ужасные кадры повторяют вовсе не потому, что «кто-то, может быть, только что включил телевизор и еще их не видел». Никто из этих женщин, похоже, не заметил, что бесцветные глаза президента постепенно все ближе и ближе сходились к переносице, пока он читал свою записанную речь, или что некоторые из его фраз по-плагиаторски идентичны словам Брюса Уиллиса (обратите внимание – в роли двинутого правого) в фильме «Осада», вышедшем пару лет назад. И точно так же они не заметили того, как сильно некоторые кадры по телевизору напоминали сюжеты и сцены из боевиков, от «Крепкого орешка 1–3» до «Самолета президента». Никто из них не был достаточно в теме, чтобы озвучить эту тошнотворную и очевидную постмодернистскую жалобу: Мы Уже Всё Это Видели. Нет, они просто сидели, переживали и молились. Ни один человек в доме миссис Томпсон никогда не опустился бы до того, чтобы заставлять всех собраться в круг и молиться вслух, и все же я понимал, что́ они делают.
И, без сомнения, это хорошо. Благодаря этому и думаешь и поступаешь так, как не думал бы и не поступал наедине с собой: например, пока смотришь речь президента и на его глазки, молишься, молча и горячо, что ты ошибаешься насчет него, что ты предвзят, и он на самом деле куда умнее и могущественнее, чем ты думаешь, не просто какой-то бездушный голем в деловом костюме, связанный корпоративными интересами, но выразитель мужества и честности и… и это хорошо, хорошо – молиться так. Только чувствуешь себя при этом одиноким. Как же иногда тяжко бывает с достойными, невинными людьми. Я вовсе не хочу сказать, что все, кого я знаю в Блумингтоне, похожи на миссис Томпсон (например, ее сын Ф. – не такой, хотя он и удивительный человек). Я скорее пытаюсь объяснить, что отчасти кошмарность Кошмара происходила от понимания, в глубине души, что если те люди в самолетах и ненавидели Америку, то это была Америка таких, как я, Ф. и бедный придурок Дуэйн, а вовсе не Америка женщин в доме миссис Томпсон.
2001
Посмотрите на омара[315]
Огромный, сильно пахнущий и очень хорошо разрекламированный Фестиваль омаров в Мэне проводится каждый год в конце июля на среднем побережье – т. е. в западной части Пенобскот-Бэй, в нервном стволе индустрии омаров штата Мэн. Так называемое среднее побережье (midcoast) тянется от городов Оулс-Хед и Томастон на юге до Белфаста на севере (вообще-то оно тянется и дальше, до Бакспорта, но по трассе-1 нам никогда не удавалось доехать дальше Белфаста, ибо пробки там, как вы можете себе вообразить, невообразимые). В регионе два основных населенных пункта: Камден, с его старой, богатой, забитой яхтами гаванью, пятизвездочными ресторанами и феноменальными отелями, и Рокленд – серьезный старинный рыбацкий город, где в Харбор-парке, прямо у воды, каждое лето и проходит фестиваль[316].
Туризм и омары – две главные отрасли среднего побережья, и обе рассчитаны на теплую погоду, и Фестиваль Омаров в Мэне представляет собой не столько пересечение двух отраслей, сколько их намеренное столкновение – радостное, прибыльное и шумное. Цель этой статьи, заказанной журналом «Гурмэ», рассказать о 56-м ежегодном ФОМе, проводившемся 30 июля – 3 августа 2003 года; официальный лозунг фестиваля в этом году: «Маяки, смех и омары». Общее количество посетителей – более ста тысяч, отчасти благодаря июньскому репортажу на канале СNN, в котором старший редактор журнала «Фуд энд вайн» назвала ФОМ одним из лучших тематических гала-фестивалей в мире. Основные события фестиваля 2003 года: выступление Ли Энн Уомэк и группы Orleans, ежегодный конкурс красоты «Владычица морей Мэна», Большой Субботний Парад, воскресный «бег по ящикам» памяти Уильяма Г. Этвуда, ежегодное соревнование поваров-любителей, карнавальные горки и аттракционы, достопримечательности и палатки с едой, а также Главный Шатер, где каждый год потребляют больше двадцати пяти тысяч фунтов свежепойманных омаров, приготовленных в Самой Большой в Мире Омароварке, что рядом с северным входом. Кроме того, в наличии: роллы из омаров, пироги с омаром, соте из омара, салат с омаром, омаровый биск, омаровые равиоли, омаровые пельмени во фритюре. Омаровый термидор можно попробовать в ресторане «Черная жемчужина» в северо-западной верфи Харбор-парка. В большой будке из соснового бруса при финансовой поддержке Общества популяризации Омаров Мэна можно найти бесплатные брошюры с рецептами и советами, как есть омаров, и с «Интересными Фактами об Омарах». Победитель пятничного соревнования поваров-любителей готовит омаров в горшочках с шафраном, рецепт этого блюда доступен для скачивания на сайте www.mainelobsterfestival.com. Тут есть футболки с изображением омара, куклы-омары с трясущимися головами, надувные омары для бассейнов и шляпы-омары с большими красными клешнями на пружинках. Все это ваш корреспондент видел, посетив фестиваль в компании своей девушки и родителей – один из моих родителей вообще-то родился и вырос в штате Мэн, хотя и за тридевять земель от туристического среднего побережья, в северной материковой части, которую называют «страной картошки»[317].
Каждый знает, что такое омар. Хотя, конечно, всегда можно узнать больше – все зависит от широты наших интересов. Таксономически говоря, омар – это морское ракообразное из семейства Homaridae, с пятью характерными парами сочлененных ног – первая пара заканчивается клешнями, похожими на щипцы, для удержания добычи. Как и многие другие виды глубоководных хищников, омары одновременно и охотники, и падальщики. У них стебельчатые глаза, жабры на ногах и антенны. В мире существует около двенадцати видов омаров, из которых релевантный для нас – омар Мэна, Homarus americanus. В английском языке омара называют лобстером – это слово произошло от староанглийского loppestre, которое считается искаженным латинским locust (саранча), объединенным со староанглийским loppe, что значит «паук».
Кроме того, ракообразные – это водные членистоногие из класса Crustacea, который включает в себя крабов, креветок, морских уточек, омаров и пресноводных раков. Все это есть в энциклопедии. А членистоногие относятся к типу Arthropoda, куда входят насекомые, пауки, ракообразные и многоножки: все они имеют одну общую черту (помимо отсутствия позвоночника) – хитиновый экзоскелет, состоящий из сегментов, к которым присоединены пары конечностей.
Т. е. омары – это в общем огромные морские насекомые[318]. Как и большинство членистоногих, они появились во время юрского периода – т. е. биологически настолько старше млекопитающих, что их вполне можно считать гостями с другой планеты. И они – особенно в естественном коричнево-зеленом состоянии, размахивающие своими клешнями, как оружием, и шевелящие толстыми антеннами – не очень приятны внешне. И да, это правда, они «мусорщики» моря, поедатели мертвечины
