увидел пару маленьких испуганных глаз, которые уставились на него, жмурясь от света, под ними дергались усики. Грязная жирная крыса вдруг прыгнула ему в лицо, отскочила от него, боком полетела на пол и скрылась в тени. Зажав нос рукавом, Саймон увидел отвратительный праздничный ужин крысы.
В тесном сундуке валялось кое‑как сложенное тело человека. По мнению сэра Саймона, он умер недавно – несколько дней назад, – но крыса уже успела сделать свое грязное дело, съев веки и глаза трупа. На одной мраморной щеке и на противоположном виске виднелись темные отверстия от пуль, темно-синий жилет и белая рубашка были залиты кровью. Сэр Саймон предположил, что сначала его ранили в грудь, а затем шальная – или с расчетом выпущенная – пуля пробила голову, когда он повернулся. Несмотря на повреждения, он узнал лицо этого человека, хотя и не мог вспомнить его имени.
Сзади подошла Рози, сжимая в руках ненужный ломик.
– Фу! – воскликнула она, отшатнувшись от вони, затем осторожно
