ты вновь умрёшь внутри. Затихнешь. Пусть не со мной, но с другой ты должен быть счастлив. Прости, я тоже больше не буду об этом говорить. Это тебя расстраивает.
Я придвигаюсь к нему и кладу ладонь на его спину. Я глажу Слэйна и обнимаю за талию, прижимаясь к его спине щекой.
— Я знаю, что ты хочешь помочь мне, Энрика. Я знаю. Я видел доброту в твоих глазах в тот день. Страх и честность. Ум и сообразительность. Ужас и мольбу защитить тебя. Я знаю, что ты меня не предашь, но пересилить себя не могу. У меня нет причин, Энрика. Нет. Причин. Нет цели любить кого-то. Не цели испытывать боль из-за любви. Но я хочу её. Я убеждаю себя, что это не так. Но… всё это враньё. Любой хочет быть любимым, даже если не думает об этом. Всем нужна любовь, но для кого-то она стоит слишком многого.
Он накрывает мои руки своими, и его грудь поднимается с тяжёлым и глубоким вздохом. Моё же сердце разрывается от боли от его слов. От этого мизерного признания. От честности. Я такое дерьмо… боже мой, почему я такое дерьмо?
— Слэйн? — Шепчу я, смотря в окно и продолжая прижиматься к его спине.
— Да?
— Я хочу тебе кое-что сказать. Это важно, — выдавливаю из себя слова.
— Не надо. Я не хочу знать об этом, Энрика. Не надо, — он качает немного головой, но я должна. Я больше так не могу. Он обязан знать это.
— Прости, но… я тебя никогда не забуду. Да, наши пути разойдутся, но я всегда буду о тебе помнить. Ты потрясающий мужчина. Ты тот, кто вылечил мои раны. И я благодарна тебе за всё. Если тебе понадобится друг когда-нибудь, то вспомни обо мне. Я буду ждать того момента, когда смогу тебе тоже помочь так, как помог мне ты.
Трусиха. Чёртова трусиха. Не это я хотела сказать. Не смогла. Ненавижу себя. Трусиха. Эгоистичная трусиха. Я испугалась разрушить то, что связывает нас со Слэйном. Я испугалась потерять его и сказала такую чушь.
— Спасибо, Энрика, за заботу, — Слэйн выпрямляется и отрывает мои руки от себя. Он оборачивается ко мне, мягко улыбаясь.
— У тебя самая сексуальная улыбка, которую я видела в жизни. Клянусь. И я так рада тому, что никто не знает об этом, кроме меня, иначе бы Дейзи вырвала мне все волосы, — смеюсь я.
Трусиха. Да закрой ты рот. Ты не имеешь права врать ему. Не имеешь права играть с ним. Он хороший, а ты нет!
— Мне нравится улыбаться с тобой. Я знаю, что ты никогда не причинишь мне боль. Я знаю, Энрика, и ты тоже должна об этом знать. Я верю тебе, но не полностью. Это не меняет моего отношения к тебе. Это всего лишь мой максимум. И я отдаю тебе его. Максимум доверия, на которое я способен.
Чёрт. Не надо… не надо…
Я продолжаю улыбаться, а внутри всё продолжает драть от боли. Я умираю, смотря в его глаза. Я воскрешаюсь, смотря на его улыбку. Я такая дура.
— Знаешь, что нас ждёт сегодня? — Слэйн теребит мой подбородок.
— Что?
— Сюрприз для тебя. Поэтому одевайся, я пока сделаю пару звонков, и мы поедем в одно очень интересное место, — говорит он.
— Оу, а мы не можем остаться здесь? Лежать в кровати и болтать? — Кривлюсь я, отодвигаясь от него и закрывая свою грудь одеялом.
— Ты не хочешь на улицу?
— Я не хочу туда, где люди. Они портят всё. Я боюсь, что кто-то сделает это. Знаешь, я… вдруг кто-то увидит нас и потом пойдут слухи.
— Не переживай. Никто о нас не узнает. Тем более вчера мы были в кинотеатре. Мой отдел безопасности отслеживает каждый день информацию обо мне, всплывающую в интернете. Они все почистят, — заверяет меня Слэйн.
— Точно?
— Да. Об этом не переживай.
