глядя в глаза Орхана, который задумчиво потирал подбородок, ожидая окончания просьбы.
Хайрат склонился было к его уху, начиная что-то нашёптывать, но Орхан отмахнулся. Хайрат исподлобья посмотрел на Агату, а потом нахмурился, словно что-то почувствовав. Его взгляд скользнул куда-то за её спину. Агата переступила с ноги на ногу. Сердце забилось где-то в горле, а кожу покрыл холодный пот.
Она шагнула в сторону, пытаясь закрыть собой Джонотана, уже понимая, что произошло. Цепочки звякнули, но этот тихий звук потонул в приказном крике Хайрата, указавшего за спину Агаты:
– Взять его!
Стражи Орхана в белом среагировали так стремительно, что не более вздоха прошло, когда Джонотана скрутили и бросили на пол, заставив склониться перед Орханом. Чёрную повязку, прячущую его лицо, сорвали – и теперь ничего не скрывало лицо Джонотана ди Арса, знакомое многим в этом зале.
– Пират пойман, господин, – ухмыляясь, поклонился Хайрат. – Прикажи казнить прямо здесь?
– Он не пират! – крикнула Агата и шагнула было вперёд, но стражи в белом окружили её, оттеснив теней. – Это он – капитан, доставивший нас с отцом к этим землям, защищавший нас и спасший меня от пирата!
Кожу неприятно закололо, то ли от множества взглядов, обращённых на неё, то ли это Хайрат дал волю своей магии. Уголки его губ кривились в издевательской усмешке:
– Чего стоят слова глупой женщины? – презрительно бросил Хайрат, шаг за шагом спускаясь с возвышения, где сидел Орхан, к центру зала. – Она, увы, видит лишь смазливое лицо человека, который готов предать в любой момент. И он находится здесь явно не с благими целями – иначе бы и не вздумал скрываться среди теней, словно какой-то вор! Не так ли?
Но речь заклятого мага прервал другой голос, и Агата от неожиданности даже вздрогнула. Тот, кто уже доказал, что продаст её ради выгоды, внезапно поднялся с места:
– Господин Хайрат, это и правда мой капитан.
Сезар ди Эмери замер, прекрасно понимая, что этим спором вовлекает себя в противостояние Орхану… Если он скажет то, что им не понравится, – всей сделке конец! Но впервые за долгое время отец выглядел решительно, хоть его лицо и покрылось пятнами от напряжения и, может, стыда за неё – замершую полуголой посреди всех собравшихся. Но сейчас было плевать. Агата почувствовала, как на глазах помимо воли наворачиваются слёзы: отец всё-таки заступился! Не только за неё, но и за Джонотана, которого когда-то поклялся защищать!
– Как вы могли не узнать его? – продолжал между тем ди Эмери, сжав полноватые пальцы в кулаки. Он вперил свой тяжёлый взгляд в Хайрата и повысил голос: – Я принимал вас в своём доме, где вы и были представлены друг другу. Кажется, вы ещё искренне восхищались мастерством и бесстрашием моего верного капитана. А теперь готовы верить тому, кто обведёт вокруг пальца даже собственную мать?!
Джонотан попытался вырваться из хватки, но стражники держали его крепко, а по быстрому сигналу Акрама теперь и теневые стражи сделали круг ещё плотнее: чтобы не позволить преступнику сбежать. Все гости зашумели и загомонили разом, поднялась суета: кто-то вскочил со своего места, гневно повышая голос и выкрикивая что-то неясное на ануарском. Орхан поднялся со своего места и грохнул кулаком, привлекая к себе внимание. И только настоящего пирата как будто лишь веселило всё происходящее.
Агата бросила отчаянный взгляд на Вильхельма, который в этот момент неторопливо поднялся, широко ей улыбаясь и окидывая наигранно восхищённым взглядом всю её фигуру. Кажется, он пришёл сюда, только чтобы посмеяться над ней и всем её планом, хотя буквально накануне клятвенно заверял, что это её верный шанс на спасение! Какая же он сволочь! Агата с трудом сдерживалась, чтобы не наброситься на него с кулаками.
Все были так увлечены, что никто не обратил внимания на то, как он подхватил огромный золотой кувшин для вина, приподнял резную крышку и, отсалютовав Агате, отпил прямо из носика. После чего поцеловал кончики своих пальцев, послал Агате воздушный поцелуй и, прихватив кувшин, незаметно скрылся среди гостей.
Крикнуть, чтобы схватили настоящего пирата, она не успела. Горло сдавило судорогой, пока стражники впятером пытались удержать Джонотана. Они заставили его встать и замереть, вскинув голову. Напряжённое тело его вытянулось в струну, но в хорошо знакомых глазах полыхал опасный огонь.
Он применит свою магию, если они попытаются его убить! Несколько теней подошли ближе и были будто готовы защищать своего собрата от людей в белом. Фадия говорила, что Акрам и Орхан всегда соревновались, чьи воины сильнее… Но встанет ли сейчас Акрам на сторону Орхана или будет защищать честь теней?!
– Мой господин, выслушайте нас! – бросила она, снова умоляюще глядя на Орхана.
Хайрат открыл было рот, но Орхан остановил его властным движением руки.
– Это правда, Сезар? – спросил он, но посмотрел на Агату, которая кусала губы и беспрерывно дрожала уже всем телом.
– Конечно, господин, – со всем почтением кивнул ди Эмери. – Я взял его на воспитание ещё мальчиком.
– Вот оно что, – проговорил Орхан. – А где же тогда пират, который хозяйничает в наших водах?
– Да вот же… – ди Эмери перевёл взгляд туда, где пару минут назад был Вильхельм, и осёкся.
Агата заметила мелькнувший у дверей новенький синий мундир и, поспешно сложив руки в просящем жесте, взмолилась, позволяя слезам затуманить взор, обращённый на Орхана:
– Господин, прошу, будь милостив в этот день.
Орхан отпихнул шепчущего ему на ухо Хайрата и неожиданно встал со своего места. Обойдя Джонотана, которого удерживали стражи, приблизился к Агате, небрежным движением сбрасывая с плеч белоснежный, богато расшитый золотыми и серебряными нитями палантин.
Агата вздрогнула, когда прохладная тяжёлая ткань легла на неё, наконец скрывая наготу от множества любопытных глаз. Горячие ладони сжали её плечи. Орхан скользнул рукой вверх, погладил шею, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза снизу вверх. Мгновение он молчал, а потом неожиданно улыбнулся, словно приняв какое-то решение.
Запахнув на ней плотнее палантин, он обернулся к гостям, и в тишине его голос прозвучал особенно торжественно:
– Дорогие мои гости, воистину боги благосклонны ко мне, раз сама Луна благословила и наставила мою невесту, – он сделал паузу, окидывая всех взглядом. – И я не буду сегодня проливать кровь.
– Но, господин, – начал было Хайрат.
Орхан заставил его замолчать едва заметным жестом.
– Я буду милостив сегодня, поэтому этот мужчина… – он помедлил, глядя Агате в глаза и улыбнулся многообещающе, – пусть проваливает на все четыре стороны. Вы знаете, что это был за танец, и осталось услышать, какую плату за него назначила моя невеста.
– Он здесь, чтобы убить
