Короче говоря, мальчишки стояли смирно, когда Даари наматывала им на руки импровизированную плетенку. Вроде недолго возилась, но показалось, целую вечность — тем более, что снаружи, из коридора, грохотало: резвились выпущенные Даари искусственные «драконы». Точнее, части дракона: она решила, что целиком все равно животинку не смоделировать, и наворожила заднюю лапу, переднюю, глаз и крыло, в надежде, что это создаст у наблюдателей по видео достаточно хаотичную картину.
Вдруг Даари услышала резкий, тяжелый гул. По комнате потянуло сквозняком: включили вентиляторы.
Из пролома, ведущего в комнату девочек, заглянул Сайти.
— Госпожа Сат, вы где? — испуганно спросил он.
— Назад! — рявкнула Даари. — В пещеру с драконом!
Вот ведь недисциплинированный мальчишка! Подставится же. Лучше бы в самом деле струсил.
Она как раз успела подхватить Лаара и начать усаживать на сомкнутые руки мальчишек. Живот все время мешал. Сайти бросился им помогать. «Вот идиот», — подумала Даари.
Но Сайти оказался полезен: внезапно у него хватило сил помочь Даари поднять Лаара и отработать корректировщиком.
— Так? — спросил он.
— Так, — согласилась Даари, затягивая импровизированную сбрую из магических каналов.
— Спасибо! — дрожащим голосом произнес Лаар.
Один из двух носильщиков хихикнул.
— Ты чего? — спросил его второй.
— Щекотно!..
«Надо будет его проверить на магические способности, — отвлеченно подумала Даари. — Чувствует плетенку!»
Пока же она велела:
— За мной!
Низ живота предательски ныл: напряглась, когда поднимала Лаара. Как ни худ он был, но весил точно больше пяти килограммов — предел для поднятия тяжестей на доношенных сроках. «Бесы-демоны, только преждевременных родов мне и не хватало!» — подумала Даари, но мельком. Дорога была каждая секунда, тут не до страхов.
Кое-как они с детьми выбрались в темноту и сухость большой пещеры — где их тут же окружили остальные, отчаянно галдя, хохоча и рыдая (одна из маленьких девочек ревела в три ручья).
— А ну тихо! — прикрикнула Даари.
У нее голова кругом шла от этих ребят: вроде бы не так много, а кажется, что человек пятьдесят. Только сейчас она поняла, насколько большой балласт навесила себе на шею, а заодно осознала, что ее мысли о том, что вот такую группку детей можно собрать и вывести, опирались на память о чинных прогулках в детском саду. Попарно и с воспитательницей во главе.
Кстати...
Даари никогда не думала, зачем воспитатели приказывают детям взяться за руки. Почему бы не позволить им идти так, как они хотят? Когда этот вопрос был для нее актуален, маленькую Дайки занимали другие страсти: сначала она долго стояла в паре с каким-то мальчиком (уже и не вспомнить, как его звали!), потом их задразнили «женихом и невестой», и он демонстративно стал становиться от Даари в стороне. А больше никто не хотел — потому что «волосы светлые, облезлые!».
Столько лет не вспоминала, а сейчас вдруг стремительно пролетело в голове.
— На пары и построились! — рявкнула Даари лучшим своим командирским голосом.
Как ни странно, подействовало. Она не знала это, но все дети в этом наборе были из приютов, следовательно, все умели и ходить парами, и строиться. У них чуть ли не рефлекс сработал. В результате пестрая толпа детишек приобрела упорядоченность, только плачущая малышка продолжала рыдать — но ее взяла на руки Сия.
Кроме того, их стало легко пересчитать по головам, да и все были на виду.
Вот и одним секретом меньше...
— Сейчас все за мной, в темпе, — строго сказала Даари. — И не шуметь! Я их отвлекла, но не знаю, насколько хватит.
...Хватило прилично. До столба с драконом успели дойти.
К сожалению, Сия не могла нарисовать внятного плана пещеры с драконом, указав на нем выход: девочка в ней никогда не была и магией ее не ощущала — не умела медитировать. А Старший брат никакого плана ей не оставил. Либо не успел, либо сам толком не мог его нарисовать. У Даари же на полноценную медитацию времени не было, да и не уверена она была, что сумеет с наскоку «намечтать» выход.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тогда Даари стала рассуждать логически.