— Хорошо. Тогда я оденусь и спущусь.
— И не забудь вспомнить о том, что на тебе должны быть трусики, Энрика, — Слэйн встаёт с кровати и идёт к шкафу.
— А, может быть, я ненавижу эти трусики и мне нравится ходить так? — С вызовом бросаю ему.
Он оборачивается и соблазнительно улыбается.
— Я на это надеюсь, — подмигивая мне, Слэйн одевается. Я наблюдаю за ним с теплотой в груди. Что же мне делать? Я должна что-нибудь придумать, чтобы защитить его и заставить его не убивать себя. Должна.
— Я буду ждать тебя внизу, Энрика.
— Ага, — киваю ему рассеянно, продолжая думать о Слэйне.
У меня есть ещё две недели, чтобы всё исправить. Его исправить и людей тоже. Я никогда не хотела делать что-то для других, потому что они ничего для меня не сделали. Но Слэйн абсолютно не относится к этим людям. Это мой долг. Моя цель. Моя задача. Пусть у нас не будет будущего, но у одного из нас оно должно быть. Я всё сделаю правильно. Первый раз я перестану думать о боли и позволю себе влюбиться. Хотя я это уже и так сделала, но я борюсь с этими чувствами. Я дерусь с ними и ненавижу их. Любить Слэйна больно и в то же время приятно. Его легко любить, потому что он идеальный. Но главное, чтобы он никогда не узнал по моим глазам, что я чувствую к нему. Мне удалось его обмануть и это паршиво. Но я делаю это во благо. Для него.
Глава 34
— Я же купил тебе достаточно одежды. Тебе ничего не понравилось, Энрика? — Оборачиваюсь к Слэйну, дожёвывая кусок пирога.
— Ну, здесь такое дело, я не люблю кучу одежды. Она меня раздражает. Я не понимаю, зачем людям так много одежды, когда в принципе нужно всего пять вещей. Поэтому я свои пять вещей выбрала. Они на мне, — улыбаюсь я, запивая всё чаем. Вытираю быстро рот рукавом пальто и стряхиваю с него крошки. Свинья, чёрт возьми.
— Хм, пять вещей. Лосины, больше похожие на плотные колготки, моя рубашка, ботинки и пальто. Я не вижу на тебе белья, и я прекрасно считаю, но одной вещи не хватает, — замечает Слэйн, складывая недовольно на груди руки.
Опускаю рубашку ниже и показываю ему татуировку.
— Пятая, — довольно хмыкаю я. — Да, для меня это вещь, потому что я считаю, что нужно иметь смелость, чтобы носить татуировку в виде смайлика на груди. Не поспоришь, да?
Слэйн качает головой, поджимая губы, чтобы не рассмеяться. С этим я тоже поработаю. Через два дня он не позволит себе подавлять желание смеяться. Я добьюсь этого.
— Почему ты так ненавидишь нижнее бельё, Энрика? Ты же застудишься. На улице холодно, — он идёт в холл и снимает своё пальто с вешалки.
— Я не ненавижу бельё. Просто оно мне с тобой не нужно. И я знаю, что ты не дашь мне застудить что-то. Ты согреешь, — пожимаю плечами, застёгивая пальто на себе. Нет, больше я не стала и подходить оно мне лучше тоже не стало. Как было на три размера больше меня, так и осталось. Но оно моё. Это от Слэйна и пальто мне дорого. Ни за что не расстанусь с ним.
— А мы пойдём пешком? — Интересуясь, я выхожу за дверь первой.
— Нет. На машине. И твоё кресло будет с подогревом. Хотя мне нравится то, что ты голая под одеждой. Жаль, сейчас не лето.
— То есть летом ты бы не возражал, если бы я не носила трусики, — игриво склоняю голову набок. Слэйн закрывает дверь и подходит ко мне. Он обхватывает моё лицо ладонями и крепко целует меня.
— Я бы этого даже требовал, Энрика, — шепчет он, потирая пальцами мои щёки.
— Я бы даже не возмущалась, — выдыхая, я провожу ладонями по его груди, сейчас спрятанной под тёплым чёрным свитером.
— Мне это чертовски нравится. Только подумаю о том, что летом под юбкой на тебе ничего нет и я могу раздвинуть твои ноги, пока веду одной
