участники экспедиции решили собрать мусор, остатки палатки и старую веревку. Несмотря на то что лишь два члена экспедиции взошли на гору, экспедицию можно было назвать удачной. «Получилось хорошее путешествие, потому что на Ама-Даблам никого, кроме нас, не было, – вспоминает Чарли. – Тогда я не понимал этого. Сегодня приходится буквально бороться за свободное место для палатки».
Скотт обладал природным даром заряжать людей энергией и мог вдохновить почти любого на преодоление страхов и использование всех возможностей, однако тонкости организации экспедиции – не его конек. Большая энергия не всегда позволяет решать проблемы, некоторые вещи лучше тщательно планировать. Так что было отчего не спать по ночам. Но в чем Скотт точно не сомневался, так это в непреходящем желании взойти на Эверест. Стоя на вершине Ама-Даблам, он мог смотреть на север и видеть огромное полотнище снега, срываемое с высоты Эвереста сильным ветром. Притяжение этой горы он чувствовал постоянно. Он не мог забыть о ней, и вскоре снова был в Кхумбу, пытаясь еще раз пройти по следам Эдмунда Хиллари. Однако в следующий раз все получилось совсем иначе.
19. Эверест вчистую
Здорово быть с несколькими друзьями с небольшим бюджетом на большой горе. Эверест стоял пустой, и восхождение на него – невероятное приключение.
Стив Гайп, инструктор школы Петцольдта и врач в экспедиции на Эверест
Здорово, когда группа Брюсов надевает рюкзаки и отправляется в горы в чистом стиле школы Петцольдта. Когда-то они шли на Гранд-Титон или на вершину в хребте Уинд-Ривер. На этот раз это был Эверест. Экологическая экспедиция «Сагамартха – 1994» была идеей Стива Горила, одного из самых известных инструкторов школы. Горил в сумме вел курсы 440 недель – более чем кто-либо за всю историю организации. Это восемь с половиной лет жизни с рюкзаком в условиях дикой природы. Когда Стив выбирался из глуши, то посвящал время подводному плаванию и прыжкам с парашютом. Он брал с собой парашют даже в полет на коммерческих авиалайнерах. Он изучал руководство НАСА по полетам на космических кораблях, чтобы быть готовым на случай, если однажды его пригласят принять участие в орбитальном полете, а одной из целей в жизни было «умереть на другой планете». Когда я гостил у Стива дома, то сообщил ему, как с десяток ветеранов школы пытались пародировать его бас, рассказывая некоторые истории. Он рассмеялся и ответил удивительным басом-профундо: «Нисколько не удивлен». Ни один из его подражателей и близко не подошел к оригиналу.
По крайней мере одну из историй Стив подал с другой точки зрения. Да, он брал парашют в салон пассажирского самолета, но не в ожидании катастрофы. «Я парашютист и не хочу, чтобы парашют повредили в багажном отсеке, – объяснил он. После паузы он добавил: – Конечно, если на высоте десяти километров что-то случится я, вероятно, окажусь единственным пассажиром, у которого будет хоть какой-то выбор».
Горил был на два года старше Скотта Фишера, и в Ландер он попал тоже благодаря фильму «Месяц на выживание». Несмотря на любовь к жизни в глуши, Стив заинтересовался высотными восхождениями гораздо позже, чем многие сверстники. Почти в тридцать он вдруг осознал, что хочет попасть на Эверест и что стоит предпринять шаги в этом направлении. Стив обратился к правительству Непала за разрешением на восхождение в 1992 году. В команду он пригласил нескольких ветеранов школы, включая Стива Гайпа, врача по профессии. В 1969 году Петцольдт назначил Гайпа одним из десяти молодых инструкторов, которые сопровождали съемочную группу фильма «Месяц на выживание», снабжали ее едой, таскали аккумуляторы для кинокамер и катушки пленки.
Горил также пригласил в команду Роба Хесса, еще одного ветерана школы и профессионального гида из компании Jackson Hole Mountaineering. Скотт Фишер был назначен руководителем восхождения. Казалось, все идет замечательно, но тут возникли сложности с получением разрешения. После успешного восхождения на Эверест в 1990 году Роб Холл и Гэри Болл, а также несколько других восходителей начали привозить на гору коммерческих клиентов. Спрос на разрешения стал расти, и правительство Непала поняло, что все больше людей готовы заплатить, чтобы попасть на Эверест. Но рост числа людей означал увеличение количества мусора на горе. Министерство туризма пыталось получить больший доход от разрешений, не допуская, однако, замусоривания маршрута.
При запросе разрешения Горил внес аванс в пять тысяч долларов, но правительство Непала задержало выдачу необходимых документов. И не вернуло деньги. На следующий год Стив снова подал заявку и обнаружил, что авансовый платеж вырос до десяти тысяч. Пришлось собирать недостающие деньги. И снова в разрешении было отказано, и снова министерство туризма не вернуло деньги. «В Непале это невозможно, – говорит Роб Хесс. – Если заплатил, уже их не вернешь».
Повышение стоимости сбора принесло больше доходов непальской казне, но желающих получить разрешение не поубавилось. В 1991 году в непальский базовый лагерь Эвереста прибыло двадцать экспедиций. В 1992 – двадцать четыре, в 1993 – девятнадцать. Весной 1994 года министерство попробовало новую стратегию, объявив, что на каждый маршрут Эвереста будет допущена только одна экспедиция. Чтобы компенсировать падение доходов, министерство увеличило плату за разрешение с десяти тысяч долларов за всю экспедицию до десяти тысяч за каждого участника. «За три года наша команда из пяти человек “подорожала” с пяти тысяч до пятидесяти тысяч, и мы оказались в тупике», – вспоминает Хесс. Компания «Консультанты по приключениям» Роба Холла и экспедиция под руководством американцев Тодда Бурлесона и Пита Этанса получили разрешения до вступления в силу новых ограничений, поэтому им позволили вести клиентов на Эверест по старым расценкам. Японская команда получила разрешение на использование базового лагеря в качестве перевалочного пункта для восхождения по Южному ребру – этот маршрут идет параллельно классическому. И как оказалось, других разрешений выдано не будет.
Однако имелась лазейка – экологическая программа. Горил представил свою экспедицию и как восхождение, и как кампанию по уборке мусора. В министерстве туризма сказали, что если он заплатит пятьдесят тысяч, то получит разрешение. Горил решил, что он в деле. Гайп тоже согласился. Скотт всегда был готов. Не отказался и Хесс. «Я уже выложил деньги, – вспоминает Роб, – и решил: в конце концов я альпинист и буду участвовать в этом деле, пока получается».
К тому времени Роб и Скотт знали друг друга десять лет. Скотт приглашал Роба помочь с организацией восхождения «Горного безумия» Мак-Кинли в 1993 году для восьми студентов Принстона. Студенты назвали экспедицию «Восхождение и лекарство», восхождение должно было привлечь внимание к проекту по сбору средств
