Одри счастливо улыбнулась и вздохнула. Потом снова принялась за расспросы:
– Что тебя мучает, Чарли? Поделись. Прошу тебя. Чарли обнял Одри за плечи, подошел вместе с ней к окну и молча уставился на луну. Одри терпеливо ждала, пока он заговорит.
– Ах, Одри, я просто не знаю, с чего мне начать.
– Начни с главного, Чарли, – тихо ответила она. – Или, еще лучше, с самого начала.
Он еще немного помолчал. Вид у Чарли был такой растерянный, такой несчастный, что Одри захотелось немедленно узнать обо всех его бедах и помочь. Помочь всем, что в ее силах.
Чарли тяжело вздохнул, набираясь решимости, и наконец начал:
– Понимаешь, Одри, это очень трудно объяснить… Одри ждала, нахмурив от напряжения лоб. Рука Чарли неожиданно скользнула вниз и прижала голову Одри к его груди.
– Говори же, Чарли, – прощептала Одри. – Говори.
Вместо ответа он поднял ее личико, нежно взяв пальцами за подбородок, и принялся целовать губы. Одри отвечала на его поцелуи со страстью, думая при этом о том, что нарушает тем самым еще одну из заповедей тетушки Айви: никогда не показывай мужчине, как сильно ты любишь его.
Плевать на заповеди!
Поцелуи их стали такими страстными, что, пожалуй, влюбленным не оставалось ничего, кроме как немедленно улечься в постель, но тут Чарли вдруг откинул голову назад и прикрыл глаза ладонью.
– Что с тобой, Чарли? – умоляющим тоном спросила Одри.
– Не знаю, Одри. Сам не знаю.
Каким же грустным был его голос! Одри нежно погладила руку Чарли, ощущая при этом под пальцами бархат халата. Потом она решительно распахнула халат и приложила ладони к обнаженной груди Чарли, покрытой густыми темными волосками.
Наконец Чарли решился и со вздохом признался:
– Дело в оркестре, Одри.
После короткой паузы, во время которой Одри лихорадочно соображала, что же такого страшного могло случиться с оркестром, она переспросила, так ничего и не надумав:
– В оркестре?
Чарли удрученно кивнул:
– Да. Я обязан заботиться о своих ребятах. Так у нас всегда было заведено.
Наступило молчание. Одри спешно подыскивала нужные слова, но ничего разумного в голову не приходило. Наконец она прошептала, желая подбодрить Чарли:
– Да, я понимаю. Оркестр требует больших забот.
Чарли кивнул, и снова наступила тишина. Одри положила голову на плечо Чарли, чтобы он не заметил ее погрустневшего лица.
Оркестр. Чем она может в этом помочь своему любимому?
– О, Чарли. Мне так жаль… Скажи, а что изменится для оркестра, если ты женишься?
– Многое. Видишь ли, – продолжил Чарли, – я обещал ребятам, что мы всегда останемся вместе. Если я женюсь на тебе, то нарушу нашу клятву. Представь себе. Я женился и решил остаться здесь. А как же они? Ведь прежде всего всем нужна работа. Постоянная работа. У нас ее нет. Кроме того, мы же музыканты, а это значит, что мы хотим играть. Хотим хоть изредка давать концерты. Конечно, музыкой деньги не заработаешь. Для этого нужно устроиться по меньшей мере в большой симфонический оркестр, а где его взять? Потом, если я останусь здесь, а они уедут, то каково мне будет после того, как мы уже пятнадцать лет провели вместе? Одри, ты только подумай: ведь мы прошли с ними плечом к плечу через войну, потеряли в бою половину наших друзей. Нет, я не могу бросить своих друзей, не могу.
– Но разве у них нет сейчас работы в городе, Чарли? – осторожно поинтересовалась Одри.
– Работа есть, но она временная.
– Подожди. Если мистеру Льюису нравится его нынешняя работа, я попрошу мистера Вулрича принять его на постоянную. Дел у него на кузнице хватит на двоих. Я думаю, что мне удастся уговорить его.
“Особенно если подкачу к нему с большой бутылкой бренди из запасов тетушки Айви”, – подумала Одри, но вслух об этом говорить не стала.
– Ты думаешь, это возможно?
– Разумеется. Теперь дальше. Мистер Олден и мистер Уотли. Им, по-моему, нравится работать в газете. С ее владельцем, мистером Стедлоу, я думаю, проблем тоже не возникнет.
“Тем более что мистер Стедлоу полностью зависит от тех объявлений, за которые ему платит деньги литературная лига, возглавляемая тетушкой Айви”, – прикинула про себя Одри.
Чарли прикрыл глаза и поморщился, словно от боли.
– Что с тобой, Чарли? – встрепенулась Одри.
– Прости, Одри. Я просто подумал о Фрэнсисе Уотли. Газета – это, конечно, хорошо, но… Знаешь, ведь он дома был помощником шерифа. Ему очень нравится эта работа А в Розуэлле уже есть шериф – Фермин Смолл.
– Мистер Уотли хотел бы стать шерифом? Замечательно, просто замечательно, Чарли!
– Что же в том замечательного? – непонимающе посмотрел на нее Чарли. – Ведь в Розуэлле есть шериф.
– Пока, Чарли, пока. Поверь мне, что это ненадолго! – оживленно воскликнула Одри. Ей и самой очень хотелось бы в это поверить.
Взгляд Чарли сделался задумчивым, и Одри решила пока отложить разговор о дальнейшей судьбе Фермина Смолла и мистера Уотли.
– С Лестером все понятно, – продолжил Чарли. – Как я понимаю, он женится на твоей тетушке Айви и останется здесь.
Одри принялась загибать пальцы – один, второй, третий…
– Не хватает еще кого-то, Чарли. Кого мы забыли? Давай говори, кого. Я думаю, что и с ним проблем не будет.
– Не уверен.
Одри не понравился его задумчивый тон.
– Так кто он и чем он занимался раньше, Чарли? – спросила она.
– Пичи Джилберт, – ответил Чарли. Он грустно посмотрел на Одри и добавил: – Дома он был страховым агентом.
Одри удивленно подняла брови. Страховой агент? А что это такое? Она в жизни не слыхала про таких агентов. Да и никто в округе о них, пожалуй, не слышал.
Но не позволит же она какому-то Пичи Джилберту стать непреодолимой преградой к своему счастью?
– А что это значит – страховой агент, Чарли?
– Пичи подписывал страховые полисы. Ну, знаешь, если кто-то хочет застраховать свое имущество или дом от пожара, или, скажем, грабежа. Он подписывает такой полис и платит за него небольшие взносы в банк, а банк в свою очередь обязуется заплатить ему всю сумму страховки, если с ним что-то случится. У нас дома, в Америка-Сити, почти все имели страховку. До войны, правда. Теперь-то и там царит бедлам.
Одри немного подумала и решительно сказала:
– Похоже, мистеру Джилберту стоит поговорить об этом с мистером Пинкли, управляющим нашего банка. Я думаю, что такое дело, как страховка, может заинтересовать местных жителей. Я уверена, что мистер Джилберт без работы не останется.
– Пожалуй, стоит попробовать.
А Одри в это время прикинула, что можно будет поговорить с их школьной учительницей, мисс Пинкли, дочерью управляющего городским банком. Кажется, мистер Джилберт пришелся ей по душе, так что она, наверное, не откажется замолвить за него словечко перед своим папашей.
