здесь происходит?! – Не выдержал Эльронд.
Глиндаль вздохнул, подошел к сыну, положив руку ему на плечо, сказал:
– Сын, твоя мама совершенно права. Ваше благополучие важнее всего для нас. И если твое сердце принадлежит этой девушке… Я не буду против.
Принц замер в удивлении. Он не ослышался? Глиндаль с улыбкой наблюдал за своим ребенком. Эльронд же в этот момент думал, что мир сошел с ума. Или это он рехнулся? Владыка еще раз похлопал сына по плечу и двинулся в сторону дворца. У самых дверей обернулся:
– И с Храмом я разберусь лично. Можешь не волноваться и не тратить время.
Точно. Сумасшедший дом. Эльронд прокручивал разговор с родными пытался понять, что же все-таки произошло? Одно лишь было ясно – ему дали благословления. Окрыленный этой мыслью Эльронд вернулся обратно к жизни адепта Максимилиана Лаузершского.
Глава 12
– Папа меня убьет, – сокрушенно сказала Киссаэла, глядя на себя в зеркало.
До этого я полностью была с ней согласна, но, когда вслед за ведьмой одела предназначенный мне наряд, поняла, что не все так уж и ужасно. Если быть честной, то все даже наоборот – очень даже ничего. Мой новый образ мне нравился. Да, скромным его никак не назовешь, но еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой… такой… роковой, опасной и сексуальной. Уложенные в хитрую прическу волосы открывали соблазнительную белую шею. Открытый топ подчеркивал все прелести и красоту тела. Длинная в пол юбка с разрезами до середины бедра удлинила и стройнила ноги.
Пульвитиара надела на голову диадему из красного золота и оглядев нас осталась весьма довольна результатом:
– Сегодня действительно будет кровавая ночь, ибо демоны будут сражаться за внимание таких красавиц.
Я приосанилась и с улыбкой защелкнула на запястье фамильный браслет, отчего то мне казалось, что всему этому образу не хватало только его. Эла же от похвалы ведьмочки легонько улыбнулась и еще больше покраснела. В комнату вломился Вайт.
– Парни уже ждут вас внизу.
Котик поднял на нас глаза замер на мгновенье, затем всхлипнул, как тогда перед праздником мира:
– Вы ж мои красавицы, – вытер лапками выступившие слезы, затем хихикнул и убежал со словами: – Я должен это видеть.
– Видеть, что? – Запоздало решила спросить ясновидящая, но кота уже и след простыл.
– Ладно, девочки, не будем заставлять нас ждать, – улыбнулась улыбкой соблазнительницы ведьма и первая выскользнула из комнаты.
Эла еще раз оглядела себя в зеркале, тяжело вздохнула и с опущенной головой поплелась вслед за Арой. Я не выдержала и рассмеялась.
Ребята что-то обсуждали стоя у окна спинами к лестнице и видеть нас не могли. Довольный до нельзя Вайт сидел на спинке кресла и жадно смотрел то на нас, то на парней. Пульвитиара с коварной улыбкой подмигнула нам и громко заявила:
– А вот и мы!
Сказать, что парни обалдели, это ничего не сказать. Они просто находились в глубоком шоке, застывшие с открытыми ртами не отводили от нас глаз. Амадей одной рукой потянулся к галстуку попуская узел, а Макс громко сквозь зубы втянул воздух при этом глядя исключительно на меня. И было в его взгляде что-то от чего меня тут же бросило в жар, а по коже побежали мурашки. Вайт громко рассмеялся, но не смог удержаться и свалился на пол. Теперь смеялись мы.
– Мальчики, ну чего же вы молчите? – Стрельнула глазками Пульвитиара.
– Девчонки, вы… мы… – только и смог выдавить из себя лекарь.
– Вот всегда так! Стараешься, стараешься, а они ни слова комплимента, – наиграно надула губы неугомонная ведьма.
Амадей повел себя как настоящий мужчина. Подошел, сжал в объятиях и крепко поцеловал. Киссаэла охнула и отвернулась, но улыбку все же не смогла скрыть. Я почувствовала себя третьим лишним и решила отойти подальше, делая вид, что меня привлек вид из окна, краем глаза следила за нашим командиром. Максимилиан подошел к ясновидящей, прошептал ей что-то на ушко, отчего девушка зарделась, а улыбка на губах стала еще шире. Маленький укол ревности кольнул сердце. Все же я была уверенна, что первой к кому подойдет эльф буду я. О Шанхазей! Амата, какая же ты эгоистка! Выругала сама себя и стала наблюдать за нашими влюбленными. Оборотень уже отстранился и с любовью смотрел на счастливую ведьмочку. И так уж вышло, что совсем не заметила, когда Макс подкрался ко мне со спины.
– Как же я хочу сделать то же самое, но боюсь, что не смогу остановиться, – прошептал он, губами касаясь моего уха.
Делаю судорожный вздох. Ох ты ж драконы мира… В горле встал какой-то ком, а волна жара поднялась от низа живота к груди. Не смотря на открытый наряд мне стало жарко. Но вопреки всему в голову пришла мысль: «А Эле он небось то же самое сказал?». Это отрезвило, резко повернулась и тут же утонула во взгляде небесно-голубых глаз. С хищной улыбкой Макс склонился к моей руке и поцеловал дрожащую ладонь. Эльф проделал все это, не отрывая взгляда от моих глаз. Я сглотнула, парень улыбнулся еще шире, опустил глаза и замер, глядя широкими глазами на мой браслет. Резко выдернула руку и спрятала ее за спину.
– Что это? – Хрипло спросил он.
– Браслет, – как можно беззаботно пожимаю плечами.
– Этот браслет, – он бросил взгляд на спрятанную руку и снова посмотрел мне в глаза. – На нем изображен золотой дракон, символ правящего рода драконов Нотэрегии.
Теперь застыла я, боясь даже моргнуть. Откуда он знает?! Да, эльфы живут рядом с нами, но наша территория окружена непроницаемым щитом, и никто из посторонних не может его преодолеть, никто из лесного народа не знаком с нами или нашими драконами. Так откуда он может знать наш символ?
– Откуда он у тебя? – Сузив глаза эльф следил за каждым моим движением.
Но слава Святому Шанхазею от ответа меня спас звонок в дверь, а следом Вайт всунул мне в руки письмо (кстати, увидеть неуловимых почтальонов мы не смогли, хотя не один час провели в засаде у двери). Игнорируя тяжелый вопросительный взгляд эльфа, я открыла конверт, пробежала глазами письмо и застыла.
– Что случилось? – Не укрылось мое поведения от вездесущего ока Элы.
– Принцесса Даилания пропала… снова. Нас вызывают во дворец. – Коротко пересказала содержание письма.
Ребята нахмурились, Эла охнула, а Пульвитиара закатила глаза.
– И что нам делать? – Озвучил наш общий вопрос Амадей.
Пульвитиара вздохнула и глянула на часы.
– Сейчас только восемь вечера. Бал начнется ровно в полночь. Конечно, папуля хотел, чтобы мы прибыли несколько
