Кит рассказала Райту все, переживая, что не смогла разглядеть лицо убийцы, поскольку оно было замотано темным шарфом, а на голове у него была шляпа-котелок. Единственное, что ей удалось мельком рассмотреть, так это бледную кожу вокруг глаз – даже их цвет Кит не запомнила. Ей казалось, что они были абсолютно черными, но это не могло быть правдой.
Доктор Блеквелл, который был не в восторге, что его выставили с места преступления, как простого прохожего, вытер кровь и грязь со ссадин на щеке Кит и осмотрел ее плечо. Испугавшись, что руки доктора могут опуститься ниже, чем следует, девушка несколько минут врала о боли, которую чувствует, прежде чем появившийся на месте преступления Мейкпис отослал ее домой, приказав на следующий день на работе не показываться.
VII
– А я говорю вам, что я ее подруга и она хочет меня видеть!
Крики были достаточно громкими, чтобы Кит смогла услышать их даже сквозь навеянный лекарством сон. Вернувшись домой, девушка приняла дозу любимой Луизой опиумной настойки и отключилась. На следующее утро мать пришла будить ее и раскричалась при виде ссадин на лице Кит и крови на подушке. Девушка, которая хотела лишь одного – спать, пробормотала что-то о женских проблемах и головокружении, из-за которого потеряла сознание и упала. В конце концов Луиза оставила ее в покое.
В ее комнате не было окон и, с усилием сев на кровати, Кит поняла, что представления не имеет, который сейчас час и не проспала ли она целые сутки. Голос Луизы, такой же пронзительный, как и первый, заставил ее подняться с кровати и выйти в коридор. Входная дверь оказалась едва приоткрыта, и было очевидно, что мать и миссис К. пытались ее закрыть. В щель Кит смогла разглядеть выцветший капор, который некогда был очень милым, и разметавшиеся от ярости темные кудри. По знакомому двойному акценту девушка поняла, кто это.
– Все в порядке. Это моя подруга.
Кит положила руку на плечо матери. Луиза развернулась, и в ее глазах, казавшихся огромными на бледном лице, Кит прочла подтверждение своих страхов: она понимала, кем на самом деле была эта девушка.
– Как она может… это…
– Мэри Джейн работает со мной у госпожи Хэзлтон.
– Ты никогда о ней не рассказывала, – прошипела Луиза.
Кит смерила мать взглядом.
– А когда ты вообще спрашивала меня о работе, матушка, – разве только заплатили мне или нет?
Луиза, сникнув, не ответила.
– Мы поговорим в гостиной, – продолжила Кит, пользуясь ее замешательством. – Миссис К., не могли бы вы посидеть с мамой в кухне, выпить чаю?
Миссис Киттридж неодобрительно поморщилась, но кивнула. Две женщины неохотно направились по коридору вглубь квартиры. Мэри Джейн Келли, одетая в сине-зеленое платье и черную накидку, стояла на пороге с гордым видом нахохлившегося цыпленка – Кит буквально ожидала, что из-под турнюра вот-вот покажутся перья хвоста. Она поняла, что девушка приложила усилия к тому, чтобы выглядеть респектабельно, но уже забыла, как это делается.
– Прошу, Мэри Джейн, проходите. Извините за такой прием.
Они сели в гостиной – Мэри Джейн в своем поношенном одеянии и Кит в длинной ночной рубашке, рукава и высокий воротник которой скрывали багровый синяк на плече. Действие опиума проходило, и начала возвращаться боль. Она спала как убитая, и хотя было облегчением сбежать таким образом от ужасов прошлой ночи – от того, что она не смогла предотвратить, – Кит была намерена не делать так больше.
Теперь, когда они были наедине, Мэри Джейн, казалось, не знала, как начать разговор, к которому так стремилась. Она откашлялась.
– Глядя на твое лицо, можно сказать, что теперь ты больше похожа на одну из нас. И этот взгляд… Женщина никогда не остается прежней после нападения, даже если это случилось лишь раз.
– Вы знали ее? Элизабет Страйд? – спросила Кит, перед тем как ее отослали домой, она разузнала имя убитой.
– Долговязая Лиз. Шведка. Неплохой человек, – ответила Келли, сидя в кресле лицом к улице и разглядывая амбротипы семейства Касвеллов (в лучшие времена), расставленные на мебели красного дерева, втиснутой в крохотную гостиную, прислушиваясь к тиканью часов на каминной полке, рассматривая аккуратные салфеточки на креслах, занавески из шелка и камчатного полотна на окне. Возможно, это была самая уютная комната, в которой Келли доводилось бывать, по крайней мере в последнее время, когда ей приходилось жить в меблированных комнатах. – Знала и Кэтти Эддоуз тоже, хотя она предпочитала звать себя Кейт Келли.
Кит нахмурилась.
– Но в том дворе было лишь одно тело. Если бы было другое, я бы заметила.
– Кэти он настиг на Митр-сквер, где-то час спустя после того, как ты застала его у тела Лизи. Ее нашел этот молодой парень, Уоткинс. Он и бедняжку Энни нашел, верно? Нелегко парню пришлось.
Келли откинулась на спинку кресла, восседая на мешковатых подушках с видом царственной персоны на троне.
Кит зарылась лицом в ладони и всхлипнула. Она не успела спасти Элизабет Страйд и, оказавшись не в силах поймать ублюдка, дала ему возможность зарезать Кэти Эддоуз. Мэри Джейн не утешала ее – собственные слезы она давным-давно уже выплакала, – дожидаясь, пока Кит возьмет себя в руки. Затем она сказала:
– Он написал письмо в газеты, как мне сказали, придумал себе прозвище. Джек. Джек-потрошитель, Дерзкий Джеки. Письмо опубликовали.
– Если оно и правда от него. – Кит всхлипнула и вытерла глаза рукавом. – Зачем ему писать письма, привлекать к себе внимание? Ему это не нужно, как вы сами сказали.
Келли пожала плечами.
– Возможно, это не он, не наш убийца. Возможно, какой-то умалишенный играет в свои игры.
– Или журналист, желающий увеличить продажу газет.
– Однако ваш разум полон подозрений, юная мисс. – Келли выковыряла грязь из-под ногтей. – Услышала что-нибудь от своего инспектора?
Кит покачала головой.
– У нас не было времени поговорить вчера ночью. – Она глубоко вздохнула. – Мы побеседовали с сэром Уильямом Галлом о его крестнике после убийства Энни, но позже его тело выловили из Темзы с полными карманами камней.
– Ах, сэр Уильям, моя старая любовь, – вздохнула Келли.
Кит склонила голову к плечу.
– Вы его знаете?
– О, он бывал в Уайтчепле до своей болезни регулярно. Все еще появляется здесь, но уже ничего не может, кроме как говорить. И все же он очень мил и поддерживает наших трудолюбивых девочек. – Мэри Джейн фыркнула.
Кит помолчала.
– Так значит, Лиз и Кэти обе были…
– Ведьмами? Да. – Келли вздохнула. – У каждой женщины есть ведьмовской дар, Кит Касвелл, но некоторые едва проходят по весовой категории. Как ты.
Кит кивнула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
