только ждать результата.
— Что, малой, они и тебя утомили?
Судя по растягиванию слов, Вадим начал пить уже не только кофе. Ая надеялась, что метаморф не будет вести себя слишком буйно, хотя судьба напарника ее не так сильно беспокоила.
Кай что-то замычал. Послышался звук едущей по столешнице посуды.
— Эй, зачем! Поставь!
— Просто попью…
— Положил на место! Быстро!
Скрип отодвигающегося стула. Вадим должен встать, повернуться к Каю, чтобы отобрать любимую кружку, и… сейчас!
Быстро прошмыгнув мимо прохода, Ая успела заметить лишь спину мориона. С кухни раздалось недовольное гудение и вместе с ним рычание, видимо, Каю не понравилась реакция мужчины. Но шум недостаточно громкий, чтобы отвлечь остальных. В самый раз, Германо не сплоховал.
Ая быстро поднялась, ступая мягко по лестнице, как кошка. Было пусто, на подходе к крыше замедлилась. Дверь выхода прикрыта, но выглядывать наружу сразу было бы опасно. Ая прислушалась.
Голоса. Сложно что-то разобрать, но они становились как будто громче. Ближе. Слишком близко!
Ая успела лишь отпрянуть.
— Ты-то тут что делаешь? — устало спросил Левин, обнаружив ее на лестничной клетке.
Катрин лишь мирно кивнула незваной гостье и, не дожидаясь спутника, стала спускаться.
— Я… не люблю, когда много людей вокруг, — Ая замялась, пропуская женщину. — Хотела побыть одна, подальше. В прошлый раз показалось, что тут… неплохо.
Левин некоторое время оглядывал ее, словно раздумывая. Потом как-то странно улыбнулся, смотря в никуда. Едва заметно, будто сам себе. Это была не та его доброжелательная маска для светских бесед, нечто другое.
— Хорошо, — мужчина выглядел примирительно.
Он держал дверь: ждал, чтобы Ая прошла. Она двинулась, и, когда уже подняла ногу, чтобы переступить через порог, морион вдруг произнес:
— Знаешь, что еще отличает сильных магов? Кроме управления энергией.
Ая, покачнувшись, застыла. Не решалась пройти, мужчина явно чего-то хотел. О чем он спрашивал? Про сильных магов? Ая удивленно подняла глаза. Легкая улыбка не сходила с его лица:
— Улавливают вибрации вселенной. Но не каждый решается слушать.
Ая ничего не поняла, но, судя по виду мориона, он думал, что все кристально ясно.
— Наслаждайся звездами и ночью, птенчик. Гнездо полностью в твоем распоряжении. Никого не будет.
Ая прошла по пустынной крыше как в тумане. В груди бешено стучало. Все было зря, она ничего не успела услышать, шанс упущен! Но радовало, что хотя бы не попалась совсем уж глупо. Левин просто пустил ее, не стал даже спрашивать, где напарник. И вид уже был другой. Видимо, Катрин сообщила ему что-то хорошее, что подняло настроение. Хотела бы Ая знать, что.
Мелькнула мысль: последовать за ними? Нет, морион сказал быть тут. Если сейчас Ая уйдет, будет подозрительно, и так все получилось странно.
Ноги сами собой ступали по покрытию, от которого исходил несильный запах чего-то химического. А вокруг — тишина и больше ничего.
Ая подошла к самому краю и окинула взглядом горизонт. Ближе к линии расползалось сияние города: где-то он дремал, местами жил, а в центральной точке — сверкал. Но так далеко. Там, где стояла Ая, царил мрак. Чем ближе к крыше, тем темнее становилось небо. Просторное, свободное. Словно чернильное пятно, движимое безразличным желанием, существующее по своим собственным правилам…
Эта отрешенная чернота, как ни странно, окутывала ощущением безопасности, спокойствия. В ней можно было спрятаться загнанному зверю. В ней, сквозь тонкую пелену облаков, можно было разглядеть звезды.
«Действительно, неплохо…» — подумала Ая, запрокинув голову. Не зря Левин тут задерживался. Только нигде не было видно месяца. На время лунный свет покинул ночь.
Ая опустила глаза и заметила площадку. Та самая, где они тренировались с Каем: с края крыши место почти полностью просматривалось. Значит, Левин мог спокойно видеть все. Захотелось усмехнуться.
Прохладный ветер скользил по открытой коже. Ая поняла, что не продержится с голыми руками долго, а испачкавшуюся кофту оставила в комнате. Но возвращаться все еще было слишком рано.
Среди сидений показалось что-то типа пледа. Несколько шагов, и вот, подобрав его, Ая закуталась посильнее. Она могла бы просто сидеть тут и смотреть в небо, даже вздремнуть… Но глаза наткнулись на что-то еще. Темный предмет на одном из кресел. Книга.
Ая робко подобралась к находке и посмотрела на выход с крыши: никого. Левин сказал, что она будет одна. Почему это так волновало?..
Черная обложка. Книга оказалась прохладной на ощупь. Гладкая по задумке поверхность от времени покрылась мелкими трещинками. Пахло старым лаком, чем-то сухим, терпким и одновременно — влажным деревом.
Осторожно открыв, Ая стала медленно листать томик. Сложно было разглядеть что-то, но повернувшись к слабому освещению по краям крыши, удалось выхватить обрывки фраз. Что-то про месть и самоотречение, пронзающие копья врагов, жертвующее собой божество, состояние аффекта… В глазах зарябило от напряжения, буквы плыли на потемневших от времени страницах. И способ выражений какой-то сложный, непривычный, слова едва складывались в смыслы.
Ая листала дальше, но интерес к тексту перебило кое-что другое. Внутри, между страницами, лежала бумажка. Нечто инородное, не из книги, не из того же века даже. Вполне новый белый листок. Записка от руки, на которой значилось: «EA27».
Как загипнотизированная, Ая поправила находку. Стала смотреть еще, но в стопках пожелтевших страниц больше ничего чуждого не обнаруживалось.
Закрыв книгу, Ая машинально протерла ее краем пледа, будто это могло скрыть следы вторжения. Аккуратно положила на место. Снова окинула взглядом пустоту кругом.
Это сияние вдалеке…
Ая вдохнула поглубже холодный воздух, позволила ему наполнить легкие, пронзить каждую клетку. Может быть, ей не нужно было прятаться? Может быть, она все же мотылек, летящий на свет?
Не верилось: или это просто глупость, или… она случайно нашла что-то важное.
Глава 25. След
— Так что, расскажешь? Или мы теперь только в душе болтаем?
Кай хотел пошутить, но вышло неудачно, он и сам это понял: опустил голову, зажевал губу. Ая как раз поравнялась с ним на дороге вокруг обширной территории Обители. Пришлось догонять после пары кругов пробежки.
Ая знала, что пришло напарнику на ум, какое, должно быть, «интересное» воспоминание! Жаль, что у нее его не было. Стало мерзко. Какая ирония, затащила Кая добровольно туда, где больше всего боялась увидеть.
Молчание камнем повисло между ними.
Пусть за грехи его судит папаша или кто-то еще, подумала Ая. Цепляться за обиды в такой ситуации было глупо, поэтому она неохотно, но рассказала о том, что случилось на крыше. Кай не понял, пришлось объяснить еще раз.
— То есть это все, что у нас есть?
Сомнения напарника
