если правда – будем воевать! – бодро ответил Андрей. – Не грузитесь. Скоро уже день независимости, праздник. А в сентябре, я слышал, вас обратно ротируют, заменят вас на кого-то другого. Поедете к себе в Запорожье.
– Скорей бы, – поежился солдат. – Надоело тут…
Андрей писал сообщение в Центр про странную информацию от «Барсука», когда у него зашипела рация:
– «Булат», ответь «Воротам»!
– На приеме!
– Тут люди подъехали. За Константиновым Алексеем. Говорят, вы в курсе.
– Что? – удивлению Андрея не было границ, – за кем?
– Константиновым Алексеем. Говорят, его должны выпускать сегодня.
– Обалдеть! Сейчас буду. – засуетился Андрей.
Несколько дней ему надоедали различные инстанции вопросами о Алексее Константинове. И вот теперь ситуация, наконец, разрешится.
– Сейчас мы посмотрим, кто там такие шуточки устраивает, – бормотал Андрей, напяливая футболку и прикрепляя кобуру на бедро.
Быстрым шагом он прошел мимо «библиотеки» в сторону КПП.
Там в предобеденное время было достаточно оживленно. Приехавшие на большом джипе двое молодых мужчин что-то активно обсуждали с двумя прапорщиками Нацгвардии. Чуть дальше стояли старенькие Жигули. Возле них на лавочке сидели, судя по всему, родители с сыном-военнослужащим и с родственниками, которые закармливали бойца домашним угощением. Еще дальше стояло одинокое такси, но в этом не было ничего удивительного – военные с аэродрома часто заказывали машины, чтобы выехать в город. У шлагбаума, в слабенькой тени акаций, парились в бронежилетах и касках бойцы наряда КПП.
– Здорово. Ну, кто там за Константиновым? – осматриваясь по сторонам, поинтересовался Андрей.
Невысокий, крепкий сержант вежливо поздоровался и указал на такси:
– Вон… Все время там сидят, не выходят.
– Ну, понятно, там же кондиционер, – усмехнулся Андрей и двинулся в сторону автомобиля.
Видимо, правильно истолковав жест сержанта, приехавшие вылезли из салона.
К Андрею подошла красивая женщина лет тридцати, одетая в легкий пестрый сарафан. Сбоку за руку ее держала светловолосая девочка лет семи, со смешными косичками, торчащими в разные стороны. Третья женщина, гораздо старшая, замешкалась у машины, где водитель доставал из багажника несколько загруженных пакетов, судя по всему, с продуктами.
– Здравствуйте, – поздоровалась женщина, и Андрей отметил ее приятный голос, в котором легко угадывались нотки нетерпения и надежды. – Я Анна Константинова. Я за своим мужем приехала.
– Здравствуйте, я старший группы СБУ в секторе «М». Зовут Андрей. Фамилию, извините, назвать не могу, – в свою очередь представился он.
– Да мне это и не интересно, – слабо улыбнулась женщина. – Я мужа заберу и уеду. Все, что вы говорили, я привезла. Она указала на пакеты, которые поднесла пожилая женщина с водителем.
– Так, стоп, – Андрей потёр лоб. – Я ничего не понимаю. Я вас вижу в первый раз. Как я мог вам что-то говорить? Когда? И с чего вы вообще взяли, что ваш муж у нас?
– Ну как же, мне звонили вы. Ну или ваши сотрудники. И сказали… – женщина еще продолжала улыбаться, но в глазах уже плеснулся страх. – Что с ним? Он у вас? Ответьте же!
– Анна, – вздохнул Андрей, – давайте-ка присядем, мне надо разобраться. – Он не рискнул взять ее за руку и просто указал на лавочку.
– Послушайте, почему вы решили, что ваш муж у нас? – задав вопрос, Андрей взглянул на девочку, которая осталась стоять и прижалась к пожилой женщине, очевидно, – бабушке.
Анна не успела ответить, потому что девочка, рассматривавшая Андрея не по-детски серьезными глазами, спросила:
– Дядя, а ты тут главный? Верни мне папу! Пожалуйста…
– Мама, отведите Танечку в машину, – дрожащим голосом велела женщина. – Танечка, посиди пока в машине. Пусть дядя Сергей тебе мультик на планшете включит.
– Я не хочу мультик, я к папе хочу! – заплакала девочка, но дала бабушке себя увести в сторону машины.
– Итак, Анна, расскажите, с чего вы взяли, что ваш муж у нас?
Она прерывисто вздохнула и, крепко обхватив переплетенными пальцами колено, принялась рассказывать. Очевидно, делала она это уже не в первый раз, поэтому рассказ был кратким и точным.
Две недели назад ее муж, житель Мариуполя Константинов Алексей, вместе с двумя друзьями поехал в Старобешево. Один из его друзей планировал продать свой автомобиль и именно там нашелся покупатель, готовый дать хорошую цену. Двух товарищей владелец машины попросил съездить с ним для подстраховки, ну и чтобы не скучно было.
С тех пор ни от Алексея, ни от двух других мужчин не было никаких известий. Телефоны их были постоянно выключены.
А спустя несколько дней после пропажи Анне на ее телефон позвонил неизвестный с телефона Алексея и сообщил, что ее муж задержан по подозрению в сепаратизме и находится в Мариуполе, на аэродроме.
Она бросилась в милицию, в СБУ, но там только отмахивались. Связываться с Мариупольским аэродромом никто не хотел. Тогда она принялась обращаться во все инстанции в Киеве, писать жалобы и заявления, обращаться на электронные адреса. Знакомые адвокаты помогли выйти на уполномоченного Верховной Рады по защите прав человека Лутковскую, которой Анна тоже направила несколько запросов. Однако никаких результатов все обращения не принесли.
– Естественно, – пробормотал Андрей. – Они же все мне спускались…
Женщина глубоко вздохнула, но никак не отреагировала на реплику Андрея. Рассказ продолжился.
– А вчера мне снова позвонил этот же неизвестный мужчина. Сказал, что вопрос освобождения моего Лёши можно решить за две тысячи долларов. Плюс надо накрыть хороший стол сотрудникам СБУ. Вот, я привезла деньги, можете не сомневаться, – она вытащила из сумочки конверт, – и все остальное тоже. Продукты, напитки, все.
Она подняла на Андрея глаза, в которых уже блестели слезы.
– Выпустите его. Я же все сделала, как вы сказали… – голос ее осекся.
Андрей сильно, до скрипа, сжал зубы. Ему ситуация была более-менее понятна. Скорее всего, мужчин специально выманили на сделку, прельстив хорошей ценой. После чего их убили и спрятали тела где-то в неизвестной посадке между Мариуполем и Старобешевым. Ну, а потом кто-то решил попробовать еще срубить денег. Ну или просто поиздеваться над женой убитого… И стал разыгрывать подлую игру.
– Анна, – прокашлялся Андрей, – вы мне можете не верить, но я вам честно говорю: вашего мужа у нас нет.
