позорно бежал.
Слова «банк», «золото» и «вознаграждение» для любого гнома, как красная тряпка для быка! Так что дракон не мешкал, а чтобы упертый коротышка его не отыскал, решил спрятаться в зале. Хорошая погода выгнала студентов на улицу, поэтому там было гулко и пусто, как он любил.
Закрыв двери, лорд Рангарр скинул одежду прямо в зале, оставшись только в довольно свободных штанах и легких сапогах. Сегодня ему хотелось не схватки на мечах, а погружения в собственную суть. Скальный дракон – это почти монолит, но есть то, что дробит даже камень – вода!
Мужчина замер в стойке, подняв руки над головой, потом по его телу пошла мелкая волна, похожая на дрожь, потом еще одна и еще. В какой-то момент, незаметный глазу, началось движение. Дракон не шел по залу – перетекал с места на место, рассыпался брызгами, поднимался волной, бежал извилистым ручьем среди камней… Закончил, упав на маты, постеленные в углу, на несколько минут став спокойной тихой водой, лежащей в объятиях берегов. Сонным утренним озером в подушке тумана. Вот в этот миг Рангарр окончательно понял, почему ищет Тень по всей Академии.
Минута просветления прошла, мужчина медленно встал, подобрал свою одежду, натянул рубаху на мокрое от пота тело, тщательно застегнул пуговицы, привел в порядок камзол, сделал поклон, благодаря Высокое Небо за просветление, и медленно двинулся к выходу из зала. Понять себя – это прекрасно, осталось найти Тень, чтобы сообщить неизвестной женщине, что они созданы друг для друга.
Дракон шагал к своей башне с такой уверенностью, что студенты разбегались с его пути. Он принял решение и не отступит. Увидевший ректора лорд Арролл заподозрил неладное и на правах старого друга просочился в личные комнаты Рангарра.
– Мне нужно переодеться, – холодно сказал скальный, двигаясь к ванной комнате.
– Переодевайся на здоровье, – отмахнулся седой, – чего я там не видел? Только скажи сначала, откуда у тебя такое выражение лица? Что ты задумал?
– Ничего особенного, – отмахнулся ректор.
– И почему я тебе не верю? – риторически вопросил Арролл. – Давай так, ты мне рассказываешь, что произошло, а я даю клятву о молчании. И оставляю тебя в покое.
Вставая под тугие струи искусственного дождя, Рангарр задумался: клятва действительно не даст старому пройдохе болтать, а еще Арролл поможет отсеять тех, кто точно не может быть Тенью.
– Я встретил женщину, – признался дракон, вытирая полотенцем влажные волосы. – Не знаю, кто она и как выглядит, но…она моя!
– Женщину, – седой подался вперед, стараясь заглянуть другу в лицо, – ты действительно встретил ту, на которую откликнулся твой дракон?
– Да, – веско обронил ректор. – Я не знаю ее имени, не видел ее лица, но знаю, что она здесь, в Академии.
– Рангарр! – в голосе седого послышалась тревога, – ты так уверен? Что если она глупа? Или некрасива? А если стара? Что если ее род так низок, что не имеет собственного имени?
Скальный пожал плечами:
– Ее внешность не имеет для меня значения, но я уверен, что она умна, сильна и достаточно молода. Остальное преодолимо.
– Ты сошел с ума! – в голосе седого дракона послышался ужас, – неужели…
– Приноси клятву, – ледяным тоном сказал скальный, отбрасывая на спину серебристые пряди, – или я отправлю тебя в долину Спящего Дракона! Прямо сейчас!
Понимая, что Рангарр не шутит, Арролл принес клятву, а потом даже согласился помогать ректору в поисках, но в глубине души седой считал, что на Академию вот-вот обрушится катастрофа!
Влюбленный дракон – это нечто невероятное. Нет, зеленые юнцы, вроде того же Дариуса, неровно дышащего к помощнице библиотекаря, вели себя вполне по-человечески: ухаживали, дарили подарки, вымаливали поцелуи, ходили на свидания. Взрослые драконы, к которым несомненно относился Рангарр, видели в возлюбленной сокровище, которое нужно было укрыть ото всех, но сначала похитить и объявить всему миру: «МОЯ»!
Глава 9
На следующее заседание «клуба спасения ректора от одиночества» лорд Арролл явился заранее и долго ходил вокруг Аллы Николаевны, хлопочущей у накрытого стола. Наконец необычно притихший дракон привлек ее внимание.
– Лорд Арролл, вы сегодня необычно молчаливы, – тактично заметила мастер-библиотекарь.
– Тому есть причины, прекрасная дама, – сказал дракон, усаживаясь в кресло. – До меня дошла, скажем так, информация…
Таинственно молчать седой дракон умел, но и Алла Николаевна была не лыком шита: она невозмутимо расправила салфеточки, пересчитала ложечки, потом, напевая, двинулась к плитке, на которой пыхтел кувшин с фатой. В общем вела себя как хозяюшка, не обращая внимания на насупившегося лорда. В итоге тот не выдержал первым и буркнул:
– Зря мы тут собираемся!
– Вот как? – тон женщины оставался легкомысленным и невозмутимым.
– Рангарр… – и все! Больше ни слова! – Наш ректор уже…на-шел! – кое-как выдавил Арролл, потом вынул из кармана платок, вытер выступивший пот и с сожалением сказал: – Не могу больше ничего, клятва не позволяет!
– А догадаться сама я могу? – проявила заинтересованность Алла Николаевна.
Дракон подумал и слегка кивнул.
– Наш ректор нашел себе девушку? – сразу сформулировала мастер-библиотекарь.
Кивок у Арролла получился с трудом, но все же получился.
– Вы ее знаете?
Отрицательное движение далось легче.
– Она из нашей Академии?
Дракон пожал плечами.
– Наш ректор уже несколько месяцев никуда не выезжал, значит встретил он ее здесь?
Положительный кивок был очень медленным.
– Будем искать! – провозгласила мастер, жмурясь, точно довольная кошка.
– Искать? Кого? – возмутился серебряный.
– Девушку ректора! – склонив голову и лукаво улыбаясь, ответила женщина.
– Зачем? – мужчина впал в недоумение.
– Чтобы познакомиться!
– Да он… – подавившись словами, седой дракон замолчал, только зыркнул на мастера весьма недовольно.
– А написать вы можете? – уточнила Алла Николаевна, подталкивая мужчине свой блокнот и стилус.
Он попытался, но ничего не получилось. Со вздохом отбросив стилус, дракон раздраженно отпил фаты и отвернулся.
– Значит найдем, познакомимся и уговорим выйти замуж за нашего прекрасного лорда! – довольно резюмировала мастер.
Арролл только глаза закатил, понимая, что перед этой женщиной не устоит никто, даже дракон!
* * *
«Мужчин гонят вперед три инстинкта: голод, размножение и соперничество», – так говорила мама Арреми, когда она жаловалась на проделки братьев.
– Поэтому их нужно накормить, потом улыбнуться им, а затем сказать, что они одолели всех противников, и они успокоятся, – приговаривала она, накрывая на стол и ласково подмигивая дочери.
Упрямая наследница женской мудрости, следовать мягким рекомендациям не желала, поэтому частенько возвращалась с прогулки в изорванном и измятом платье, с ободранными коленками и расцарапанными руками. Всю глубину маминых слов девушка постигла позже и успешно применяла на практике. Пусть «тихоня», пусть «заучка», маскироваться осталось недолго. Научная работа в процессе, жилье и работа есть, да еще и
