— Я мог ошибиться с расстоянием, но не с направлением.
— Ваше величество, ну вот не надо опять! — взмолилась Ольга, ощутив потребность вступиться за беднягу, замордованного королевскими вопросами и уточнениями. — Не сбивайте человека с дыхания, ему же и так тяжело! Лучше подумайте, что мы будем делать, если это и правда окажутся разбойники, как вы опасались.
— Прежде чем что-то обдумывать, мне надо на них посмотреть хотя бы издали, — объяснил король, охотно меняя тему. — Разбойники тоже разные бывают. Возможно, лучшим решением для нас будет аккуратно обойти их как можно дальше и искать другие варианты. А возможно, именно у них мы сможем получить помощь. Поскольку господа этого рода занятий вряд ли знают в лицо всех представителей королевских домов континента, мы вполне можем выдать себя за беглых преступников, скрывающихся от правосудия. Мне не составит труда убедительно изобразить мошенника и шулера, а вот с вами могут возникнуть проблемы… Для моей подельницы ты слишком простодушна, выдавать тебя за подружку кого-то из нас — тоже рискованная затея, наблюдательный человек может заметить, что это неправда. Что до виконта, то у него благородное происхождение на лбу написано, а уж едва он раскроет рот, даже самому тупому разбойнику станет ясно, как далек он от преступного мира. Разве что… например, неудачный поединок, убил кого-то не того, мстительные родственники преследуют…
— Стойте! — перебил его виконт, вдруг останавливаясь и переводя дыхание. — Мне кажется, сюда кто-то идет.
Король послушно умолк, давая спутникам возможность прислушаться. Совсем недалеко в самом деле кто-то двигался в их направлении — совершенно не скрываясь, с оглушительным треском ломая ветки и неразборчиво переговариваясь.
Мужчины быстро огляделись и не сговариваясь двинулись к ближайшему кустарнику. Укрытие, конечно, сомнительное, особенно для двух верзил в белых рубашках, но ничего надежнее поблизости не оказалось. Оставалось надеяться, что гипотетические разбойники их не заметят. Или что это окажутся не разбойники.
Укрывшись за ветвями орешника, Бакарри осторожно опустил на землю свою ношу и поудобнее перехватил дубину, а король, стараясь не шуметь, вытащил из ножен легендарный фамильный меч.
— В случае чего, — прошептал он, — молчите и предоставьте говорить мне.
Ольга послушно кивнула, стараясь не думать о том, насколько бесполезным окажется королевское красноречие, если их занесло на другой континент и местные обитатели попросту не знают ни одного знакомого его величеству языка. В голову упорно лезли почему-то индейцы, томагавки и скальпы.
— Всадник, — едва слышно определил виконт.
Король кивнул:
— Один. И один пеший.
На этом они умолкли, наверное, как и Ольга, пытаясь понять, что делает всадник в этой глуши и как он сюда забрался с лошадью.
Треск и топот приближались. Через минуту удалось различить вполне разборчиво произнесенную фразу:
— Говорю тебе, здесь точно кто-то есть! Я слышал! Тут были люди!
Несмотря на чудовищный акцент, сказано было по-ортански, и призраки кровожадных охотников за скальпами благополучно развеялись. Более того, Ольге даже почудилось что-то знакомое в том, как невидимый некто коверкал слова.
— Я ничего не слышал! — отозвался другой голос, низкий и басовитый.
— Да ты меня-то непонятно как слышишь, натянув шлем по самую задницу!
Король опустил меч и в тихом изумлении прошептал:
— Не может быть!
— Что именно? — с легким раздражением отозвался виконт, нервно тиская в руках свою дубину.
— Чтобы нам так повезло. Но если я не ошибаюсь…
— А если это разбойники? — продолжал между тем обладатель баса.
— Тогда мы их убьем и ограбим, — жизнерадостно предложил его собеседник и, дополнив это нахальное замечание почти лошадиным ржанием, посулил еще и надругаться над незадачливыми разбойниками противоестественным образом, если у него будет на то настроение.
— Господи! — ахнула Ольга, которая, услышав, какими словами это было изложено, наконец поняла, что имел в виду король. — Да это же Гиппократ!
— Значит, я не ошибся? — зачем-то уточнил его величество. — Что ж, тогда…
Но Ольга уже не слушала. Вскочив в полный рост и выбежав из их ненадежного укрытия, она ринулась вперед, туда, где аккурат показались из-за деревьев гном верхом на кентавре и молчаливый лучник, с неодобрением слушавший их ругань.
— Гиппокра-а-ат!
— Это не разбойники, — невозмутимо констатировал Джеффри, как и подобает джентльмену, не выказывая никакого удивления от встречи.
— Ой ну ни хрена ж себе мать его перетак! — восхитился кентавр, рассмотрев, кто несется ему навстречу с распростертыми объятиями. — Неужели о нас все же кто-то вспомнил?
Он подхватил Ольгу, которая сгоряча попыталась допрыгнуть до его человеческой половины, но без посторонней помощи наверняка не допрыгнула бы, и она повисла у него на шее, всхлипывая от полноты чувств.
— Ну и как можно выпускать это существо из дому? — покачал головой Торнгрим. — Только представь себе, Джеффри, сколько лет он нам рассказывал, что кентаврам с людьми никак, а стоит выйти за ворота, и у него на шее тут же виснет беременная человечка… или как это называется.
— Слазь, паразит! — мстительно вильнул крупом Гиппократ, чуть не сбросив при этом гнома. — На мне поедет дама, а ты и ногами дойдешь. А этот мистралиец, я смотрю, времени даром не терял, а?
— Охальник ты, — сквозь слезы улыбнулась Ольга. — Но как же я рада тебя, грубияна этакого, видеть! И вас, господа, тоже, конечно, не подумайте чего, просто Гиппократ… он… самый заметный.
— Да ладно… — проворчал гном, проворно спрыгивая на землю.
Джеффри только едва заметно кивнул, поскольку его внимание уже сосредоточилось на двух других участниках действия, неторопливо приближавшихся к месту встречи. Внимательный лондриец наверняка успел узнать короля и рассудить, что все вопросы лучше задать ему, а не хлюпающей носом Ольге.
— Приветствую вас, господа. — Его величество, как всегда, не стал отвлекаться на выражение восторгов, а сразу перешел к делу. — Позвольте представить вам нашего спутника, виконта Бакарри. Я верно догадываюсь, что вы сидите здесь с самой весны и до сих пор не знаете, что происходит в мире?
Герои быстро и довольно формально представились и с интересом воззрились на короля.
— До сих пор мы полагали, — осторожно начал Джеффри, — что с Пьером и Жюстин стряслась беда и именно поэтому они не смогли вернуться. Но ваш недвусмысленный вопрос и то, что мы встречаем здесь короля в таком виде, заставляет предположить, что в мире действительно происходит нечто из ряда вон выходящее. Я прав?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
