но процесс шёл недостаточно быстро. Я оторвал взгляд от рассыпающейся костевой пластины и упёрся в осмысленный взгляд Ящера. Изнутри пришло ощущение, что третья атака менталом на него уже не подействует.
Мрак моргнул и начал двигаться. Было очевидно, что он постарается воспользоваться тем, что мы оказались к нему так близко, и разорвать нас своими когтями.
Вот только я не собирался ждать, пока он материализует свои желания. Вместо этого я ударил рукой ему в грудь, предварительно сформировав вокруг неё кокон из Силы.
Кость не выдержала и разлетелась мелкими осколками.
В следующую секунду я сдавил менталом его сердце. Мне понадобилось мгновение, чтобы превратить его в кашу.
Мрак дёрнулся, его глаза закатились, и он начал заваливаться прямо на нас. Пришлось рывком уходить в сторону, прихватив с собой Сёму.
Нас захлестнуло таким потоком Силы, что возведённая мной в сознании плотина начала рушиться. Пришло чёткое осознание, что в этот раз я уже не справлюсь. На слишком жирный кусок мы замахнулись.
Как бы я не старался заблокировать сознание сущности, я чувствовал, как она проникает в нас с Сёмой, потихоньку вытесняя уже наше сознание. Стоит этому произойти, и мы, считай, проиграли. Всё будет напрасно. Все эти жертвы. У этого мира появится Бог во плоти, который перебьёт всех живых и вырвется на волю.
«Дэн, — „голос“ Сёмы был на удивление спокойным. Такой бывает у человека, который принял трудное решение. ПрИнял его и принЯл. — Мы должны это сделать. Иначе никак».
Я хотел было спросить его, что он имеет в виду, но не успел. Наши сознания уже слились настолько, что мы понимали друг друга без слов.
— Ты прав, друг, — произнёс я, сжав кулаки.
«Позаботься о наших девчонках!», — отправил я мысленный посыл Мэлу. Я даже не сомневался, что он до него дойдёт. Силу я не экономил, так как всё уже было, считай, закончено.
Почти всё. Осталась сущая малость. Не дать Кристу, а именно так именовала себя почти собравшая все части, своей раздробленной личности сущность из кристалла, обрести тело. Не зря его заточили здесь сотни лет назад, поместив в тот кристалл, ох не зря.
Этот кусок мира был отрезан от всего остального, и являлся, по сути, тюрьмой для одного заключённого. И сейчас, впервые с момента своего заточения, Крист был в полушаге от того, чтобы вырваться наружу.
— Готов?
«Готов», — произнёс Сёма и улыбнулся обгоревшими губами, которые тут же начали кровить.
Я чувствовал торжество Криста. Ощущал, что до момента потери своего «Я» у нас остались считанные секунды.
— Ты стал мне больше, чем другом, Сём. Ты стал мне братом! Прощай!
Вокруг нас возникла сфера, состоящая из концентрированной тьмы. Сёма вложил в неё всё до капли. Что ж, дело за мной.
Я обхватил тьму Силой, грустно улыбнулся и резко сжал сферу.
Эпилог
Сражение сразу пошло не по плану. А всё дело в том, что всех захлестнуло какой-то дикой жаждой крови. Мэл сам еле сдержался, когда его накрыло первый раз. Он со всё возрастающим ужасом смотрел на то, как воины со всех сторон бросились в атаку на своих противников.
Вторая волна оказалась сильнее. В голове билась всего одна мысль «Убить! Убить как можно больше!». И Мэл убивал. Несмотря на то, что он обладал защитным даром, но кто сказал, что защиту нельзя использовать в качестве оружия?
Орки сильно удивлялись, когда врезались в невидимые обычным взглядом препятствия. А ведь некоторые из своих щитов Мэл делал в виде острых полос. Было даже забавно наблюдать за тем, как враги, стремясь как можно быстрее добраться до человека, наносили сами себе страшные раны. А дальше Мэлу оставалось просто поставить точку и добить раненного противника.
В себя он пришёл резко. Вот только по инерции продолжал сражаться ещё некоторое время. От нападающих орков они отбились, после чего отступили на изначальные позиции. От всего войска, в живых осталось меньше половины. У орков и зверолюдов дела обстояли и того хуже.
Команды сыпались одна за другой. Пришедшие в себя командиры пытались навести порядок и вернуть напуганных солдат в строй. Получалось не очень, но получалось.
А потом началась битва титанов!
Мэл всегда внимательно слушал то, что ему рассказывали Дэн с Сёмой. И про то, что Пахан с Мраком превратились в монстров, он был в курсе. Вот только то, что он видел перед собой, в разы превосходило его ожидания. Как и, главное, чем убивать такие махины, он не знал.
Зато знали Сёма с Дэном.
Они каким-то образом умудрились стравить монстров, после чего началась какая-то непонятная хренотень. Зачем они сражались за сердце Пахана, Мэл так и не понял. Но то, что после поглощения этого куска мяса Раны на теле Мрака начали заживать, отметил.
Пока ребята сражались, Мэл сумел вернуть большую часть одарённых, выставить их на позиции и принялся ждать удачного момента. Который вскоре наступил. Сёму сильно обожгло, но он остался жив, поэтому Лина, рано или поздно, поставит его на ноги. Дэн что-то сделал, после чего огромный ящер замер. Мэл тут же отдал команду атаковать.
Им удалось внести свой вклад в процесс убийства Мрака. Правда юный барон и Эван словили сильное истощение, но это мелочи, по сравнению с тем, что им всё же удалось завалить последнего, самого опасного врага, после смерти которого, что орки обеих мастей, что зверолюды обратились в бегство.
Все вокруг радовались и поздравляли друг друга с победой. Мэл тоже позволил себе слегка расслабиться и довольно улыбнуться. Да бой оказался тяжёлый и погибло много солдат и даже одарённых. Но они живы, и они победили. А оплакать погибших можно будет и попозже.
Радость от победы смыло в один момент.
Сперва в голове у Мэла раздался голос Дэна, который просил его позаботиться об Иссии и Лине. Следом тела Дэна и Сёмы оказались заключены в сферу из тьмы. Это явно была работа Сёмы. Вот только от кого они собрались защищаться?
Мэл бросил быстрый взгляд по сторонам, в поисках новой опасности, но всё было относительно чисто. Он снова уставился на сферу, размышляя о причинах столь странного поведения друзей.
В следующее мгновение Мэл непроизвольно дёрнулся вперёд, но тут же остановился. Сфера из тьмы резко сжалась до размера футбольного мяча. Рядом раздались вскрики, полные непонимания и ужаса. Какой бы сильной ни была защита ребят, такое они пережить бы точно не смогли. А это может
