Сейчас по нему было прекрасно видно, насколько он недоволен тем, что я нанесла визит именно Фрейзерам. Но я честно пыталась узнать причину его недовольства, а он не ответил. Полагаю, размолвка касается чего-то незначительного в прошлом, что вряд ли относится ко мне.
Мне Фрейзеры нравились. И Лора и ее брат. Да, стоило признать, что Линдон, несмотря на обычную внешность, был весьма словоохотлив только в тех делах, которые находил интересными для себя. Невольно вспомнила с каким азартом он рассказывал о своей коллекции оружия и как ретировался, узнав, что мы с Лорой собираемся смотреть ее пейзажи.
- Линдон Фрейзер отличный малый, - кивнул герцог, отвлекая меня от размышлений. – Настоящий джентльмен. Кстати, Аврора, вы знаете, что будучи еще мальчишками Бен и Линдон были дружны.
Лицо Кэшема потемнело.
- А сейчас? – я взглянула на мужа. – Какая кошка пробежала между вами, мой дорогой?
Он немного помолчал, затем бросил:
- Это дело былых времен. Все давно забыто.
- Тогда ты не станешь корить меня за то, что навестила их, - улыбнулась я и тут же ощутила, как муж сильнее сжал мои пальцы своими.
«Забыто, говоришь? – подумала, пряча усмешку. – Но отчего тогда такая реакция?». Если бы все было так на самом деле, он бы не продолжал сжимать мою руку с некоторым ожесточением.
- Но идемте в дом. Вайолет осталась музицировать? – обратился ко мне герцог и все то время, пока шли до дверей, я разговаривала исключительно с ним, стараясь даже не смотреть на Бенедикта.
А тот хранил недовольство и лишь сжимал мою руку так, что я понимала: мужчина все же выскажется мне по поводу этого визита. Конечно, это произойдет позже, когда мы останемся одни. Но непременно случится.
Стоило нам войти в замок, как сверху донеслись звуки музыки.
Я взглянула на герцога, который расплылся в улыбке. Музыка была чарующей. Герцогиня Астер великолепно играла, и у меня появилось желание подняться к ней и послушать ее игру. Но Бен увлек меня по лестнице наверх, едва успела отдать накидку и шляпку подоспевшей горничной.
Астер проводил нас было взглядом, но затем крикнул, обращаясь к сыну:
- Бен! Помнишь наш разговор?
Кэшем запнулся на середине лестницы и обернулся назад.
- Послушай совет своего отца, - улыбнулся старший мужчина и мы продолжили подниматься, но уже не так быстро, как прежде. А Астер, как я успела догадаться, направился к супруге, чтобы насладиться ее искусной игрой на фортепьяно.
- Ты можешь отпустить меня? – спросила, едва мы скрылись из виду, свернув за угол коридора. – Моя рука не предназначена для подобных тисков, - упрекнула Бенедикта и муж, будто опомнившись, разжал хватку и взглянул на меня.
- И как поживают Фрейзеры? – спросил он глухо.
- Полагаю, отлично. В основном я общалась только с мисс Фрейзер. Ее брат отсутствовал по делам, но ближе к отъезду пришел и он, - ответила спокойно.
Бен прошел дальше и остановился только перед дверью в наши общие покои. Распахнув ее, он пропустил меня вперед, затем вошел сам и, плотно прикрыв дверь, принялся снимать камзол, ловко расстегивая пуговички.
Я невольно застыла, понимая, что сейчас этот бесцеремонный человек переоденется прямо при мне, но муж остался одетым по пояс, освободившись от белой рубашки, которая отправилась прямиком на пол.
- Мисс Фрейзер очень милая девушка, - заговорила я, не зная, что делать и чувствуя себя немного неловко рядом с супругом.
- О, да. Вынужден согласиться. И она красавица. Полагаю, выйдет замуж в первый же свой выход в свет, - бросил в ответ Кэшем.
Я невольно вспомнила светлые кудри Лоры и ее тонкую фигурку. Девушка определенно была во вкусе Бенедикта. И этот его нетактичный намек на то, что я три года оставалась девицей…
- Линдон что-то говорил обо мне? – сухо и якобы равнодушно, спросил муж.
