И все-таки количество дыр в собственном плане отчаянно злило.
«Если удастся выбраться отсюда, — мрачно пообещала она себе, — я никогда, никогда, не позволю больше застать себя врасплох! А если придется действовать, у меня будет нормальный план, а не это убожество...»
Так, теперь проверить еще раз, что там с настройками звука. Вот казалось бы: звук проще, чем изображение, однако Даари он всегда удавался с трудом.
...Однако судьба не дала ей времени на проверку: она увидела, как из вентиляционного отверстия выбежал огонек — и пропал. Одноразовый бумажный амулет, который она сделала для Сии! (Бумага и тушь у ребят были: им, оказывается, полагалось хобби.) Времени на отладку больше не было, пора действовать.
Это значит, что принесли ужин. После ужина начинаются «процедуры» (кстати, странно, Даари думала, что большинство лекарств и тому подобного принимаются на голодный желудок!), нужно успеть раньше.
Ну ладно, хоть как-то оно сработает. А там — пан или пропал.
—-
...Когда Даари активировала свои наспех собранные штуковины, она понятия не имела, что творится в остальной части подземного комплекса.
А творилось там... Много чего.
Суматоха и переполох — так будет вернее всего.
Даари верно отгадала, что лекарь Ранаарт состоял в числе заговорщиков. Без его участия ее не удалось бы похитить. Верно она догадалась и о том, что это он приходил ее осматривать в плотном костюме и защитной маске, заодно изменяющей голос. Оправдался и ее расчет на то, что, обрушив часть горного массива, она сильно затормозит преследование. Более того, ей повезло так сильно, как она и не чаяла.
Палата Даари располагалась не где-то на отшибе, в специально отведенном модуле для работы с экспериментальными объектами; нет, она находилась вплотную к помещениям, которое занимал исполнительный комитет Общества Освобождения Человеческой Расы (ООЧР). Самые защищенные, самые комфортабельные, самые насмерть заколдованные апартаменты, построенные с соблюдением всех мер сейсмической безопасности...
И когда Даари обрушила перекрытия, часть этих мер безопасности сработала. Несколько туннелей завалило, недоступным оказался целый уровень. Но модуль операционного зала ИК (в том числе лаборатория и комната с резервной панелью управления системами Комплекса) уцелели.
В момент взрыва в модуле на совещании находились четверо из семи членов ИК: Ранаарт Ветреный Тигр, Союн Солнечный Вепрь, Лаамина Дождевая акация и Аштар Хоат, простолюдин, третий заместитель Первого министра. Все они, к большому несчастью Даари, выжили.
Но повезло ей в другом: обвал оказался столь значительным, что откопаться эти четверо не могли. По-настоящему сильных магов среди них не было (Ранаарт был магом первого ранга, но получил его за научные занятия, а не за боевые навыки) — что удивительно только на первый взгляд. По-настоящему сильные маги обласканы Драконом и находятся в Цивилизации на особом положении; мало кто из них захочет бунтовать, даже если речь идет о клановых вольностях. Кроме того, многие тонны горной породы — это вам не дуэль в тепличных условиях специального дуэльного зала, где даже действие заклятий подсвечивается! Четверка смогла только наладить связь с теми из заговорщиков, что остались в незаваленной части комплекса, и запросить помощи.
Разбирать завалы такого рода непросто, даже магией. Прошло почти шестнадцать часов, прежде чем несколько специалистов сумели пробиться к автоматически запечатавшейся двери и вскрыть ее, впустив в конференц-зал свежий (относительно) воздух и выпустив запертых там голодных и злых заговорщиков.
Главных из них был все же не Ранаарт — на своем высоком посту он курировал в основном лекарно-алхимические и некоторые другие научные изыскания. Лидером считался (от слова «считал себя») Союн из клана Солнечного Вепря-и-Камелии, который в полном мере воплощал лучшие качества своего рода: напорист, харизматичен, бешен в бою. Спорить с ним было тяжело.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Первое, что он спросил у одного из своих замов, уцелевшего наверху и занимавшегося раскопками:
— Вы начали поиски?
— Какие поиски, господин? — удивился тот.
