– Надеюсь, ты ему сказала об этом.
– Нет, зачем? Не хочу, чтобы его мучила совесть.
На этот раз вздохнула Анна:
– Умоляю тебя, неужели за все эти годы ты так и не научилась понимать мужчин? Им нужно подтверждение того, что в них нуждаются!
– А я-то думала, что по всем правилам следует изображать недоступность, не выдвигать требований, быть самостоятельной. Я чего-то не поняла?
– Вовсе нет, если речь идет о новых завоеваниях, но Юхан вроде бы уже завоеван?
– Ну да черт с ним. Он приедет через неделю. Тогда все и скажу.
– А что с фильмом?
– Наверное, хорошо. Мне не с чем сравнивать, но они, кажется, довольны, и мы совсем немного отстаем от графика.
– И каково тебе быть актрисой? – В голосе Анны звучала легкая зависть.
Паула вспомнила разговор с Ральфом.
– Я не чувствую себя актрисой. Я пытаюсь быть Сандрой, насколько это возможно. Когда я слишком много думаю о том, что делаю, ничего хорошего не выходит. По крайней мере, Ральф так считает.
– Интересно. На одном курсе в «Культураме» у нас был преподаватель, который все время только и говорил о том, что мы не должны играть, но мы так хотели быть актерами, что не особо прислушивались к его словам. – Анна помолчала. – А легендарная Генриэтта Польсон? Какая она?
– Потрясающая! – восторженно воскликнула Паула.
– Фу. Терпеть не могу одаренных людей, которые к тому же приятны в общении. Неужели она даже не манерная?
– Ни капельки. Охотно делится опытом. Чуткая, добрая… как идеальная мать, – подытожила Паула и по воцарившейся тишине поняла, что коснулась больной темы.
– Послушай, – решила Анна нарушить молчание, – я была бы рада пригласить тебя к нам домой, но у нас совершенно нет сил – ни у меня, ни у Стуре. Вот уже две недели мы спим самое большее по два часа – того и гляди свалимся. Но, может быть, выберемся куда-нибудь завтра? На Юргорден, Русендаль?
– Хорошо.
Паула рассчитывала зайти в гости уже сегодня, но доводы Анны оказались более чем убедительными, и к тому же субботняя встреча за чашкой кофе – тоже не худший вариант. Особенно если учесть, что у Паулы нет планов на выходные. Они договорились встретиться в два часа у моста Юргордсбрун, но Анна предупредила, что появление Эббы в семье сильно повлияло на ее пунктуальность. После этого разговора на душе у Паулы стало значительно лучше, и остаток вечера она провела перед телевизором с упаковкой «птичьего молока» и кислым вином, обнаруженным на нижней полке почти пустого холодильника.
Рассказывая о поцелуе, Паула ожидала большего понимания со стороны Анны, но та восприняла сообщение так же, как могла бы воспринять его Ракель.
– Во-первых, ты только что еле распуталась с предыдущей интрижкой. – Анна многозначительно взглянула на Паулу: имя Джейсона называть не требовалось. – Во-вторых, Юхана не было рядом всего две недели, а в-третьих, Ральф Брюгге твой режиссер и…
– …известный бабник, я знаю! – перебила подругу Паула. – Я же сама сказала, что все это глупо.
– Вот-вот.
– Но это был всего лишь поцелуй, – оправдывалась Паула. Знай она, какая будет реакция, ни за что не стала бы откровенничать.
– Надеюсь, он и останется всего лишь поцелуем, – наставляла Анна.
– Я и не рассчитываю на большее, будь уверена. Кроме того, думаю, Ральфу тоже больше ничего и не нужно, – хмыкнула Паула.
– Как будто это имеет значение! – воскликнула Анна так, что Эбба выпустила ее сосок и вскрикнула. Анна успокоилась и снова дала малышке грудь. – Ты сама должна решить, – продолжила она более спокойным тоном. – Ты уже взрослая, чтобы позволять себе впутываться в такие истории. У тебя есть сила воли.
– Все так. И я тоже не хочу ничего большего.
– Вот и хорошо.
Повисла небольшая пауза, Анна смотрела на крохотный ротик Эббы, который двигался все медленнее.
– Хотя мне понравилось, – усмехнулась Паула.
– Да ты просто неисправима! – Анна не могла удержаться от смеха. С наставлениями явно было покончено. – Кстати, от Джеронимо ничего не слышно?
Паула застыла.
– Ну конечно, черт побери! Джеронимо… Я должна была позвонить… сто лет назад. Работа… С этим фильмом я все позабыла.
– И он не перезвонил?
Паула покачала головой.
– Ну, значит, все в порядке.
– А может быть, он обиделся.
– Джеронимо? Обиделся? Вот уж не поверю.
– Все-таки хорошо, что ты напомнила. Позвоню сегодня вечером.
– Отлично. – Анна попыталась подняться с травы, на которой они сидели и пили кофе, но проделать этот маневр с Эббой на руках явно оказалось ей не под силу. – Она уснула, я хотела положить ее в коляску.
Паула быстро встала.
– Давай мне ее, я уложу, – сказала она, протягивая руки к спящей малышке. Как щеночек, подумала она, укладывая теплый мягкий комок в коляску. – Ну что, мамаша, прогуляемся?
* * *
Третья неделя съемок прошла без особых инцидентов. Ральф отснял сцены под открытым небом, хотя погода уже не была такой неизменно теплой, как в начале лета, и теперь они почти все время работали в студии. Паула начала привыкать к череде рабочих дней. Члены съемочной группы были очень доброжелательны и всячески поддерживали ее. Даже мрачный оператор Яннис время от времени произносил что-нибудь приятное в ее адрес. Не верилось, что все это окончится всего через несколько месяцев, что съемки завершатся и ее работа останется позади. Удивительно, но мечты, так волновавшие Паулу прежде, до получения роли, – добиться успеха, стать звездой, – теперь куда-то делись. Паулу занимала сама работа, а профессионалы, с которыми она общалась каждый день, весьма скептически воспринимали то, как их мир изображают глянцевые журналы.
В конце концов Паула дозвонилась и до Джеронимо. Он и вправду немного сердился, что она не позвонила раньше, но, узнав о начале ее новой карьеры, пришел в восторг. И стал завидовать. «Но, если передумаешь насчет работы, мы обязательно найдем тебе место».
Разговор с Джеронимо имел и другой, совершенно неожиданный результат. Как он ни расписывал, до чего им с Фрэнком хорошо в ЮАР, какой там прекрасный климат и спокойный темп жизни, Паула так и не почувствовала знакомого желания уехать. Желания стоять в международном аэропорту с кучей вещей и полным отсутствием четких планов на будущее.
Наверное, это из-за работы, со спокойным удивлением думала она. Впервые в жизни она ложилась спать с мечтой о завтрашнем дне. Для выводов, конечно, рановато – прошел всего месяц, – но у Паулы было чувство, что она на своем месте.
В четверг Паула постаралась вернуться домой как можно раньше. По ее расчетам, Юхан должен был приехать к вечеру, и ей хотелось принять душ и переодеться до его возвращения. Уборку она сделала заранее. Это заняло больше времени, чем она предполагала, но результат ее удовлетворил. Если не присматриваться к переполненной корзине для грязного белья.
