Жандармы увезли Анибала в тюрьму, и там он стал симулировать помешательство. Твердил, будто он — ребенок, и звал на помощь отца. У Милагрос сердце разрывалось от жалости, когда во время свиданий Анибал сквозь решетки протягивал к ней руки и плакал: «Где мама? Где отец? Почему они ко мне не приходят?»
Она беспощадно казнила себя за то, что надеялась обмануть Анибала, но лишь довела его до совершения преступления и безумия. Потом ей стало страшно оттого, что она также обманула Катриэля, и неизвестно, что могло стать с ним, ранимым и незащищенным, если даже такой крепкий человек, как Анибал, сломался.
Милагрос решила разыскать Катриэля и начала свой поиск с дома Энрике и Росауры.
— Возможно, вы знаете, куда уехал Катриэль? — спросила она у хозяев, и те ответили: «В Санта-Марию».
Но они не могли отпустить Милагрос, не попросив прощения за поведение Августо. В свою очередь Милагрос рассказала им, как достойно вел себя Августо в их последнюю встречу, чем, безусловно, порадовала его родителей.
— Заходи к нам почаще, — приветливо улыбнулась ей на прощание Росаура. — Мы будем рады тебя видеть, и ты всегда можешь рассчитывать на нашу помощь.
Поблагодарив приветливых хозяев, Милагрос направилась в тюрьму к Анибалу, не предполагая, что помощь Энрике и Росауры потребуется очень скоро.
Подойдя к окошку камеры, она увидела, как Анибал передавал другому заключенному деньги и записку, говоря при этом:
— Сегодня же, как только тебя выпустят отсюда, пойди по этому адресу и передай деньги директору приюта. Скажи, что у меня случилась неприятность, но скоро я сам приду и внесу остальные деньги. Пусть он не волнуется и продолжает заботиться о моем братишке.
Милагрос была потрясена услышанным. Значит, Анибал притворяется невменяемым, а сам замышляет побег!
— Я все слышала, — крикнула она ему. — Больше тебе не удастся меня дурачить!
В этот момент надзиратели отворили дверь выпуская сокамерника Анибала на свободу, и Милагрос тотчас же последовала за ним.
— Дайте мне ту записку с адресом приюта, — сказала она ему, выйдя за тюремные ворота. — я сестра Анибала и сама заберу мальчика. А деньги можете оставить себе.
— Деньги? Какие деньги? — плутовато взглянул на нее недавний заключенный.
— Я все видела, — пояснила Милагрос, — и мне ничего от вас не надо, кроме адреса.
Мужчина посмотрел на нее оценивающе и предложил:
— Поедем со мной в одно местечко. Там и поговорим.
Милагрос ничего не оставалось, как согласиться на его предложение. А он привез ее в таверну, которая фактически была тайным публичным домом. Заказал вина, заставил Милагрос выпить вместе с ним — отдавать записку он не торопился.
— Где тебе удалось отловить такую пташку? — спросила владелица заведения, отозвав гостя в сторону.
— Что, хороша? — расплылся он в самодовольной ухмылке. — Могу продать, если сойдемся в цене.
— Думаю, сойдемся, — уверенно заявила мадам, зная, что этот бродяга дорого не возьмет.
Милагрос же вынуждена была сидеть с ним за столом до тех пор, пока он, напившись, не отключился и она не вытащила у него из кармана записку с адресом.
Теперь уже можно было уходить, однако тут вступила в дело мадам:
— Попей чайку на дорожку, успокойся. Ты такая взволнованная.
Милагрос из вежливости отхлебнула несколько глотков, но этого оказалось достаточно, чтобы у нее закружилась голова и все поплыло перед глазами, в чай было подмешано сильнодействующее наркотическое вещество.
Ноги Милагрос отяжелели, она не могла сдвинуться с места.;
На ее беду, в таверну как раз пожаловал капитан Родригес, завсегдатай этого заведения, и жадно впился глазами в Милагрос.
Мадам услужливо засуетилась перед влиятельным клиентом:
— К сожалению, она сегодня ни на что не годна — сейчас заснет и проспит до утра. Но завтра…
— Завтра я собираюсь увезти ваших девочек к себе в форт, чтоб немного развлекли солдат. А эту красотку подготовьте лично для меня.
Так Милагрос очутилась в форте капитана Родригеса, став его пленницей.
Однако брать ее силой Родригес не хотел, а потому запер строптивую девчонку в чулане, без пищи и воды, надеясь, что вскоре с нее спадет спесь.
В бессильном отчаянии Милагрос кричала, била кулаками в дверь, но никто не смел ослушаться капитана и помочь несчастной девушке, хотя ей сочувствовали даже солдаты. Лишь Сегунда, местная кухарка, не выдержала — тайком принесла Милагрос поесть и попить.
— Спасибо, вы так добры ко мне. Может, сообщите моим друзьям, где я? — попросила Милагрос, понимая, что это единственная возможность спастись. — Их зовут Росаура и Энрике Муньис. Они живут в Арройо-Секо.
— Я их прекрасно знаю! — обрадовалась Сегунда. — Капитан Муньис прежде командовал этим фортом. Конечно, я помогу тебе.
Она послала к Энрике своего сына-подростка, и тот подробно описал ситуацию, в какой оказалась Милагрос.
Теперь Энрике надо было подумать, как ее вызволить. Ведь Родригес так просто не расстанется со своей добычей. Он даже может пустить в ход вооруженных солдат.
— Тут нужна какая-то хитрость, — молвила Росаура, давно уже научившаяся понимать мужа без слов.
— Да, ты права, — согласился Энрике. — Может, нам стоит прибегнуть к помощи циркачей?
— По-моему, это выход! — поддержала его Росаура.
Не мешкая ни секунды, они отправились в цирк, где все были обеспокоены исчезновением Милагрос.
На разработку операции ушло совсем немного времени, и вот уже Росаура, одетая в траурное платье, предстала перед капитаном Родригесом.
— Энрике умер, — произнесла она с печалью в голосе, — а я не знаю, как теперь жить. Может, возьмете меня кухаркой, по старой памяти?
Родригес выразил ей свое соболезнование и сказал, что более искусной стряпухи не встречал за всю жизнь.
— Можете хоть сейчас идти на кухню, — предложил он любезно. — Мы с вашим супругом не были друзьями, но к вам я всегда относился с большим уважением.
— Неужели это правда, что сеньор Энрике умер? — встретила ее на кухне встревоженная Сегунда. — Мой сын говорил, будто сам его видел.
— Нет, не волнуйся. Слава Богу, Энрике жив! шепотом ответила ей Росаура. — И скоро прибудет сюда с циркачами. Так что предупреди Милагрос.
Цирковой фургон, подъехавший к форту, был остановлен солдатами.
— Здесь не положено находиться посторонним — строго произнес Родригес.
— Но мы бежим от индейцев, — пояснил Каньете. — Часть наших товарищей погибла… А мы уже три дня ничего не ели. Накормите нас, пожалуйста. В благодарность мы устроим для вас отличное представление. Правда, от всей труппы нас осталось немного. Это владелец нашего цирка, сеньор Мигель, — указал он на за¬гримированного Энрике, — этот молодой парень — жонглер, акробат, фокусник. Словом, мастер на все руки. Ну а я — клоун. Уверяю вас, вы получите огромное удовольствие от представления.
