Читаем без скачивания Вороний парламент - Джек Кертис

– У этого типа оказалось целых три руки: одной он рулил, другой переключал скорость, а третьей лапал меня.

– Я это заметил.

На берегу они набрели на участок, поросший травой, на котором было установлено несколько скамеек. Они сидели лицом к морю, наблюдая за стаей чаек, промышлявших мелкой рыбешкой выше линии прибоя. Чайки то взмывали вверх, то камнем падали вниз, борясь между собой за добычу и при этом пронзительно и скандально крича.

Не отрывая от них взгляда, Рейчел сказала:

– Итак, мы возвращаемся.

– Да. Сядем в метро на одной из южных станций Лондона.

– А потом?

– Отправимся в гостиницу. Мы ведь отсутствовали всего одну ночь, так что, скорее всего, там даже не заметили этого.

– И потом?..

Подул сильный бриз, покрывший море белыми гребешками и вспенивший сонливый прибой. Герни устроился поудобнее, чтобы не так болела рука.

– Тебе, я думаю, пора собирать манатки. Рейчел никак не отреагировала на его слова.

– Если что и должно случиться, то завтра. У меня выбора нет, я в любом случае должен добраться до Полы Коул.

– Зачем ты лезешь на рожон?

– Мы сыграем в кошки-мышки, и я исполню роль мышеловки.

– Тогда ты умрешь.

Герни, не отрываясь, смотрел на гребешки волн, с которых ветер срывал и уносил белую пену.

– Предложи что-нибудь другое.

– Да забудь ты об этом деле. Брось! Ты же сам ничего не выиграешь. Борец за справедливость! Послушай, – продолжала она, – они живут по своим собственным законам, известным только им одним. Ты думаешь, рядовой гражданин понимает, что происходит? Пару раз ты их перехитрил, ну и что? Что это изменило? Ничего. Это – их игра, которую они ведут по собственным правилам. Поэтому нам обоим пора собирать манатки. – Она повернулась к нему. – А, Саймон?

Герни по-прежнему смотрел на белую полоску пены, оставляемой волнами на гальке.

– Понятно, – заключила она. – Нет.

Когда они шли через город к станции, Рейчел сказала:

– Пока я остаюсь, во всяком случае до завтрашнего дня, но из гостиницы не выйду. Надеюсь, это не нарушит твои планы. Кто знает, может быть, что-то и произойдет.

– Вот именно: кто знает?

По пути им встретилась аптека, где Рейчел купила бинт и антисептик. В поезде ей пришлось бодрствовать, чтобы Герни хоть немного поспал.

Пола проснулась рано. Слуховое окно тускло поблескивало в утреннем свете. Она неподвижно лежала, глядя прямо на него, но взгляд ее снова затуманился, и очертания окошка стали расплывчатыми. Она задремала, погрузившись в мир пестрых образов. Качались деревья. Ловя восходящие потоки воздуха, парили птицы...

И человек, и место казались знакомыми, но Герни никак не мог восстановить в памяти ни кто был с ним, ни что это за место. Над головой кружили птицы, криком напоминавшие чаек. Спутник находился слишком далеко, чтобы можно было его увидеть. Герни лишь ощущал его присутствие, которое напоминало тень, упавшую рядом. Он попытался повернуться, чтобы увидеть лицо человека, но страшная давка, в которой они оказались, унесла толпу вместе с ним в сторону.

Высоко над толпой светился экран огромного телевизора, яркие цвета поражали своей неестественностью. Взгляды всех присутствующих были устремлены вверх. На экране появился Джордж Бакройд со стаканом в руке. Помахав Герни другой рукой, он начал говорить, но из-за стоявшего кругом шума его не было слышно: вроде бы он кого-то представлял.

Герни почувствовал, как рядом с ним появилась Пола Коул. Она внимательно смотрела на экран, и Герни видел телевизионное изображение как бы ее глазами. Передача велась из паба на Портобелло-роуд, где он и Рейчел в последний раз встречались с Бакройдом. За одним из столов выпивали несколько мужчин, и Бакройд, произнеся что-то, показал на одного из них. К стене позади стола был прикреплен флаг с изображением дерева и слетающей с его ветвей птицы.

Человек встал из-за стола и приблизился к камере, сменив у микрофона Бакройда. Герни почувствовал, как возросло напряжение Полы, словно генератор, вмонтированный в ее мозг, стал работать интенсивнее, перейдя от тихого гудения на устойчивый вой. Он попытался совместить свои видения с ее, но она сопротивлялась этому изо всех сил. Как будто осознав его присутствие, она вздрогнула, и лицо на экране стало смазанным и искаженным, причем настолько, что черты его было трудно разобрать. Силясь восстановить их в памяти, он услышал ее хриплый шепот: «Герни».

