Юна зарделась от похвалы, потом робко кивнула и тихонько сказала.
— Хорошо, леди Мэри, я буду шить платья для кукол, можно ведь разные шить?
Конечно, я одобрила инициативу девочки. Потом, посмотрев на склонившуюся над расписываемой тарелкой Иннис, подумала, что надо следующие сервизы изготовить лично для Иннис. Ой, не зря так обеспокоился Грегор, когда решил что, Мак-Гренн зачастил к нам ради Иннис! Так, глядишь, до чего-нибудь и договорятся.
Все, что я вчера перед сном запланировала на сегодня, с утра полетело в тартарары. Из Грин Маунт пришло сообщение, что Лахлан — стеклодув приглашает меня на первую плавку стекла. Урраа!! У нас будет стекло! Торопливо перепоручив кучу дел Грегору, а именно — присмотр за всеми стройками, проверить и учесть количество заготовленного угля и дров, вручила ему план — схему будущего благоустройства двора, пусть нанимает работников из Стоунза, советуется с Лариком, а я помчалась с охранником в деревню.
У Лахлана и впрямь было все готово — печь доведена до нужной температуры, инструменты приготовлены, шихта выверена по составу и только осталось загрузить ее в тигель и поместить в печь. Почти все ингредиенты были свои, из этой местности. Только соду я привезла из Даблитти. Туда ее привозят с побережья залива, где получают ее методом сжигания определенных водорослей. Я вначале даже не поверила, что это сода. Мы привыкли, что сода это белый порошок. А тут мне показали серое, комковатое нечто. Но аптекарь уверил, что это и в самом деле сода, да и Лахлан подтвердил. Ладно, поверю им. Стеклянный бой на первый раз пришлось изымать у прижимистого Кузьки, потом пойдут в дело обрезки от своего стекла. И вот он, торжественный момент — в приоткрытую дверцу хорошо видно, как вся масса медленно оседает в тигле, как масло, и превращается в кипящую стеклянную массу. Я была готова подпрыгивать от нетерпения, когда, ну когда же мастер начнет выдувать стеклянный цилиндр? А Лахлан только качал головой, посмеивался, глядя на мои нервические метания вокруг печи и уверял, что скоро, вот — вот. Все, наконец-то! Мастер набрал немного стеклянной массы на конец стеклодувной трубки и начал медленно дуть в нее, раскачивая при этом. На моих глазах творилось рукотворное волшебство — из небольшого количества раскаленной докрасна стеклянной массы потихоньку выдувалась прозрачная стеклянная огромная бутылка, с закруглением на дне и узким горлом у трубки. Перестав раскачивать и дуть, мастер оторвался от трубки и сказал мне — Режь!!
Я быстро (как мне казалось!) отрезала узкое горлышко от трубки, подровняла, как смогла до прямой линии, срезала закругленное дно. Теперь, пока стекло мягкое, надо разрезать цилиндр и раскать скалкой, как тесто, на гладком листе металла. Так и нужной толщины добьемся, и лишние пузыри воздуха удаляться. Ну и упарилась я, пока раскатывала стеклянный лист. Как снимали готовый лист стекла с металла — отдельная история, руки тряслись, коленки подгибались, даже сердце переместилось ближе к щитовидке.
Было страшно уронить, разбить, или вдруг ещё не застыло в середине, и лист поведет волнами? Толщина листа была, конечно, великовата, это всё-таки не автоматическая протяжка, да и флоат — метод нам недоступен будет лет триста пятьдесят. Были и пузырьки воздуха, хорошо, что только по краям. Но это было стекло, настоящее, прозрачное. Я переживала, что оно может быть зеленоватого, бутылочного цвета, но песок оказался очень качественный, без примесей металлов. Пока я возилась с раскаткой, мастеру велела отдыхать, всё-таки он только что оправился от тяжелейшего недуга. Конечно, такой нагрузки и нещадной эксплуатации, как в мастерских, у меня не будет, но все равно, пусть лучше побережется. Вот таким образом, за день мы изготовили стекла на шесть окон. Причем я решила, что надо делать двойные стекла, по типу стеклопакетов. Конечно, вакуума в пространстве мы не получим, но герметизации добьёмся путем применения смолы хвойников. Не рамы двойные делать, а стекла. Пока мастер обедал в доме, мы с моим сопровождавшим меня охранником обедали под навесом на улице, тем, что нам с собой приготовили на нашей кухне. В дом с мастером я не пошла, объяснив, что я не брезгую, просто не выношу запах хаггиса. Хозяйка вздохнула, покачала головой, мол, англичанка, что с нее возьмёшь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Неожиданно мой охранник, он был из новоприбывших, неуверенно спросил.
— Леди Мэри, а мастер берет учеников? — и торопливо пояснил мне — у меня сын да племянник мой, он сирота, живёт с моей семьёй, хотели бы научиться какому-либо мастерству, воинами быть не хотят. Вот я и хотел попросить мастера взять их в ученики, если вы не против.
Я изумилась.
— Почему я должна быть против? Пусть приходят и учатся, сейчас Лахлана и спросим.
Мастер охотно согласился и даже отказался от платы за обучение. Но кое-что всё-таки попросил.
— Леди Мэри, я хотел бы, когда стеклодувня в замке готова будет, перебраться на житье к вам. Я видел, там у вас казарма есть, может, и мне где там угол найдется? Нет, вы не подумайте, меня и здесь никто не обижает, наоборот, все очень рады, что я выздоровел, но дом маленький ведь, тесно им и без меня.
Я обещала помочь ему в этом вопросе. Вообще, он, верно, говорит, ему и ходить не надо будет из деревни и ученики рядом живут. Когда уже закончили со стеклами, Лахлан, заглянув в тигель, огорчённо сказал.
— Ну вот, осталось немного массы, придется выбросить, завтра свояк опять кирпичи обжигать будет, печь занята.
Я подхватилась.
— Не надо! Сейчас опять разогреем, и я хочу попробовать кое-что сама сделать.
А попробовать я хотела выдуть просто стаканы для холодных напитков, с утолщенным дном, вырезанным фигурно, типа крупной хрустальной грани.
Первый стакан получился таким уродцем, что даже я сама первая хохотать над этим начала. Но потом дело пошло. Стаканы я выдувала сознательно толстоватыми, прочнее будет. Вначале мастер помогал мне — обрезал, формировал утолщенное дно, вырезал грани, пока мягкое стекло. Затем к нему присоединился и мой охранник. Во проняло мужика! И пусть грани не были математически выверены и абсолютно не равны, я была счастлива! Мое первое самостоятельное изделие! Вышло у меня их двенадцать штук, и ещё капелька массы осталась. На стакан бы не хватило. Но я упрямо выдувала нечто. И это нечто оказалось вазочкой на плоском дне. Тут я посоветовала вырезать хоть какие-нибудь узоры по сторонам вазочки. Конечно, это не хрусталь, стекло не то по составу, да и гравировка страшна как мировая война, но ведь интересно же, что может получиться. А состав хрустального стекла мне известен, там соли свинца добавляются в обычную шихту. Так что будем пока набивать руку. По окончании работы остывшую полностью вазочку торжественно вручили охраннику. Не сомневаюсь, что это нехитрое изделие станет реликвией в его семье.
