Ту ночь они провели вдвоем на узкой кровати. Он вслушивался в горестные рыдания Джиллиан. Ему до боли хотелось сжать ее в объятиях и утешить. Грэм повернулся к ней и нежно тронул за плечо.
– Не смей, – хрипло сказала она.
Грэм совсем сник и отвернулся, стараясь улечься с краю кровати как можно дальше от нее, и уставился в темноту.
Сейчас их разделяла пропасть глубже и шире Атлантики. Она обещала, что останется с ним. Но лучше бы она просто уехала… Он вырвал ее из серости ее прошлого существования, разжег ее чувственность, но теперь серость вернулась.
Он был почти уверен, что ее отъезд был бы менее болезненным.
Какая горькая ирония: он всю жизнь не доверял людям, а в итоге не доверяют ему. Ему ни за что не вернуть ее. А что же он хотел? Чтобы она раскрыла ему объятия и расцеловала после всего, что произошло? А он сам смог забыть? Получается, что в итоге Странтон все равно победил. Грэм был уничтожен.
У Грэма по щекам текли слезы. Так они лежали и плакали, каждый о своем.
Джиллиан позволила себе с утра подольше полежать в постели. Когда она встала и оделась, солнце уже было высоко. Жена Абдула сказала ей, что Грэм повел верблюдов на водопой.
Джиллиан уселась на мягкую подушку на полу перед низким столиком, на котором ее ждал завтрак: хлеб, сыр, мед и маленькая чашка сладкого чая. Джиллиан быстро поела, искренне поблагодарила хозяйку за угощение и пошла искать мужа.
Грэм был возле оросительного канала. Заметив ее, он коротко кивнул. Джиллиан немного потопталась вокруг. С одной стороны, ей было не по себе от этой новой напряженности между ними, а с другой – сердце ее разрывалось после его предательства.
Она с живым интересом наблюдала, как Грэм поил верблюдов. Он стреножил их, потом наполнил специальный резервуар водой и стал хлопать по поверхности раскрытой ладонью, напевая и издавая странные чмокающие звуки.
– Что ты делаешь? – удивилась Джиллиан.
– Показываю им, что можно пить вволю.
Грэм продолжил свое странное пение. Она наблюдала. Верблюды навострили уши и потянулись к воде, издавая протяжные звуки.
– Кочевники приучают своих верблюдов: когда животные слышат пение и похлопывание ладонью по воде, они знают, что им предстоит дальняя дорога и неизвестно, когда в следующий раз удастся напиться, поэтому им надо выпить сейчас как можно больше. Сейчас они попьют, потом я пущу их немного попастись, а потом опять дам напиться.
Джиллиан присела на корточки рядом с ним. Она исподволь разглядывала этого хорошо знакомого ей незнакомца с черной бородой, пронзительным взглядом черных глаз и сильным телом, скрытым под экзотической одеждой. Он здесь, в пустыне, как дома, ему легко общаться с этими людьми, которые перемещаются с места на место подобно песку, переносимому ветром. Этот человек использовал ее в своих целях.
Она обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. И все же она безумно любила его. Но любил ли он ее когда-нибудь? Он говорил, что любил. Ей было непросто ему поверить. Поступки были красноречивее слов.
Грэм встал и пошел к верблюдам.
– Отойди, иначе они тебя затопчут, – сказал он.
Едва она успела отойти к каналу, как животные подбежали к резервуару и стали жадно пить. Грэм тоже отошел, не переставая при этом говорить верблюдам что-то по-арабски и не забывая время от времени подливать воду в резервуар.
– А сколько верблюд может не пить?
– Если им предварительно дать как следует напиться, то семь-восемь дней. Это ходячие резервуары с водой. Человек может выжить за их счет. – Выражение его лица стало суровым. Джиллиан почувствовала, что речь идет о чем-то очень серьезном.
– Грэм, что ты имеешь в виду, говоря «выжить за их счет»?
– Верблюд для кочевников – что-то вроде дополнительной страховки. Если бедуины оказываются в пустыне без запасов воды, они убивают верблюдов и пьют воду, которую те раньше выпили.
– О ужас! Ты боишься, что нам тоже придется так поступить?
– Нет. – Он взглянул на восток, на уходящие за горизонт пески, и его улыбка исчезла. – Надеюсь, что нет.
Несколько часов спустя они отправились в путь на восток. Грэм с самого начала задал довольно быстрый темп. Ее одолевали мрачные предчувствия…
Джиллиан поправила белый шарф, закрывавший лицо. Солнце светило немилосердно. Она содрогнулась при мысли, что они могут потеряться посреди этой бесконечной пустыни. Их поездка закончилась неудачей. Ее отец погиб. Сокровище утрачено навсегда. А еще она потеряла Грэма, если допустить, что он вообще когда-нибудь принадлежал ей.
Они ехали все дальше и дальше. На ночь они остановились у подножия остроконечных гор. Джиллиан смотрела, как Грэм жарит подстреленного дикого зайца. Разговор не клеился. Казалось, он смирился.
Джиллиан ела зайца руками. Было вкусно, но есть ей почти не хотелось.
– А если мы потеряемся, хамсины придут нас спасать? – спросила она.
– Они уже идут. Джабари сказал, что если мы не вернемся через двадцать дней, то он пошлет нам навстречу отряд воинов.
Это мало утешило Джиллиан.
Следующие три дня прошли так же однообразно, как и первый. У Джиллиан зародилась надежда, что в конце концов все закончится благополучно. Но тут Грэм резко остановился и стал вглядываться в горизонт из-под ладони.
– Что там? – спросила она, боясь услышать ответ.
– Облако пыли на горизонте. Это может быть караван. А может, и нет.
Грэм открыл лицо, и Джиллиан похолодела от ужаса, когда увидела, каким оно было серьезным. Он что-то пробормотал себе под нос. Кажется, это были арабские ругательства.
Вскоре она тоже их увидела. Они приближались очень быстро. Четверо всадников. У нее сердце ушло в пятки – это были воины племени, которое ее похитило. Так значит, они следили за ними.
– Может, они думают, что мы нашли сокровища, – он с тревогой посмотрел на бурдюки с водой, – и прячем их в этих бурдюках? Бежать от них бесполезно. Наши верблюды устали. Придется встретиться с ними лицом к лицу.
– А где винтовка?
– Упала в расселину, – напомнил ей Грэм. Он спешился и подбежал к ней, помогая ей тоже сойти с верблюда. – Держись за моей спиной, – сказал он сурово, извлек из ножен ятаган и встал в оборонительную стойку подальше от бурдюков.
Надо было ему как-то помочь. Если она найдет какое-то оружие, то у них появится шанс выстоять вдвоем против четверых. Джиллиан судорожно оглядывалась в поисках чего-нибудь, что может послужить оружием. Но под ногами, как назло, только песок и мелкие камушки. Она сняла с себя зеленый шарф и стала собирать камни покрупнее – размером с кулак.
Он с удивлением на нее посмотрел.
– Праща, – пояснила она. – Если ты думаешь, что я буду просто стоять в стороне и смотреть, как нас убивают, то ты ошибаешься.
