набирать номер.
– Кому ты звонишь?
– Вику Манетти. В полицию.
– Погоди. Погоди минутку, – сказала Клэр.
Дэвид поднял на нее взгляд. «Он очень хороший человек, – подумала Клэр, – и беспокоится. Но я и сама не уверена, стоит ли туда звонить».
Дэвид опустил трубку на рычаг и продолжил смотреть на Клэр.
– Что не так? – спросил он.
– Люк, – ответила она. – Я думаю о Люке.
Дэвид подошел к столу. Клэр ощущала, как он сдерживает бушевавшие внутри гнев и возмущение.
– А при чем здесь Люк, Клэр? Однажды ночью Люк видел, как ты стояла, прижавшись к кухонной стенке, пока Стивен в пьяном угаре хлестал тебя по щекам. Разве не в этом суть судебного запрета, чтобы к тебе не приближались?
– Да, это так.
– Так при чем здесь Люк?
– Стивен – его отец. Уже целых полгода прошло.
– Ну и что?
– Люк по нему скучает. На эту тему он больше не говорит, но это лишь защитная реакция. Ему все равно не хватает отца. Мне бы хотелось, чтобы все обстояло иначе, однако это действительно так. И я не знаю, есть ли у меня право…
– Разумеется, ты имеешь на это право. У тебя есть все права, чтобы…
– В ту ночь Стивен перебрал.
– Он мог напиться и сегодня, – заметила Эми.
Внезапно Клэр ощутила себя измотанной. Отрицать это не было смысла. В трубке звучал пьяный голос, то невнятный, то чересчур четкий. Клэр вспомнила ту ночь на кухне, когда кричала сыну, чтобы он вышел оттуда и возвращался в постель, – и самого Люка, в ужасе бегущего в полную неестественную тишину. Вспомнила, как ощущала близость Стивена, нависшего над ней, словно угроза ужасной смерти или, что еще хуже, изнасилования, пока он бил ее по лицу, колотил по ребрам, животу и груди, метил в грудь, будто в том, чтобы попасть именно туда, имелся особый черный смысл. Клэр догадывалась, какой именно, ибо уже несколько месяцев Стивен ни разу не занимался с ней любовью. Вместо этого он хотел пьянствовать, а в ту ночь Клэр спросила почему – ей все еще хотелось спасти их брак, – не догадываясь поначалу, что муж сильно пьян, и он «объяснил» ей, каждым ударом по груди втолковывая почему – он попросту ненавидел, презирал ее женственность, все ее тело, эту ее невыразимо отвратительную плоть.
– Я сама позвоню, – сказала Клэр.
– Позволь мне, – мягко отстранил ее Дэвид. Он опустил руку ей на плечо. – Я там кое-кого знаю.
Он снова подошел к телефону и стал набирать номер. Клэр посмотрела на Эми, та кивнула, словно говоря: «Это верное решение. Единственное из возможных». И сжала руку подруги вновь.
– Алло? Глория? Вик на месте? Это Дэвид Холбард с Ривер-роуд.
Теперь, когда все случилось, воздух внезапно стал спокойнее, а дом – тише. Дэвид сейчас действительно вызывает полицию, чтобы заставить Стивена держаться от них подальше.
Клэр вспомнила свой сон в прошлую ночь. Стивен был кем-то вроде вампира, или собаки, или змеи. Он лежал на ее теле и прижимал к кровати. С зубами на шее Клэр. Он был собакой и принялся трясти мордой, вырывая из шеи плоть.
Сны о собаках в различных вариациях сопровождали Клэр с детства. Иногда она просыпалась от них, обмочив постель.
Это был первый раз, когда собака оказалась Стивеном.
– Ага. Хорошо. Что ж, у нас тут тоже весьма своеобразная ситуация – дома гости. Женщина и ее восьмилетний сын. Женщина – наша давняя подруга и сейчас проходит через очень неприятный развод. Суд наложил ограничение на визиты мужа. Да, он ее бил. Ему запрещено встречаться с ними под любым предлогом. Но вот он нам позвонил и заявил, что едет сюда из Коннектикута. Сказал, что доберется где-то к вечеру. Мы понятия не имеем во сколько – и что, черт возьми, нам следует делать, когда он приедет.
Дэвид казался озадаченным:
– Что ты имеешь в виду – есть ли у меня пистолет? Глория, ты что, шутишь?
Он слушал, слегка улыбаясь поначалу. Женщины смотрели на него.
– Но ты можешь хотя бы намекнуть почему? – спросил Дэвид притихшим голосом. – Понял. Ну ладно, попробуем. Хотя не думаю, что это принесет много пользы. А там будет еще кто-нибудь, если мы?.. О’кей… Спасибо, Глория. Береги себя, хорошо?
Он положил трубку на рычаг, подошел к столу, сел и допил свое пиво.
– Это и в самом деле было странно, – сказал Дэвид.
– Что именно? – спросила Эми.
– Глория сказала, что Вик и большинство сотрудников его офиса сейчас в отъезде – расследуют убийство. К делу подключилась и полиция штата. На местах один дежурный персонал. Я изложил ей суть ситуации, и она сказала, что, во‐первых, они ничего не могут предпринять, пока Стивен не приедет, – чего я, собственно, и ожидал, – но если он будет настаивать на встрече с Клэр, то снова позвонить им, и тогда они, как она выразилась, наизнанку вывернутся, но все же постараются прислать к нам кого-нибудь. Она сказала, по возможности не пускать его в дом, попытаться уговорить развернуться и ехать назад домой.
– А к чему ты сказал про какой-то пистолет?
– Это как раз самое странное. Глория порой слегка чудаковата – и я не знаю, играла ли она в королеву драмы или что-то вроде того, но она действительно предложила мне приказать Стивену проваливать под дулом пистолета. Ему или кому угодно еще, кого я не знаю лично и кто может сегодня вечером заявиться к нам в дом. Ты можешь себе представить, как я стою на крыльце и приказываю Стивену убираться отсюда, направив на него дробовик… как Элвис в «Пылающей звезде»? У кого, черт возьми, вообще есть оружие? А даже если бы и было…
Громко хлопнула входная дверь. Клэр подскочила.
Это был Люк. Сияющий.
– Эй, смотрите!
– Что там у тебя?
– Смотрите, что я нашел!
Он протягивал руку, устремляясь к матери, и она бы отчитала его за то, что прервал разговор, в другой раз наверняка отчитает, однако сейчас Клэр почему-то хотелось, чтобы ее отвлекли – от всех этих мыслей о ружьях, убийстве, приезде Стивена и в первую очередь звонке в полицию. Потому она улыбнулась сыну, как надеялась, светлой улыбкой и глянула вниз, на его руку, на маленькие белые косточки, случайно расположившиеся на ладони так, что почти в точности повторяли схему его собственных. На кости его ладони, расходящиеся к пальцам, как будто Клэр смотрела сыну внутрь, в его плоть.
В самую суть понятия «хрупкость». В самую суть смерти.
17:35
Стивен Кэри приметил девушку
