И кто защитит тебя от меня?
Маленькая рука схватила Агату за плечо, и голос матери предупредил:
– Агата, не увлекайся.
Он был тем же самым ограниченным неприятным мальчишкой, которого она встретила в лесу. Ей думалось, она изменила его и снаружи, и изнутри. Ио это всё оказалось иллюзией. Гастон заморочил ей голову нежными словами и горячими поцелуями, позаботился о том, чтобы стать единственным содержанием её жизни. И у него получилось.
Без него будущее представлялось пустой страницей. Пропастью небытия. Она была песчинкой, которую несло бесконечное штормовое море.
Потому что она потеряла всё своё, лишилась собственных желаний. Куда делась её мечта лечить людей? Она так беззаветно угождала Гастону, что позабыла о своём призвании помогать страдающим с помощью магии, совершенно утратила своё «я».
И всё из-за него – он влюбил её в себя, хотя на самом деле хотел только использовать её магию в своих целях, лепил из неё женщину, которая ему была нужна.
Так же как она поступила по отношению к нему.
Агата сжала кулаки и посмотрела в глаза бывшему возлюбленному.
– Внешняя красота не принесёт тебе счастья, Гастон.
Потом она подняла руки к голове и выпустила сияние, вернув все изменения, которые совершила со своей внешностью. Скинула обличье благородной, безупречной дамы с превосходной фигурой и неотразимым лицом, как вторую кожу. Всё это была ложь.
– Не надо. – Гастон с тревогой во взгляде протянул к ней руки.
Агата высоко подняла голову.
– Вот я, Гастон. Настоящая я. Девушка, которая ставит других выше себя. Теперь ты хочешь провести со мной всю жизнь?
Гастон прищурился и нахмурил лоб:
– Верни всё назад!
Увидев вздорного, жалкого мальчишку, которого встретила в лесу, Агата сделала шаг вперёд.
– Гастон, физическая красота не имеет значения. Меня потянуло к тебе ещё до всех превращений.
– Это невозможно! – презрительно воскликнул он.
– Почему, по-твоему, я исцелила твою кожу?
Он скрестил руки на груди, выпятив нижнюю губу, как огромный младенец.
– Потому что пожалела меня.
– Меня действительно возмутило, как твои родные относились к тебе, но я помогла тебе, потому что ты мне понравился. Ещё тогда.
Словно не расслышав её, он шагнул ближе и прошептал:
– Верни свою красоту, Агги, пожалуйста. Поедем со мной домой и будь моей женой.
– Позволь мне отменить твоё преображение, Гастон. И тогда я...
– Нет! – Он отшатнулся, вытаращив от паники глаза. – Ты обещала, что оно останется навсегда.
Агата покачала головой и низким от боли и обиды голосом сказала:
– Меня привлекла в тебе не внешняя красота, Гастон. Ты никогда не найдёшь настоящую любовь, если будешь думать только о себе.
Гастон чуть выпятил нижнюю челюсть, глаза у него потемнели.
– Мне не нужны твои советы. Спасибо за преображение, я теперь самый сильный и привлекательный мужчина во всей округе! Стоит мне только свистнуть, женщины выстроятся в очередь и будут угождать всем моим желаниям.
Она не узнавала его и не хотела знать этого человека.
– Так иди! – с негодованием воскликнула Агата и снова двинулась к нему, держа сияние на ладонях. – Иди, пока я не передумала.
И как эгоистичный трус, которым он всегда был, Гастон развернулся и убежал из церкви и из её жизни.
Напускная смелость тут же покинула Агату, и она с рыданиями упала на руки матери.
– Извини меня, девочка. – Мама погладила дочь по голове. – Я не должна была оставлять тебя. В нашей деревне кое-кто заподозрил, что я практикую магию, меня могли обвинить публично, а возможно, и тебя тоже. Мне пришлось уйти не только ради собственного спасения, но и ради тебя. Но я не рассчитала последствий – как разовьётся твой дар без присмотра знающего человека. Никогда нельзя смешивать желания нашего сердца и магию. В конце концов это только причиняет боль.
– Так, значит, ты не сошла с ума?
Мама отстранилась и посмотрела на дочь.
– Нет, милая, как тебе в голову такое пришло?
– Не важно. Мама, где ты была так долго? – всхлипнула Агата.
– Я наблюдала за тобой с того дня, когда исчезла.
Агата отпрянула.
– Даже на ферме?
Мама улыбнулась сквозь слёзы.
– Я никогда не уходила далеко. Время от времени я возвращалась, чтобы посмотреть на тебя. Была молодой учительницей, пекла хлеб, торговала вразнос. – Мама кивнула. – И я всегда буду рядом.
– Что бы я делала, если бы мы снова не нашли друг друга? – Агата обняла мать и опять горько зарыдала.
Ах, Гастон.
– Ты ни в чём не виновата, – сказала мама, заправляя Агате волосы за уши. – Я научу тебя пользоваться твоим великолепным даром.
Агата ещё раз крепко обняла мать с благодарностью за то, что она снова отыскала её.
– Меня ждёт карета. Но сначала надо проведать Дюрана.
Агата смахнула слёзы и кивнула. Мама поспешила навстречу священнику, на котором лица не было. Он сообщил, что стража уже в пути.
Агата обвела взглядом витражи, иллюстрирующие историю веры, изобилующую чудесами. Несмотря на боль в груди, она внезапно почувствовала лёгкость, преисполнилась надеждой и, казалось, даже ещё больше помолодела.
Подошла мать и похлопала её по руке.
– Давай уедем отсюда куда-нибудь подальше, дорогая. Туда, где нас никто не знает и где мы сможем начать жизнь заново.
Агата втянула носом знакомый мамин запах и улыбнулась сквозь слёзы.
– Я всегда мечтала открыть аптекарскую лавку и поселиться в уютной квартире над ней. Мы сможем использовать свой дар, чтобы излечивать недуги и облегчать людям боль. Как ты к этому относишься?
– Я согласна на всё, что пожелает твоё сердце, милая. Мы чародейки, мир принадлежит нам.
Рука об руку мать и дочь вышли из церкви и растворились в бесконечной ночи.
Эпилог
Через несколько месяцев
ГАСТОН ВЪЕХАЛ НА КОНЕ в город.
К седлу за его спиной были привязаны жирный гусь, три больших кролика и, лучшая добыча, огромный олень. Горожане суетились, пригреваемые весенним солнцем. Гастон широко улыбнулся, зная, что очарование его улыбки привлечёт всеобщее внимание.
– Добрый день, месье Гастон! – окликнул его скрипач, сидевший у фонтана. – Везёте свою добычу в сиротский дом?
– Так и есть, Пьер, – ответил Гастон, и его голос эхом разнёсся по площади.
С недавних пор он стал отвозить в аббатство, где жили обездоленные дети, туши подстреленных на охоте животных – он
