- Крут! - окликнула Санька идущего впереди товарища.
- Слушаю, - немедленно отозвался тот, будто давно ждал. Санька поморщилась; если Крут будет прислушиваться к каждому ее вздоху вместо того, чтобы обращать внимание на дорогу, то недалеко до беды. Особенно теперь, когда сама Санька выбывает из игры.
- Тебе не кажется, что здесь ненормально мало зверья? И аномалий почти нет...
Крут задумался, не сбавляя шаг.
- Пожалуй, ты права, - согласился он. - Только я бы не сказал, что аномалий здесь меньше. Попадаются... Вон, например, гляди, маленький искрун на склоне. Хм... А это что?
Восклицание относилось к небольшому темно-синему полупрозрачному аморфному сгустку, плавно парящему в нескольких метрах от искруна. Это образование походило на колышущуюся в воздухе медузу без щупалец, с той лишь разницей, что ясно рассмотреть края сгустка не удавалось, словно у размытого светового пятна.
Санька снова просканировала это место и обнаружила две вещи. В предыдущий раз она "не заметила" искрун, серебристое свечение которого стало почти неразличимым из-за серой ряби, заполнившей картинку в ее мозгу. А вот большое темное пятно, которое она не смогла идентифицировать, как раз относилось к этому невиданному объекту.
- Что скажешь? - спросил Крут, с вожделением созерцая находку с почтительного расстояния.
- Что тут сказать... Артефакт.
- Так это и ежу понятно, что артефакт... Что там подсказывает твое чутье - опасная это штука или нет?
Как же не хотелось Саньке сознаваться! "Может быть, пропажа дара явление временное", - цепляясь за соломинку, подумала она и уклончиво ответила:
- Сложно сказать наверняка... Похоже, что не очень опасная... Хотя, учитывая, что раньше мы с таким не сталкивались, оценить потенциальный вред неизвестного объекта затруднительно...
- Не очень опасная, говоришь, - пробормотал Крут, осторожно двигаясь в сторону сгустка; Санька последовала за ним. Словно почуяв чье-то присутствие, тот медленно поплыл навстречу визитерам.
Крут шел все медленней и медленней, пока, наконец, не остановился совсем метрах в тридцати от артефакта. Встав рядом, Санька спросила:
- Чего ты ждешь? Пока он сам не подплывет? До искруна все равно далеко.
Крут посмотрел на Саньку; алчный блеск в его глазах сменился недоверчивой подозрительностью.
- А зачем, интересно, он сюда летит? Не нравится мне это... Смотри-ка, собачий труп лежит...
- И что с того? У тебя открылась аллергия на собак? Или на трупы? - иронично заметила Санька. - Мало ли в Зоне дохлых псов...
- Похоже, история про "Пантеру" тебя ничему не научила, - критически покачал головой сталкер. - Сдается мне, неспроста собачке вздумалось отдать концы именно здесь. И еще - может, мне мерещится этот голубоватый оттенок шерсти на боку...
- В байку про "Пантеру" может поверить только десятилетний ребенок, - в голосе Саньки слышался неприкрытый сарказм. - Чтобы десяток бывалых сталкеров один за другим отдали Богу душу, словно стадо тупых баранов... Сказка, да и только. А шерсть у местных собак, как ты наверняка заметил, бывает и с оранжевым оттенком, и с розовым, и с фиолетовым, и даже со стальным.
- Сказка, как известно, ложь... - задумчиво процедил Крут, с прищуром глядя на синий артефакт, который подплыл уже метров на двадцать. Не закончив пословицу, сталкер внезапно схватил Саньку за руку и потащил прочь. Опешившая девушка только хотела возмутиться самоуправством, когда за их спинами раздался негромкий хлопок.
Обернувшись, компаньоны увидели высокий язык голубоватого пламени, взвившегося в том самом месте, где секунду назад находились они. Не мешкая, путники пустились бегом, петляя зайцами; тотчас же послышались еще хлопки, и небесного цвета отблески озарили склон.
Когда вспышки позади прекратились, Крут, пробежав для верности еще метров десять, решился остановиться и обернуться. Сгусток, став из темно-синего сочно-голубым, парил там, где они видели его в последний раз, не двигаясь больше ни вперед, ни назад.
- Погоди, мерзавец, - зловеще выдохнул Крут, сдергивая с плеча автомат.
Короткие точные очереди не оказали на артефакт ровным счетом никакого эффекта. Пули просто проходили сквозь него, вздымая фонтанчики земли на дне лощины, поросшем редкими куртинами приземистых злаков. Тогда Крут, истратив впустую рожок, достал гранату.
- Может, не стоит? - неуверенно сказала Санька. - Черт с ним; живы остались - и ладно.
Вместо ответа Крут только мрачно хмыкнул и, подобравшись немного поближе, метнул РГД. Взрыв, раздавшийся в полутора метрах от артефакта, поднял в воздух столб земляного мусора. Секунд через двадцать основная масса пыли осела, и взорам сталкеров предстал целый и невредимый бесформенный сгусток, не сместившийся в сторону даже на сантиметр.
- Черт с ним, - злобно сплюнув, согласился Крут. - Пошли, обойдем эту хреновину по низу.
Пока они с чавканьем под ногами продирались сквозь густой ольшаник, шурша осокой и рогозом, Саньку не покидали невеселые мысли. Похоже, тянуть с признанием больше нельзя. В том, что они попали в эту переделку, была в основном Санькина вина, а в том, что все закончилось более-менее благополучно - заслуга Крута. А ведь этого невеселого приключения могло и не произойти, если бы Крут не рассчитывал на Санькино чутье так сильно, как привык за последние дни. Поэтому, едва друзья, оставив позади коварный синий сгусток, взобрались на пологую горку, с которой открывался восхитительный вид на Кривое Озеро, Санька робко взяла спутника за рукав:
- Крут... Я хочу тебе кое-что сказать... Спасибо, что вытащил нас из передряги. Понимаешь, это моя оплошность; стоило сказать тебе раньше. Мое чувство опасности - оно почти не работает здесь... После Гидры как будто сломалось...
Сталкер внимательно посмотрел на Саньку; не выдержав, та виновато опустила взгляд.
- По-моему, давно пора перекусить, - как ни в чем не бывало, ровно сказал Крут, до сих пор ни словом, ни полусловом не выразивший своих чувств по поводу недавнего эксцесса. - Давай устроим тут небольшой привал. Посидим, отдохнем, и ты спокойно расскажешь, что там у тебя сломалось. Лады?
---
- Но почему же нельзя, Петр Сергеевич? - дипломник насупленно ковырял мыском ботинка щербинку в светло-сером мраморе пола. - Ведь всегда было можно... Или вы думаете, что я украду его, как Санька?
Профессор страдальчески вздохнул. В конце концов, так ему и надо - сам, вопреки установленным порядкам, разрешал ученикам брать артефакты для работы в домашних условиях, чтобы облегчить молодежи жизнь... Теперь оказалось непростой задачей вернуть все на круги своя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
