зато весьма крупную сумму, на которую можно было прожить в Загреме неделю, не полагаясь на подачки – Сигтрик предложил оплатить гостиницу и дорогу домой, если мне захочется вернуться в Мелхен. Я отказалась.
– При вас не называли имя жениха Илэйн? – Майния задумчиво убрала прядь за ухо.
Я покачала головой.
– Его имя пока держат в секрете. Якобы из-за неприязненного личного отношения жениха к Жатве и чтобы не сглазить. А у меня уже складывается такое впечатление, будто никакого жениха нет вовсе.
– Вообще-то слухи о замужестве Илэйн ходили, – призналась она. – Тоже без имен, но достоверно известно, что граф Галантил в последнее время ведет много дел в Барреме. Илэйн летом провела там два месяца, улаживая некие семейные проблемы. После этого и начали болтать, что отец нашел ей там достойную партию, мужчину достаточно богатого и при этом безразличного к слухам о том, что дочь графа Галантила давно лишилась чести и служила «походной женой» для принца. Вот только подходящих кандидатов на такую роль среди урожденной аристократии Баррема нет. Так что многие сочли это чистейшим враньем, и слух быстро умер.
Я хлопнула себя по лбу.
– Чивилант!
Глава 28.2
Майния наморщила лоб.
– Барон Ревел Чивилант, герой последней войны с талланцами? Я его едва помню. Когда-то он блистал при дворе, а потом исчез. Разве он живет в Барреме?
– Конечно! Мы останавливались там по пути из степи в столицу. Чивилант был другом принца Луина. Насколько я поняла, после его смерти Чивилант поссорился с кем-то при дворе и уехал из Загрема.
– Так и было, – кивнула девушка. – О дружбе Чивиланта и Луина складывали целые легенды, принц даже чуть не женился на его сестре вопреки отцовской воле. Если речь о бароне, тогда объясняется, откуда у жениха Илэйн такое отношение к Жатве. В этот праздник, как раз во время прошлого затмения, умер Луин. Он долго болел, и всем было очевидно, что стало причиной его смерти. Однако Чивилант внезапно обвинил короля Сигтрика в том, что тот добился гибели собственного сына. История была очень громкой. Барона предупредили, что если он продолжит распространять ложь, то его отправят на плаху за подстрекательство к мятежу. После этого он и пропал из Загрема.
– Спрятался в Барреме, – поддержала я. – Из слов Баво было ясно, что он нелюдимый человек, поэтому меня с ним не познакомили. И именно у него принц нанял Тану.
Мы посмотрели друг на друга и одновременно вздохнули.
– Я сумею слепить из этих кусочков красивую историю о коварстве Илэйн, – сказала Майния. – Но…
– …но твердых доказательств, которых у меня просил король, по-прежнему нет, – закончила я. – Поискать Тану у ее прежнего хозяина дознаватели додумаются и без меня.
Девушка подбадривающе сжала мое запястье.
– Зато вы связали все ниточки и знаете, откуда ждать беду. Падение, которое вы пережили, очень болезненно. Но не забывайте, что вас пытались обвинить в попытке убийства члена монаршей семьи. Будь на вашем месте кто-нибудь другой, он был бы уже казнен или томился в подземелье, ожидая приговора. А вас отпустили домой. Без предъявления обвинений и без скандала! Вместо того чтобы расстраиваться, лучше благодарите Бога. Король поверил вам, нищей и безвестной аристократке, а не наследникам одного из самых могущественных лордов Грелада. Многие бы назвали это настоящим чудом.
– Это не чудо, – пробормотала я. – Король не дурак и видит, что меня сделали козлом отпущения.
Майния красноречиво приподняла бровь.
– Ладно, – сдалась я. – Вы правы, мне страшно повезло. Меня могли исключительно для острастки остальных кинуть в темницу.
– Вот именно. У вас еще есть шанс вернуть доброе имя. Многим остается об этом только мечтать.
Вспомнив ее собственную историю, я была вынуждена кивнуть и смиренно опустить взгляд. Хотя обо мне, наверное, во дворце сегодня чего только не говорят…
На миг у меня проскочила шальная мысль попросить Майнию пересказать слухи, но трусость победила. Ясно же, что ничего хорошего о себе я не услышу. Лучше и не знать ничего.
– Спасибо, что помогаете. Будущей королевой мне уже не стать, и равноценно вернуть вам долг у меня, похоже, вряд ли когда-нибудь получится.
– Есть вещи, которые делаются для души, – улыбнулась она. – Хотя одна просьба к вам у меня есть.
Девушка оглянулась на соседний столик, где сидели ее брат Имрас, Шеб и Ант. Когда мы пришли в таверну, свободные места уже почти закончились. Лорду Ангельвесу пришлось сесть вместе с моими слугами, и он явно чувствовал себя из-за этого напряженно. С Шебом и Антом не разговорился бы только немой, но Имрасу это каким-то образом удалось. Пока мы с его сестрой обсуждали дела, он сидел насупившись и хмуро поглядывал то на парней, то на дверь таверны, как будто не мог дождаться, когда отсюда уйдет.
– Имрас весь вечер не сводит с вас глаз, – тихо сказала Майния. – А на вас уже нет ни зачарованной заколки, ни других располагающих к себе предметов. В другой раз я бы порадовалась, что мой переборчивый братец наконец заинтересовался подходящей по статусу девушкой, но ваше нынешнее положение… Уж простите за откровенность…
– Не беспокойтесь, – прервала я, чтобы собеседница не конфузилась дальше. – Поощрять ухаживания за собой я не стану. Ваш брат наверняка прекрасный человек, но последние события напрочь отбили у меня желание связываться с мужчинами. В любом смысле.
– Хорошо, – Майния помялась, бесцельно повертев кружку с ароматным пряным вином, которое начинали подавать повсюду как раз к Жатве. – Значит, на сегодня всё. Вы же остановились в гостинице «Старый ясень»? Я дам вам знать, если будут какие-то новости.
– Спасибо вам еще раз огромное за помощь.
– Пока не за что. Это скорее я вас должна благодарить, что вы дали мне в руки такое мощное оружие, как правда. На прощание поделюсь полезным слухом: будьте внимательны по вечерам и не выходите из дома после того, как стемнеет. Говорят, в городе распоясались оборотни.
– Но полнолуние еще не наступило, – удивилась я.
– Вот именно, а крупных волков на ночных улицах уже видели. Кто-то утверждает, что и разорванных клыками мертвецов находили. Может, это и вздор, однако осторожность не помешает. Особенно красивым девушкам вроде нас, не правда ли? – засмеялась она.
Я согласно
