- Я узнал достаточно, - скупо ответил господин Ра.
- После того, как я произнес слово “фотограф”, а мой сын досчитал до пяти?
- И после этого тоже. - Шеф-повар медленно повернулся к гостям и посмотрел на “настоящего генерала”: - У вас проблемы с сердцем и легкими, Дмитрий Евгеньевич. Не хотите бросить курить?
- Нет.
- Я так и думал. Поэтому рекомендации составлены с учетом… если не ошибаюсь, одна пачка сигарет в день?
Николаев хмуро кивнул.
- Еще один нюанс, Дмитрий Евгеньевич: вам придется есть палочками.
- Я не умею!
- Научитесь.
- Не хочу и не собираюсь. Я ем только европейскими приборами!
- Мы не станем дискутировать, Дмитрий Евгеньевич. Ужинать в моем ресторане вы будете палочками. Вопрос закрыт. Ноэль объяснит, как следует обращаться с новым для вас прибором.
Семья ожидала грандиозной бури. Семья замерла, предвкушая, как “настоящий генерал” размажет нахала по стенке. Семья была разочарована.
“Настоящий генерал” закурил и отвернулся.
- Мне тоже придется есть палочками? - негромко осведомилась Анна Леонидовна.
- Нет, обычными приборами, - ответил шеф-повар - Если интересно, я констатировал у вас склонность к ожирению…
Сынуля не сдержал ухмылку.
- …и, увы, сахарный диабет в начальной стадии. Вы обратились вовремя.
- Мне надо к врачу?! - встрепенулась мадам Николаева. - Дорогой, ты слышал? У меня диабет!
- Проверим, - проворчал Дмитрий Евгеньевич.
- Проверьте, - согласился господин Ра. - Но не начинайте курс лечения. Повторите обследование через месяц.
- Вы так уверены в себе?
- Абсолютно.
Сынок выдавил из себя невнятное восклицание. То ли скептическое, то ли презрительное. Шеф-повар повернулся к Николаеву-младшему.
- Теперь о вас, Александр. Постарайтесь в течение ближайшего месяца избегать экспериментов с кокаином.
У сынка отпала челюсть.
- Что?! - это папа.
- О господи! - это мама.
Господин Ра, не обращая внимания на встрепенувшихся взрослых, спокойно продолжил:
- Александр, пища, которую станут вам подавать, поспособствует избавлению от наркотиков, но и с вашей стороны должны быть предприняты определенные шаги.
Николаев-младший стал бледен, как смерть. Николаев-старший, подавив вспышку гнева, глухо поинтересовался:
- Вы уверены насчет Сашки? Он колется?
- Нюхает, - уточнил господин Ра.
“Настоящий генерал” тяжело посмотрел на сына:
- Ты нюхаешь?
Молчание.
Николаев перевел взгляд на повара:
- Как вы узнали?
- Я проводил осмотр.
- Заставили его досчитать до пяти?
- А вам рассказывали о спектральном анализе и компьютерной диагностике?
- Нет, - после паузы ответил “настоящий генерал”. - Ничего такого мне не рассказывали. - Снова помолчал, после чего осведомился: - Он… сможет избавиться?
- Я не волшебник, Дмитрий Евгеньевич, - спокойно произнес господин Ра. - Я сделаю так, что ваш сын потеряет сформировавшуюся зависимость. Все остальное в его руках: организм не станет требовать наркотик, главное, чтобы не требовала голова.
- Понятно. - Взгляд “настоящего генерала” не сулил юноше ничего хорошего. - Это будет самый паскудный месяц в твоей жизни, Сашка.
- Не сомневаюсь, - огрызнулся тот.
- Сыночек, зачем ты это делаешь? - опомнилась мадам Николаева.
Шеф-повар выставил перед собой ладони:
- Господа, вы не могли бы продолжить обсуждение сложившейся ситуации за столиком?
- Конечно. - Подчиняясь повелительному жесту “настоящего генерала”, жена и сын вышли из комнаты. Дождавшись, когда за ними закроется дверь, Николаев поинтересовался: - Сколько будет стоить курс? Ноэль говорил, что цена определится после осмотра.
Господин Ра подошел к столу, взял листок бумаги, на котором было напечатано несколько строк, чуть подумал, вытащил из кармана халата авторучку, написал сумму и протянул лист Дмитрию Евгеньевичу:
- Деньги перечислите по указанным реквизитам.
“Настоящий генерал” посмотрел на цифры и уважительно покачал головой:
- Большие деньги. Даже для меня большие.
Повар молчал.
- Когда платить?
- Хотите - завтра. Хотите - после окончания курса. Если будут результаты.
- А если я решу, что результатов нет, и не заплачу?
- Как вам будет угодно.
- И все?
- И все, - подтвердил господин Ра. - Кроме того, что вы больше никогда не придете в “Круг любителей покушать”.
Николаев улыбнулся, впервые за все время разговора:
- А я захочу прийти еще?
- Все хотят, - серьезно ответил господин Ра. - Мои гости быстро привыкают к хорошей, а главное - полезной пище.
***
Почему на тихой Воронцовской появилось такое количество ресторанов, история умалчивает. Кто-то скажет, что обилие солидных точек питания характерно для центра города, кто-то намекнет на близость Таганской площади, места, как ни крути, известного, кто-то припомнит, что трактиров в этом районе всегда хватало. Факт тем не менее остается фактом - пройдясь по недлинной улице из конца в конец, вы повстречаете заведения на любой вкус: Восток и Запад, итальянская паста и русские щи, изысканные вина и любое пиво. При этом каждое из них, что понятно, старалось привлечь к себе внимание, подчеркнуть, что именно за его столиком вы получите максимальное удовольствие от трапезы и что именно за этими дверями вас встретят как родных. Агрессивная реклама, яркие плакаты… В этом отношении ресторан “Круг любителей покушать” существенно проигрывал конкурентам. Или “конкурентам”? Двухэтажный особняк не украшали неоновые огни, а вдоль фасада не бродил швейцар в форме городового или малороссийского хуторянина, не пели черноокие красавицы в среднеазиатских халатах и не водили медведя на цепочке. Ничего лишнего. Вход только по приглашениям. Скромная табличка слева от двери и всегда вычищенный тротуар. Но именно у этого дома чаще всего останавливались престижные автомобили, именно сюда спешили их преуспевающие пассажиры, вызывая зависть у владельцев соседних заведений. И поэтому никто не обратил особого внимания на очередной лимузин, припарковавшийся у “Крута любителей покушать”. Два джипа сопровождения и милицейский “Форд” в авангарде? Ну и что? В элитном ресторане привыкли к серьезным гостям, и Ноэль, вышедший встречать посетителя, излучал обычное дружелюбие. Не более.
- Господин Елакс! Искренне рад, что вы выбрали время…
- Где повар?
Мужчине из лимузина было под пятьдесят. Довольно высокого роста, худощавый, с отекшим лицом почечника, он не выглядел ярким лидером, титаном, пробившим дорогу благодаря силе и упорству. Слишком изнеженные руки. Слишком хитрые глаза. Хотя было очевидно, что вышел он с самого низа - слишком много высокомерия во взгляде, слишком брезгливо изогнут рот. Елакс относился к тому типу людей, которых хочется заставлять подписываться под каждым сказанным словом: он не вызывал доверия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
