- Я так рада, что ты проснулся, Ким, - продолжала Мак-Дугалл, - Я знаю, что ты не можешь разговаривать со мной. Повязки тебе снимут на следующей неделе. Ты не можешь даже послать мне телепатему - твою новую Линзу еще не успели доставить. Но зато я могу разговаривать с тобой, а ты можешь слушать. Не падай духом, Ким. Я люблю тебя по-прежнему, и как только ты сможешь говорить, мы поженимся. Я буду заботиться о тебе...
- Не нужно меня жалеть, Мак, - вдруг отчетливо прозвучало в ее сознании. Я знаю все, о чем ты хотела сказать, но промолчала. Я вовсе не такой беспомощный, как тебе кажется. Я могу входить по желанию в контакт с любым человеком или разумным существом. Я вижу теперь даже лучше, чем прежде. Но я ни в коем случае не соглашусь, чтобы ты вышла за меня замуж!
- Ты бредишь! У тебя горячка! Ты спятил! - чуть не закричала Мак, но тут же взяла себя в руки. - Может быть, ты и способен посылать людям телепатемы без Линзы, как только что сделал со мной, но видеть не можешь. Поверь мне, ведь я была в операционной.
- Нет, могу, - настаивал Киннисон, - Во время второго посещения Эрайзии я научился очень многому, о чем никому не рассказывал. Моя способность к сверхчувственному восприятию не уступает способности Тригонси, а может быть, даже превосходит ее. Например, я вижу, что ты похудела, осунулась. Ты работала очень много - я доставил тебе немало хлопот.
- Для такого заключения необязательно видеть, - насмешливо фыркнула Мак, Достаточно владеть дедукцией.
- Будь по-твоему. А как насчет роз на том столе? Там белые, желтые и красные розы. Верно?
- Ты, наверное, научился различать розы по запаху, - с сомнением сказала Мак. - К тому же ты, должно быть, знаешь, что практически все цветы, известные ботанике, друзья и просто коллеги приносят сюда, в палату.
- Я могу пересчитать все розы и назвать, какого цвета каждая. А как насчет медальона с твоими инициалами, который ты носишь под форменным платьем? Ведь его я не могу обнаружить по запаху. А чей портрет в медальоне? - звучавший в сознании Мак-Дугалл голос Киннисона пресекся от удивления. - Да там мой портрет, клянусь усами Клоно! Мак, где ты его раздобыла?
- Там уменьшенная копия твоей фотографии, которую мне дал адмирал Хейнес. Я ношу его потому, что люблю тебя, о чем говорила тебе и раньше.
Мак широко улыбалась своей ослепительной улыбкой: теперь она твердо знала, Ким может ее видеть, Ким не будет беспомощным, он видит, мыслит, воспринимает окружающее и может реагировать. Какое счастье! У Мак резко повысилось настроение. С души словно свалился камень. Правда, Ким теперь не может - пока не может! - брать на себя инициативу. Ну что ж! Инициативу ей придется взять на себя.
- Я не только люблю тебя, Ким. Я твердо решила выйти за тебя замуж, нравится тебе мое решение или не нравится, - Мак покраснела. - И вовсе не из жалости, Ким, и не для того, чтобы ухаживать за тобой. Мое решение созрело раньше, гораздо раньше.
- Но это невозможно, Мак, - запротестовал Киннисон, горько сетуя на несправедливость судьбы. - Я тысячу раз думал о нашем союзе, когда был в космосе, и всякий раз приходил к одному и тому же выводу. Ты слишком красива, жизнерадостна и великолепна, чтобы связать свою жизнь с инвалидом, к тому же наполовину состоящим из стали, резины и фенолина.
- Замолчи, Ким, - спокойно возразила Мак-Дугалл. Куда девалась ее неуверенность и нервозность, которые чувствовались в начале разговора. Сейчас она была совершенно спокойна и буквально светилась от радости.
- До сих пор я не знала, что ты меня тоже любишь. Теперь знаю. Тебе не понять, но пока будет жива хотя бы мельчайшая частица Кима Киннисона, я буду любить ее еще сильнее, чем любила бы тебя всего.
- Но я не могу жениться на тебе! - мысленно простонал Киннисон. Понимаешь, не могу! Я еще не выполнил всего задуманного, и в следующий раз они вполне могут добраться до меня. Я не могу, Мак, допустить и не допущу, чтобы ты погубила свою жизнь ради какой-то ничтожной частицы, которая, может быть, чудом уцелеет.
- Хорошо, Серый линзмен, - сказала Кларисса спокойно, излучая безмятежную улыбку и словно не слыша горьких слов Киннисона.-Отложим разговор на некоторое время. Боюсь, что я злоупотребила своим положением медсестры. Устав медицинской службы запрещает персоналу спорить или ссориться с пациентами.
- Тогда другое дело. А как ты, будучи старшей медсестрой отделения, умудряешься неотлучно дежурить в моей палате дни и ночи?
- Очень просто, - беззаботно ответила Мак, и лицо ее снова озарилось ослепительной улыбкой. - Разве не старшая медсестра отделения составляет график дежурств для среднего и младшего персонала?
И добавила более строгим тоном:
- А теперь я должна сделать тебе массаж и перевязку.
Глава 22
РЕГЕНЕРАЦИЯ
- Привет, старый костоправ!
- Привет, канцелярская крыса!
- Я вижу, твоя рыжеволосая фурия мобилизовала все стратегические резервы и ведет планомерную осаду крепости.
Прибыв в Главный госпиталь, чтобы обсудить кое-какие важные вопросы борьбы с босконцами, адмирал Хейнес заглянул на минутку в кабинет Лейси.
- Что-то я не пойму, Лейси, ты не можешь или не хочешь избавиться от Мак-Дугалл?
- Не хочу, а возможно, и не могу. Юная ведьма разнесет в щепки госпиталь, она ни за что не согласится уволиться со службы, женит на себе Киннисона и утащит куда-нибудь в укромный уголок, где станет сама выхаживать его. Ты хочешь, чтобы Киннисон выздоровел?
- Не старайся казаться большим идиотом, чем ты есть на самом деле. Что за дурацкий вопрос?
- Не нагнетай напряженность вокруг Мак-Дугалл! Пока она ухаживает за Киннисоном, другими словами, не отходит ни на шаг все двадцать четыре часа в сутки, за него можно не беспокоиться. Все, что необходимо, она достанет из-под земли.
- Не сомневаюсь. Но я имею в виду другую ситуацию, которую мы, насколько можно судить, не контролируем. Киннисон не выстоит против превосходящих сил противника - Мак и себя самого. К тому же Цивилизации нужно иметь побольше таких представителей, как Киннисон и Мак-Дугалл.
- Я не считаю, что "Другая ситуация", как ты изволил выразиться, полностью вышла из-под нашего контроля. Нам еще многое предстоит сделать, чтобы события развивались в нужном направлении. Что же касается Киннисона, то...
- Кстати, когда ты собираешься пришить ему руки и ноги? Они ему скоро очень понадобятся.
- Тебе пора бы начать мыслить, но, к сожалению, ты никак не научишься, сухо ответил Лейси. - Иначе ты, вероятно, обратил бы больше внимания на отчет о работах Филлипса. Сегодня он провел последний опыт. Пойдем, мы тебе все объясним, а твоя беседа с Киннисоном подождет полчаса. В лаборатории Филлипса друзья обнаружили фон Хоэндорфа. Хейнес не ожидал встретить здесь престарелого грозу всех слушателей Учебного центра, командора фон Хоэндорфа, но Лейси, судя по всему, удивлен не был.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
