в аэропорт.
Родной город встретил погожим вечером. Приятным и тихим, особенно после суеты Москвы.
Первым делом я позвонила Назару, сообщить, что удачно долетела и приземлилась. Тон его был серьёзным, и стало понятно, что он снова весь в делах. Он отвечал коротко, и спокойно, и меня даже это покоробило, как он легко переключается, ведь всего каких-то пять часов назад, мы лежали рядом, не в силах разорвать объятия, а он уже снова, собран и серьёзен, и даже намёка нет на романтику между нами.
Возможно, я бы так и скисла, я была настолько разнежена его вниманием, и заботой, и всеми этими бесконечными словами любви, что даже такое спокойное проявление меня ранило, я расценивала его, как равнодушие. Но в конце разговора, Назар, признался, что не знает, как сегодня заснёт без меня, и что очень любит, и я растаяла, в очередной раз.
***
— Виктория Даниловна, вас хочет видеть гостья из двести пятого люкса, — вещает мне по телефону портье, пока я поднимаюсь из ресторана.
— Хорошо, Алексей, я надеюсь, там без претензий? — осведомляюсь я.
Дорабатываю последнюю неделю, и мне разгребать проблемы совсем не хочется.
Федор, когда узнал, что я увольняюсь, сильно расстроился, и без отработки не отпустил, и можно было бы надавить, на то, что я переезжаю в другой город, но он был добр ко мне, по сути, не смотря на все его сальные взгляды, границы не переходил.
Правда Назар, рвал и метал, узнав, что мне придется задержаться вместо нескольких дней на две недели, но поступить подло я не могла.
— Нет, нет, она хочет поговорить с вами по личному вопросу, — отвечает Алексей, и я иду к лифтам, на ходу отключаясь, и пока жду кабину, снова начинаю мысленно прикидывать, что осталось сделать до переезда.
Родители, как ни странно, очень обрадовались, видимо не только меня очаровал миллионер. Что он таковой, я так и не призналась им. Главное, что они уверенны, что он хороший человек, хотя видели его всего-то один раз, но оказалось достаточно.
По большому счёту, меня здесь держала только работа, уехать я могла когда угодно.
У меня всё было собрано, и я была собрана, вот только доработаю оставшихся четыре дня. Уже даже билеты куплены. И Назар обещал, прежде съездить куда-нибудь, отдохнуть, и поэтому я предвкушала, своё будущее, как дорогой десерт. Пока только удовлетворялась ароматом, но уже подбиралась и к тому, что скоро съем его до крошки.
Я постучала в дверь двести пятого, и мне тут же открыла дверь высокая брюнетка.
Её густые темные волосы, плотным и ровным каскадом лежали за плечами. Девушка была восточных кровей. Это выдавали и густые красивые брови, карие, слегка раскосые глаза, и треугольное лицо с выраженными скулами.
Из косметики на ней был бежевый блеск на пышных губах. И ей этого было достаточно. Она была сногсшибательна.
Возможно старше меня года на три.
И мне почему-то смутно показалась она знакомой. Возможно это медийное лицо?
На ней был просторная длинная туника, впрочем, несколько не скрывающая, что под тонкой светлой тканью, имеется великолепное стройное тело.
Осанка и грация завораживали.
Мы смотрели друг на друга, и изучали.
Она была чуть выше меня. Внимательно смотрела на меня, и я тоже, почему-то была не в силах отвести от неё взгляда.
— Вы Виктория? — подала она первой голос.
Он был низкий и бархатный, с едва уловимым акцентом.
— Добрый день, да я дженерал-менеджер, Виктория, портье передал, что вы желаете поговорить со мной, — кивнула я в ответ.
— Да, проходите, пожалуйста, — она отступила и я прошла.
В нос тут же ударила волна духов Шанель, исходивших от неё.
Я прошла вглубь, и обернулась.
— Пожалуйста, присаживайтесь Виктория, — проговорила хозяйка номера, и указала на диван, стоявший позади меня.
Я села, а она заняла место напротив, сев в кресло, и изящно перекинула ногу на ногу. Из под тонкой ткани туники, мелькнули бордовые ноготки и ухоженные пальчики.
— Меня зовут Гелла. Гелла Амикян, может, слышали, моей семье принадлежат сети отелей по всему миру, — она горилла это спокойно и без хвастовства, а я, конечно, знала корпорацию Амикян, и сети их отелей были самыми престижными во всём мире.
Если бы рядом был Назар, он бы закатил глаза и сказал, что конечно я знаю. Улыбка тронула мои губы.
— Очень приятно Гелла, — ответила на это я и вопросительно посмотрела на неё.
— И мне, Виктория, очень приятно, — она тоже мягко улыбнулась, — может, желаете чего-нибудь выпить? — она обернулась к бару, а я невольно залюбовалась блеском её волос.
— Спасибо, честно говоря, нет, — ответила я.
— Честно, это хорошо, — бросила Гелла, и снова с интересом посмотрела на меня.
— Вы красивы Виктория, — вдруг выдала она, и её наманикюренные пальчики, постучали по подлокотнику кресла.
— Благодарю, а если конкретнее, — усмехнулась я.
— Конкретнее, и честнее, да? — снова не особо понятно, сказала Гелла, и кивнула сама себе.
— Так уж вышло, что я знакома с владельцем этого отеля, Вершининым Фёдором, — начала она, — и он поделился со мной, что вы в ближайшем будущем собираетесь переехать в Москву, и покидаете пост дженерал-менеджера? — последняя фраза была вопросительной, словно она ждала моего подтверждения.
— Да это так, — согласно киваю я, не особо понимаю, куда она клонит.
— Федор, даёт вам самые лестные рекомендации, — продолжает Гелла, — и я бы хотела предложить вам работу.
— В Москве? — вырывается у меня.
Гелла снова улыбается, как мне кажется, слегка снисходительно.
— Сначала да, но возможно, в дальнейшем, это будет Лондон.
Я шумно выдыхаю, и растерянно кручу браслет, подаренный Назаром на руке.
— Позволите, — Гелла тянется к нему, и я протягиваю кисть, чтобы ей было удобно рассматривать украшения. Она проводит холёными пальчиками по шармам.
— Как интересно, — воркует она, рассматривая клетку, из платины, потом яркий камешек на грудке птички, — наверное, это символично для вас? — она поднимает на меня свои тёмные
