на борьбу со СПИДом. В качестве еще одного гида Скотт нанял Брента Бишопа, который много лет занимался организацией восхождений в горах США. «Тот поход на Денали стал для нас со Скоттом настоящим переломным моментом как для друзей и коллег, – вспоминает Роб. – Я чувствовал, что мы отлично сработались как гиды. Скотт был, безусловно, харизматичным фронтменом, его репутация бежала впереди него. В каких-то вещах я был лучше, в каких-то он. Делать снежные убежища, провешивать веревки, заниматься логистикой – это мои сильные стороны». Роб считал Скотта и другом, и наставником. «Он умел находить в людях лучшее, и в моем случае было то же самое. Он действительно зажигал меня, и мы блистали», – говорит он.
Скрепила их дружбу игра в бутылочки. Экспедиция «Восхождение и лекарство» шла успешно, пока команда не добралась до отметки 5100 метров, на километр ниже вершины. Следующие трое суток шторм не давал возможности пройти выше. Непогоду пережидало сразу несколько экспедиций. «Это не была прямо буря, – вспоминает Роб. – Просто все понимали, что выше пока соваться бессмысленно».
Скотт предложил Робу и нескольким клиентам-студентам сыграть в бутылочку – отличительная черта Фишера, не уступающая его стремлению сразиться с любым желающим в армрестлинге. Кантом ботинка Скотт прочертил линию на снегу. Стоя за линией, он наклонился и положил руки на две вертикально стоящие бутылки с водой. Затем он стал двигать бутылки вперед, насколько мог, чтобы его вес приходился только на мыски ботинок и бутылки. Скотт остановился, когда понял, что дальше не продвинется. Он отставил одну бутылку чуть дальше и теперь балансировал на мысках и одной бутылке, на верхнюю часть которой опирался двумя руками. После этого он резко оттолкнулся руками и встал на ноги, приняв исходное положение. Суть игры была в том, чтобы не зайти ногами за линию и как можно дальше продвинуть бутылку. И так каждый по очереди пробовал свои силы. «Скотт начал эту игру на высоте более пяти километров в тот бурный день, и уже через некоторое время все вылезли из палаток и стали играть, – говорит Роб. – Около двадцати пяти человек. Удивительно было видеть, как Скотт может мотивировать и подстегивать людей. Чехи, французы, американцы – все пытались проверить, смогут ли они это сделать».
Штурм горы тогда затянулся, несколько человек из команды Скотта заболели. Роб сопроводил их вниз, а Скотт и Брент Бишоп повели остальных студентов Принстона на вершину. «Все прошло как надо, – говорит Роб. – Мы получили некоторую известность, наши фотографии опубликовали в журнале People, это было круто». При этом экспедиция собрала для Американского фонда исследований СПИДа 280 тысяч долларов.
После работы со Скоттом и Робом на Денали, Брент Бишоп тоже решился присоединиться к экспедиции на Эверест в 1994 году. Для него это был способ в буквальном смысле слова пойти по стопам своего отца Барри Бишопа, участника американской экспедиции на Эверест 1963 года. У Брента было два высших образования – по бизнесу и по экологическому менеджменту, так что он мог привнести в команду Стива Горила то, что ей недоставало.
Бюджет экспедиции составил 150 тысяч долларов – мизерную сумму по сравнению с большинством экспедиций на Эверест в то время. Альпинисты начали продавать футболки с рекламой экспедиции, а «Горное безумие» сформировало две группы туристов, которые пойдут до базового лагеря. Каждый из участников этих групп внес по тысяче долларов на экспедицию. Одна из групп состояла в основном из администраторов и членов правления школы Петцольдта. «Не беспокойтесь, у нас все получится, – твердил всем Скотт. – Мы взойдем на Эверест».
Экологическая составляющая «Экологической экспедиции Сагамартха» (здесь было решено использовать непальское название Эвереста), позволившая Стиву Горилу получить разрешение от Министерства туризма Непала, дала эффект при сборе средств. Подобный прецедент уже имелся. Боб Макконелл, ветеран школы, бывший начальником базового лагеря в 1987 году в экспедиции на Эверест с северной стороны, несколько раз возвращался на гору и проводил работы по очистке тибетского маршрута. Будучи приверженцем этики школы, согласно которой место для лагеря после тебя должно остаться в лучшем состоянии, чем было до твоего прихода, Горил вдохновился успехом Макконелла. В одной из экспедиций Макконелла сопровождал Крис Науманн, уроженец Миссури, который много читал о гималайских экспедициях и мусоре, оставляемом на Эвересте. «Сделать что-то в этом направлении было интересно больше, чем само восхождение», – говорит Крис. В 1991 году получил стипендию Уотсона и на эти деньги отправился в Гималаи, чтобы, как он выразился, провести собственные наблюдения. «Семья Уотсонов основала IBM, – объяснил Крис. – У них целый фонд, который давал студентам небольших гуманитарных колледжей гранты на проведение исследований в любой стране. Я слышал о парне, который получил стипендию в 15 тысяч долларов на изучение традиционной культуры пивоварения в Англии и Германии»[38].
Крис вернулся из Гималаев, намереваясь изучать экологическое право в Монтане, и случайно познакомился со Стивом Гайпом и узнал, что его позвали в экспедицию с экологической составляющей. «Я предложил им взять меня в качестве начальника базового лагеря и экологического менеджера команды, – говорит Крис. – За все это я просил лишь билет на самолет». Когда ему сообщили, что у участников настолько мало денег, что каждый покупает билет сам себе, он ответил, что все равно согласен. «Это может быть первая по-настоящему экологическая экспедиция, – вспоминает Крис, – но без меня они не смогли бы провести основные работы по очистке. И не потому, что задумали какой-то обман, а просто вследствие того, что основная цель у альпинистов – восхождение и безопасный спуск». Остальные члены команды идею поддержали, и Крис влился в коллектив.
Крис Науманн и Стив Гайп организовали сбор средств на экспедицию в городе Бозмане, штат Монтана, приготовив еду и напитки, а также товары для негласного аукциона. Скотт должен был приехать из Сиэтла и выступить с докладом. Роб Хесс и Брент Бишоп тоже приехали в Бозман, равно как и отец Брента. Скотт планировал прилететь в Бозман в день выступления, но рейс отменили из-за непогоды. Чтобы мероприятие не сорвалось, Барри Бишоп достал слайды своей экспедиции на Эверест 1963 года и заменил Скотта, выступив с импровизированной презентацией, построенной на идее экологической ответственности. «Мы оставили на горе свалку, – объяснил он собравшимся, показывая фотографии кислородных баллонов, разорванных палаток и мусора, брошенного на Южном седле экспедициями 1960-х, – а эти ребята собираются убрать за нами». На самом деле за тридцать один год, прошедший с попытки восхождения на Эверест Барри Бишопа до попытки его сына, более шестидесяти экспедиций побывали на непальском склоне Эвереста и оставили
