– Я знаю.
– Вроде больше не издеваюсь и не играю с тобой. На чувства твои мне не насрать. Факт?
– Да. Факт. Но…
– И грудь, самый важный аргумент, больше не волосатая. Всё? Канает для твоих требований?
– Требования для чего?
– А ты не помнишь, к чему это перечисляла? На какую я там роль не подходил?
Я хмурюсь. Правда стараюсь вспомнить, но это не так легко. А то, что лезет в голову, кажется глупостью.
Но ничего другого нет.
Только…
Дыхание спирает.
Будто миллионы маленьких бомб обрушиваются на лёгкие и сердце.
– Это было… – говорить сложно, на глаза накатывают слёзы. – Когда ты… Аргументы почему я никогда не выйду за тебя замуж.
– Аргументов не осталось?
Меня хватает только на то, чтобы покачать головой. Божечки, он серьёзно? Он…
Я едва осознаю, что происходит. В ушах шумит. Тело, привычно рядом с этим мужчиной, будто транквилизатором накачивает.
Ни двинуться не могу, ни моргнуть лишний раз.
А Валид этим пользуется. Опрокидывает меня на спину, нависает сверху. А моя ладошка всё так же касается его груди.
– Ты серьёзно? – спрашиваю, не в силах поверить, что мужчина действительно делает мне предложение. Даже грудь ради этого побрил.
– Я, бля, не юморист, чтобы такими шутками разбрасываться.
– Но… Ты не спросил.
– Чего, блядь?
– Спроси, Валид. Как полагается.
– Не перегибай, лапуль. Иначе вместо кольца получишь наручники. Мне понравилось, как ты в них выглядишь.
– Может быть потом. Но сначала спроси. Пожалуйста.
– Женой моей будешь.
Это ни капли не вопрос, но я всё равно отвечаю согласием.
Этой ночью звучит сотня других моих «да».
Впрочем, как и всю жизнь после.
Эпилог. Валид
– Нет, – отрезает Александра, перехватывая мои руки. – Не трогай.
– Ты меня с цирковым клоуном не перепутала, лапуль?
Я сбрасываю руки девчонки.
Стягиваю удавку с шеи.
Нахуй эти галстуки.
– Ты и так оделся не так, как я просила! – придирчиво осматривает меня. – Я же выбрала тебе белую рубашку. А ты чёрную надел.
– Скажи спасибо, что я на костюм согласился.
– Спасибо, – бурчит. – Но белая выглядела солиднее.
– Зато ты от чёрной течь начинаешь. Я же тебя знаю, лапуль.
– И что? Да, нравишься мне такой. Но ты должен моему отцу понравиться!
– Не, конфетка, я не по таким делам. Меня девки интересуют. Одна конкретная.
– Дурак!
Фыркает, но успокаивается.
Прячет галстук в бардачок.
Нервничает, крутится.
Только уселась, снова начинает оглядываться.
К её дому ехать двадцать минут, а она как юла вертится.
Всё время.
– Угомонись, – опускаю ладонь на её бедро. – Всё нормально будет. Порешаем с твоим батей всё.
– Угу, – недовольно шмыгает носом. – Знаю я, как вы всё решаете. Мне важно, чтобы папа понял и принял мой выбор.
– А иначе? Папочка пальчиком погрозит, и ты тут же к нему убежишь?
Отвлекаюсь от дороги.
На девчонку смотрю.
Считываю.
Мне это нахуй не упало. С прокурором брататься и улыбаться, будто мне приятно с ним общаться.
Гнида же.
Может, не продажная, как я считал.
Но закон нарушал.
То, что брату моему жизнь похерил, я не забуду.
Но ради Александры придётся постараться.
Как там базарят?
Брак это компромиссы?
Ну вот.
Раз решил, что девчонка вписывается в мою жизнь навсегда, то нужно сделать, чтобы и ей было комфортно.
А дальше увезу подальше.
Пусть свои статейки из загородного дома строчит.
Поглаживаю тонкие пальчики, резко напрягаюсь.
– Кольцо где? – рявкаю, сжимая ладонь. – Нахрена я его покупал?
– Я решила не шокировать так сразу, – улыбается примирительно.
– Шокируй. Натянула сейчас же. Ты будешь моей женой. Заканчивай с этими выкрутасами.
– Валид, ну я… Я забыла его. Не обижайся только! Я ещё не привыкла. И дома ведь не ношу пока. Мыла руки у тебя, сняла и оставила на полочке.