Вряд ли мальчик, которого Сия называла Старшим братом, бывал в пещере лично. Как бы он туда пролез? Это Даари пробила ход, но ребенок вряд ли на это способен. Кроме того, пробей он ход, он бы сбежал.
Значит, он тоже медитировал. Медитировать можно только на магические каналы, никто не умеет выходить душой из тела и обозревать округу — это из сказок про великих бойцов прошлого. Стало быть, именно по магическому каналу мальчик что-то нащупал. А все магические каналы в пещере сходились к спящему дракону.
Далее. Если этот дракон был погружен в спячку Владыкой в процессе борьбы за власть, тогда... Тогда ничего. Тогда Владыка попытался бы законопатить его как можно глубже и надежнее, пусть и не убил сразу. Внезапные сюрпризы ему не нужны. Но в эту версию Даари почти не верила: тогда пришлось бы считать, что Владыка не только в курсе действий заговорщиков, но и покрывает опыты на детях. А это не только не соответствовало его моральному облику, но и выглядело глупо: захоти он устроить тайный исследовательский комплекс с такими задачами, он бы забабахал нечто гораздо более масштабное и эффективное. Или вообще легализовал бы. Например, предложил бы испытывать лекарства на смертельно больных детях, родителям которых и так терять нечего...
Ну или так ей с ее колокольни казалось.
Значит, скорее всего, этот второй дракон сам улегся в спячку. Обдуманно, чтобы переждать тяжелые времена во время или сразу после Катастрофы. Или вынужденно, если это предохранительный механизм у них такой: получил сильную рану — впадаешь в летаргию. А раз так, в планы Второго дракона (Даари решила называть его так) входило рано или поздно проснуться и выбраться наружу. Тогда логично было бы устроиться прямо под слабым местом или трещиной в скале...
Нет, Даари понимала, что хватается за соломинку. Дракон здесь как минимум три тысячи лет... Ну, почти. Это огромный срок. За это время облик горы мог неоднократно поменяться. Могли быть обвалы, лавины... Вход, через который дракон в эту пещеру пробрался, явно засыпало. Если Второй дракон предусмотрел черный ход, то, может статься, его засыпало тоже.
Но Даари решила, что, раз она все равно не знает, с чего начать поиски, то этот столб — точка не хуже любой другой. Лучше, чем ничего.
Правда, когда она бродила вокруг этого столба несколько часов назад, то не увидела даже намека на отверстие. Но она ведь и не искала ничего на потолке... Щелей, из которых бы сочился дневной свет, там не было. А так — кто знает?
Они дошли до столба довольно быстро, детей даже почти не пришлось подгонять. По мере того, как расстояние сокращалось и силуэт запертого в кристалле дракона проступал все явственнее, дети сперва благоговейно стихли — а потом немедленно начали сыпать версиями, что это за дракон тут и откуда он взялся.
С удивлением и некоторым раздражением Даари услышала, как они тут же перебрали все основные версии, о которых подумала и она: что это кто-то из драконов до Катастрофы, улегшийся в спячку, чтобы переждать тяжелое время; что это конкурент Дракона, которого он победил; что это ребенок Дракона, которого он скрыл ото всех.
Разве что одна девочка чуть помладше Сии немедленно сказала, что если это ребенок Дракона, то тот его тут не заточил, а законсервировал, чтобы спасти от страшной болезни. Ну... Тоже вариант, особенно если вы верноподданный и хотите хорошо думать о Владыке.
Даари сотворила еще один огонек и отправила его к потолку пещеры, осмотреть основание уходящего вверх столба.
И получила неожиданный результат: столб, как оказалось, не упирался в своды каверны, а уходил вверх, в дыру в потолке. Дыру, которая была шире столба.
Может быть, она вела до поверхности или почти до поверхности?
Дети возбужденно загалдели — подумали о том же самом.
— Тихо! — рявкнула Даари. — Мне надо подумать!