И все же память, насыщенная информацией, подсказывала имя, оно было готово сорваться с языка. Черты лица то восстанавливались, то снова расплывались. Наконец огромным усилием воли Герни сосредоточился и заставил изображение на экране вернуться в фокус, после чего он увидел знакомое лицо человека, которым оказался Мартин Лютер Кинг.

Раздались стоны и жалобные вопли толпы.

Кинг наклонился к микрофонам.

– Я видел сон! – нараспев произнес он.

– О Господи! – воскликнули голоса в ответ. – Господи! Пола собралась с духом, чтобы выстрелить из охотничьего лука. Краем глаза Герни видел, как она взяла стрелу и натянула тетиву.

– Я видел сон! – рефреном пропел Мартин Лютер Кинг, и ответом ему стал лес поднятых рук.

Герни услышал свист рассекаемого воздуха и проводил взглядом пущенную стрелу, следя за ее рыскающим полетом, в котором она, как самонаводящаяся ракета, искала свою жертву. Герни видел все так, словно совершал полет вместе со стрелой. Когда она достигла своей цели, он, оказавшись в непосредственной близости от места происшествия, не понял, что произошло.

Он снова перенесся в самую гущу толпы и посмотрел на экран. Пола держалась рядом с ним. Он хотел было повернуться, чтобы взглянуть на нее, но сон не дал ему этого сделать. Стоя плечом к плечу, они следили за тем, как мелькали на экране, сменяя друг друга, лица и места событий. Герни понимал, что Пола хотела среди них что-то спрятать, поэтому он сосредоточился, стараясь замедлить мелькание образов, и это ему удалось. Пола задрожала, она вскрикнула, как от полученного удара, и картинка на экране замерла, запечатлев черный лимузин с откидным верхом и людей. Потом машина на большой скорости тронулась с места, оторвавшись от сопровождавших ее мотоциклистов. С заднего сиденья с трудом поднялась женщина, словно пытаясь поймать что-то. Сбоку на машину прыгнула охрана, и камера крупным планом показала перекошенное лицо Кеннеди, его распростертое тело, забрызганные кровью пиджак, обивку салона и розовый костюм жены.

Пола опустила винтовку. На экране появился Джордж Бакройд с плакатом, на котором было написано: «Совершено покушение на президента Кеннеди». Когда он убрал плакат, Герни увидел на экране собственное лицо. Всматриваясь в толпу, он искал глазами Полу, а найдя, пробрался к ней, чтобы быть рядом. Они смотрели на преувеличенно большое изображение, пока черты лица не стали расплываться и деформироваться: нос укоротился, волосы потемнели, лицо расширилось.

Пола задрожала, ее трясло так, словно к ней притронулись оголенным проводом. Охваченная паникой, она испытала новый прилив сил, неистово перемешав и превратив в беспорядочный набор зубы, глаза, скулы. Герни противодействовал ей, пытаясь воссоздать их и складывая по частям подбородок, нос, лоб. Когда он наполовину справился с задачей, ему померещилось, что он узнает эти черты, но Пола в припадке ярости разбила изображение, расшвыряв все его фрагменты.

Герни сдался и перестал смотреть на экран, переключив все свое внимание на Полу. Это занятие походило на засаду. Он увидел ее лицо, перекошенное от напряжения, и широко распахнутые глаза. Он хотел вытянуть из нее имя, имя того человека, чье лицо она не позволила ему увидеть на экране. В какой-то миг он одолел ее и услышал, как она произнесла это имя, утаив, однако, другое.

Он повернулся к экрану, на котором снова возникло его лицо, которое он тут же стер, и на его месте появилась другая картинка. Он знал, что Пола тоже видит ее. Он услышал ее отчаянный шепот. Обессиленная борьбой с ним, она, как выдохшийся на дистанции бегун, не могла больше вмешиваться в дальнейший ход событий.

Камера вернула их в прошлое: вот мужчина подстригает живую изгородь в саду, его молодое лицо напряжено. Герни видел, как Пола наклонилась и подняла шнур секатора, который в ее руке вдруг превратился в змею – шипящую и извивающуюся. Она замахнулась и швырнула ее. Змея полетела в мужчину, который поймал ее, но она, вырвавшись из тисков сжимавших ее рук и сверкнув ядовитым зубом, нанесла ему разящий удар по лицу и в шею.

Глава 31

Человек, похожий на банкира, встал в восемь утра. Он принял душ, побрился и выбрал костюм, после чего позвонил в «Пан-Америкэн», чтобы проверить, забронирован ли ему билет. Ему подтвердили, что место зарезервировано на рейс номер 106 из аэропорта Даллеса в восемнадцать пятнадцать.