– Суперклеем намажу.
Угрожаю.
Я вообще не планировал, что когда-то семью заведу.
Одному охуенно было.
Тем более, не планировал, что это будет прокурорская дочка.
Бедовая малолетка.
Которая из меня верёвки вить пытается.
Торможу на светофоре, а Александра тут же пользуется возможностью. Отстёгивает ремень безопасности.
Ко мне бросается, виснет на шее. Целует в подбородок и губы, куда успевает дотянуться.
– Прости, – повторяет, улыбкой жжёт кожу. – Я случайно. Не обижайся, правда. Я сейчас всё-всё папе расскажу. Никаких больше тайн. И кольцо не сниму. Ладно?
– Дохуя ты хочешь, лапуль, – хмыкаю. – А сама косячишь постоянно.
– Больше не буду. Вообще, мы меньше двух недель помолвлены. А ты меня уже ругаешь. Так нельзя.
– За разговором следы.
Но даже это не работает.
Замолкает, но взглядами стреляет.
Довольная, зараза.
Сама радуется тому, что с этой сраной конспирацией всё закончилось.
Я не пацан по углам ныкаться.
Тем более, от её папаши.
Но…
Компромиссы, бля.
– Так, – девчонка деловито оглядывается. – Цветы есть, тортик тоже. Мы ничего не забыли? Может, ещё что-то надо было купить? Оу, пап любит виски…
– Ты мне этим виски все уши прожужжала. В багажнике валяется.
– Отлично. Значит, всё готово. И пройдёт знакомство хорошо.
– Ты правда думаешь, что это прокатит? Вы меня посадили, я вас нахуй послал. А, ещё планирую до смерти ебать вашу дочь. Держите тортик, он с ягодами.
– Не обязательно всё так опошлять. Я не надеюсь, что у вас всё хорошо пройдёт. Просто лучше, если у папы будет меня поводов для придирок. Пожалуйста. Ради меня.
И ресницами хлопает.
Глазами своими блядскими поглядывает.
Сука, эта сталь нахрен прожигает.
Сжимаю руль, киваю.
Ради тебя, лапуль.
А ты мне потом каждую секунду этого вечера отработаешь.
Во всех позах.
Забираю все взятки, следую за девчонкой в подъезд. А после…
Охреневаю.
Александра разворачивается, обнимает меня. Скользит ладошками по груди, поглаживает спину.
Шарит руками так, будто решила стресс с помощью секса согнать.
– Захотела облапать, лапуль? – ухмыляюсь. – Не там трогаешь.
– Нет, я просто… Проверила, вдруг ты с собой взял оружие. Всё чисто, супер.
– Заебись. Отца так же проверять будешь?
– Он не носит пистолеты с собой. У него они в сейфе лежат.
Охуенно.
Я безоружный, а прокурор шмалять будет.
Дорого ты мне обходишься, Александра.
Пиздец.
И не сделаешь же ничего.
Скрутила так, что даже рациональная часть мозга молчит.
Привыкает.
Ну, хана тебе Хасанов, подумаешь.
Зато эта девчонка твоя.
Равноценная сделка.
– Я хорошо выгляжу? – переспрашивает у двери. Крутится в своём коротком чёрном платье. – Нормально?
– Заебись.
– Валид, а чего ты хочешь? Ну… Желание какое-то? Услугу?
– За что ты торгуешься, лапуль?
– Можешь не материться так? Я уже привыкла, тебе даже своеобразно идёт. Но не нужно при моих родителях. И не без твоих блатных словечек. Сделаешь?
– Да как нехуй нахуй, ломать проблемы не буду.
Александра жмурится.
Тихонько пищит.
Я усмехаюсь.
Забавная же.
Моя.
– Буду предельно вежливым, – исправляю, насладившись тем, как девчонка краснеет. – Давай, звони.
– Нет. Я своими открою. Не сразу шокирую.
– Перед смертью не надышишься.
– Не доказано.
Александра звенит ключами, медленно открывает замок.
Вообще дышать перестаёт.
Не, нахрен.
На семейные посиделки мы точно таскаться не будем.
Девчонка неуверенно заходит в свою же квартиру, мнётся на пороге.
– Пап! – зовёт, прижимая к себе упаковку с тортом. – Мам. Я привела парня познакомиться, как обещала. Вот.