— Нашей главной уязвимости! — прорычал Союн, сверкая очами из-под спутанной гривы золотистых волос, что живописно падала ему на лицо (как многие старшие мужчины из Кланов, особенно те, кто претендует на лидерство, он носил длинную прическу, да вдобавок еще и отпустил бороду). — Пленницы, которую этот гнусный лекаришка не дал мне пристукнуть!
Заместитель пораженно уставился на него, потому что понятия не имел о том, что тут имелась какая-то пленница. Все, кто знал, погибли под завалом. Тут Даари повезло еще раз, если можно назвать везением вполне логичное желание руководства ООЧР ограничить количество людей, которые могут случайно проговориться, что у них в бункере содержится пропавшая старшая супруга Владыки.
«Вот нахрена я связался с ними на свою голову десять лет назад? — устало подумал заместитель. — Сейчас ведь накажут ни за что ни про что... Бесовы аристократы!»
— Попрошу без оскорблений, — тем временем с немалым достоинством произнес Ранаарт, которого вытащили из пролома сразу после Солнечного вепря.
Впечатление оказалось несколько подпорчено тем, что лекарь отчаянно кашлял, наглотавшись пыли.
Следом за этими двумя выбралась Лаамина Дождевая акация — совсем молодая женщина, ей еще не было и тридцати. Она не стала отдавать никаких распоряжений, только спросила: «Где выход? Там? Там что-то уцелело? А мои покои?» — и торопливо ушла.
Аштар Хоат выбрался последним. Проигнорировав разборку между Союном и Ранаартом, которая к этому моменту шла на повышенных тонах (Союн гремел, что Ранаарт настоял на краже Даари, а сам толком и не занялся своими «исследованиями», зато поставил под угрозу всю организацию; Ранаарт же пытался спокойно и взвешенно — правда, все равно сбиваясь на крик — отвечать, что он собрал бесценные данные, и что Союн не видит дальше собственного носа), третий помощник Первого министра тут же обратился к заместителю:
— Границы завала локализовали? Доложите.
Уточнив в несколько вопросов, что из инфраструктуры уцелело, Хоат веско сказал:
— Примерно шестнадцать часов назад у нас сбежала важная заложница. Может быть, она погибла. Может быть, жива. Может быть, нашла выход наверх. Может быть, еще блуждает по заброшенным частям Комплекса. Лучших магов на то, чтобы это установить — и захватить ее, если возможно. Заложница слабый маг, но при этом глубоко беременна, плод обладает невыясненными магическими возможностями. Поэтому недооценивать нельзя, работайте как по магу первого-второго разряда. Как минимум десять человек в эту группу. Остальные пусть готовят эвакуацию Комплекса согласно штатному расписанию.
— Эвакуацию? — едва ли не с рыком обернулся к нему Союн. — Ты, писаришка, хочешь все бросить?!
— Ролевые игры в средневекового аристократа вас не красят, — ответил Хоат. — «Лекаришка», «писаришка»... Ранг «писарь» в государственном аппарате давно уже всего лишь архаическое обозначение низших должностей, никакой функциональной нагрузки не несущее.
— Ты мне, писаришка, скажи, какого беса ты панику разводишь?! Что за эвакуация без согласования с Комитетом?!
Хоат этот выплеск эмоций проигнорировал.
— Вы не слушали меня последние два часа? Это ваши проблемы. Спросите Ветреного Тигра, он вам пояснит.
— Вепрь, в данном случае он прав, — Ранаарт решил не дожидаться, пока побагровевший товарищ по заговору последует доброму совету — ну или начнет крушить все вокруг. — Если есть хоть малейший шанс, что Сат спаслась и сохранила беременность, мы не можем сбрасывать со счетов, что она либо доберется до узурпатора, либо как-то даст ему о себе знать. И тогда он явится лично. Мы пока не готовы выступить против него в открытую. Здесь в Комплексе никого не должны найти. Поверьте, мне самому жаль! У нас тут почти триста человек... Было, по крайней мере. Уникальное оборудование и образцы. Но делать нечего. Если выбирать между потерей Комплекса и потерей всей организации...
