— Чепуха!
— Для нас этого достаточно. Мы удовлетворены. Налет кончился не в пользу теордов: мы разрушили крота на глубине тысячи сто футов. Никто не выжил, кроме теорда, которого вы видели.
Зиде Патаоз помедлил. Фарру показалось, что в его голове промелькнула неуверенность.
— В обычных условиях он действительно мог оказаться самым удачливым из них. — Он замолчал, чтобы придать мыслям форму слов. — Мы верим в превентивное воздействие наказания. Его бы заключили в сумасшедший дом.
— Что с ним случилось?
— Покончил с собой в подземелье.
Фарр был сбит с толку столь неожиданным поворотом событий. Что-то, видимо, успело связать его с тем человеком, и что-то оказалось теперь потеряно навсегда...
Зиде Патаоз заботливо спросил:
— Вы, кажется, потрясены, Фарр-сайах?
— С какой стати?
— Вы устали или чувствуете слабость?
— Сейчас я более или менее пришел в норму.
Женщина принесла поднос с ломтиками орехов, горячей ароматной жидкостью и сушеной рыбой.
Фарр ел с удовольствием, он был голоден.
Зиде Патаоз с любопытством его разглядывал.
— Странно. Мы с вами принадлежим к различным мирам. Мы эволюционировали по разным направлениям, но наши цели, желания и опасения часто схожи. Мы защищаем свою собственность, то, что обеспечивает наше благосостояние.
Ушибленное место на голове Фарра саднило и пульсировало. Он задумчиво кивнул.
Зиде Патаоз подошел к стеклянному цилиндру и стал смотреть на танцующих угрей.
— Порой мы излишне тревожимся, но что делать, опасения заставляют нас перестраховаться.
Он повернулся, и они долго смотрели друг на друга. Фарр, сгорбившийся в кресле-стручке, и исцик, высокий, стройный, с большими двойными глазами на орлиной голове.
— Так или иначе, — сказал Зиде Патаоз, — я думаю, вы простите нам эту ошибку. Теорды и их руководитель, или руководители, могущественны. Но для них ситуация лучше не станет. И, пожалуйста, не обижайтесь на нашу чрезмерную заботу. Налет был предпринят с огромным размахом и почти привел к цели. Кто задумал, кто составил столь тщательно разработанный план операции — мы должны выяснить. Теорды действовали очень уверенно. Указания хватать семена и саженцы со специальных участков они получили, видимо, от шпиона, скрывающегося под видом туриста. Вроде вас, например. — Зиде Патаоз бросил на Фарра мрачный пристальный взгляд.
— Этот турист не похож на меня, — коротко рассмеялся Фарр. — Я не хочу, чтобы меня даже косвенно связывали с этим делом.
— Понятное желание, — вежливо склонил голову Зиде Патаоз. — Но я уверен, что вы достаточно великодушны, чтобы понять наше волнение. Мы должны охранять свои предприятия, мы — бизнесмены.
— Не очень хорошие бизнесмены.
— Интересная точка зрения. Почему же?
— Вы выпускаете хорошую продукцию, но сбываете ее не экономично. Ограниченная продажа, высокие рыночные цены.
Зиде Патаоз извлек лорнет и снисходительно помахал им:
— Существует много теорий.
— Я прочитал несколько статей о выращивании Домов. Расхождения существуют лишь в деталях.
— И к какому выводу вы пришли?
— К такому, что ваши методы не действительны. На каждой планете единственный делец обладает монополией. Подобная система удовлетворяет одного дельца. К. Пенче стократный миллионер и в то же время самый ненавидимый на Земле человек.
Зиде Патаоз задумчиво крутил лорнет:
— К. Пенче, должно быть, столь же несчастен, сколь и ненавидим.
— Рад слышать, — сказал Фарр. — Почему?
— Набег лишил его большей части прибылей.
— Он не получит Домов?
— Не получит тех Домов, которые заказывал!
— Так. Впрочем, разница невилика. Он все.равно продаст все, что вы ему пошлете.
Зиде Патаоз, казалось, был слегка обеспокоен:
— Он — землянин. Коммерсант по природе. У нас же, исциков, выращивание Домов в крови, в инстинктах. Династия плантаторов началась две тысячи лет назад, когда Джун, первобытный антрофаб, выполз на сушу из океана. Из его жабр вытекала соленая вода, и он нашел убежище в стручке. Он — мой предок. Мы обрели власть над Домами и не должны ни растрачивать накопленные знания, ни позволять себя грабить.
— Ваши секреты неизбежно будут разгаданы. И неважно, хотите вы того или нет. Слишком много уж бездомных во Вселенной.
— Нет! — Зиде Патаоз хлопнул лорнетом. — Ремелсо нельзя разгадать с помощью умозаключений. Элемент магии все же существует.
— Магии?
— Не буквально. Атрибуты магии. Например, мы поем заклинания, когда растут саженцы. Саженцы растут и благоденствуют. А без заклинаний чахнут. А почему? Кто знает? На Исзме — никто. На каждом этапе выращивания, благоустройства и обучения используются специальные знания, благодаря которым дом и отличается от бесполезной худосочной лозы.
— На Земле мы бы начали с самого простого дерева. Мы бы вырастили миллион саженцев, изучили миллион возможных путей.
— И через тысячу лет вы могли бы контролировать количество стручков на дереве. — Он подошел к стене и вырвал клочок волокна. — Это щелк — мы иньектируем жидкость в орган рудиментарного стручка. Жидкость содержит такие компоненты, как толченый панцирь аммонита, золу кустарника франз, изохромил-адетатметрил, порошек метеорита Фанодане. Жидкость действует, но сначала подвергается шести критическим операциям и вливается только через хоботок силимпшина. Скажите, — обратился он к Фарру, — сколько пройдет времени, прежде чем ваши земные исследователи научатся выращивать в стручке зеленый ворс?
— Вероятно, мы и пробовать не стали бы. Нас удовлетворили бы Дома из пяти-шести стручков, а владельцы бы обставили их, как душе угодно.
— Но это же неэтетично! — воскликнул Зиде Патаоз. — Вы это понимаете или нет? Жилище должно быть одним целым — стены, дренаж, украшения, выращенные вместе с ним и в нем! Зачем тогда нужны наши огромные знания? Две тысячи лет напряженной работы? Любой невежда способен наклеить зеленый ворс, один лишь исцик может вырастить его!
— Да. Вы правы.
Зиде Патаоз продолжал, убеждающе покачивая лорнетом:
— И если вы украли женскую особь Дома, если вы ухитрились вырастить пятистручковый Дом — это только начало. В него нужно войти, его нужно подчинить, его нужно обучить. Паутина должна быть обрезана, нервы закуляции должны быть изолированы и парализованы. Сфанктеры должны открываться и закрываться при прикосновении. Искусство благоустройства Дома не менее важно, чем искусство выращивания Дома. Без правильной обработки Дом неудобен и скучен, даже опасен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