Я приподняла брови, глядя на его широкую спину темную от загара. Бен неожиданно повернулся и мой взгляд скользнул по груди мужчины. Дыхание на миг перехватило. Кэшем был, словно сошедший с пьедестала бог, статуи которых стоят в столичных парках и в особняках знати.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Крепкий торс, идеальное лицо, длинные руки и ноги, сильное тело и этот взгляд.
Бену определенно нравилось то, как я смотрю на него. Легкая улыбка тронула губы мужчины. Он качнулся ко мне, сокращая расстояние между нами. Наверное, стоило бы отпрянуть, но очарованная видением такой идеальной красоты, я застыла на месте и лишь на миг прикрыла глаза, когда его широкая ладонь коснулась моей щеки. Большим пальцем он коснулся моих губ, пробуждая внутри настоящий ураган чувств.
- Надо же! – проговорил муж. – Не бежишь прочь?
Насмешливые слова заставили взглянуть на Кэшема, но увиденное неожиданно поразило.
Он не улыбался, как прежде. И уж точно не был намерен смеяться надо мной. Смотрел пристально, жадно. В темных глазах вспыхивали искры. Его рука стала почти горячей, тяжелой. Она обжигала, но едва Бен надавив на нижнюю губу приоткрыл мне рот, я опомнилась и качнулась назад, спасаясь от его прикосновений.
Наверное, стоило сделать это раньше. Мужчина качнулся следом за мной. Твердые уверенные губы накрыли мои. Его руки обхватили мою талию. Бен прижал меня к себе так, что я сразу ощутила всю глубину и ярость его желания.
Тело содрогнулось.
- Нет! – прошептала яростно, оттолкнув мужа от себя.
- Да, - шепнул он в ответ и снова поцеловал, да так, что мир покачнулся.
Вынужденная обхватить его плечи, с трудом удержалась на ногах. Губы Кэшема оставив мои, скользнули ниже, обжигая шею. Одна его рука опустилась на плечо и осторожно обнажила его, открывая Бенедикту простор для его жадных губ.
- Нет! – понимая, что пропадаю, нашла в себе силы оттолкнуть Кэшема прочь.
Он немного удивленно моргнул, затем в глазах его, мгновение назад помутневших от страсти, проступило понимание, и мужчина спросил:
- Ты хочешь меня. Я вижу. Я чувствую.
- Я не просила соблазнять меня! – ответила немного резче, чем собиралась.
Оправив платье, взглянула на мужа.
- Что, если это произойдет? – спросила прямо. – Что, если я захочу большего? Что, если у нас будет ребенок?
- Я никогда не откажусь от своего сына или дочери, - ответил он.
- Но разведешься с его матерью. И сын останется у тебя, разве не так?
- Наше общество устроено так, что наследник остается с отцом, - ответил он, а сам пристально посмотрел мне в глаза.
- Если ты не можешь дать мне больше, чем это, - проговорила тихо и Бен прекрасно понял намек, - не целуй меня больше, - я смерила мужа быстрым взглядом и вышла из комнаты, решив, что на сегодня между нами предостаточно разговоров.
Но шагая по коридору, отчего-то впервые захотела, чтобы он пошел следом и остановил мне.
*********
Леди Роттенгейн лежала на кушетке, слушая игру Алисы, которая музицировала на арфе, когда в гостиную торопливым шагом вошел ее супруг.
Обе женщины подняли глаза. Выглядел лорд Роттенгейн крайне обеспокоено, так что леди Джейн тут же опустила ноги вниз и удивленно проговорила:
- Дорогой, на тебе лица нет! Что стряслось? Что-то с Авророй?
Лорд Роттенгейн поправил волосы и ответил, глядя на супругу:
- Пришли новости из столицы. Только что прибыл гонец. В наш столичный дом забрались воры.
- Что? – леди Джейн резко поднялась на ноги, а Алиса решительно отставила арфу и удивленно взглянула на отца.
- Что украли? – проговорила леди Роттенгейн, но не дожидаясь ответа, принялась причитать, расхаживая по гостиной взад-вперед. – Ах, конечно же, мое столовое серебро! А ведь оно досталось мне от матери! И драгоценности! – всплеснула руками женщина. – Ну почему, боги, почему я не забрала все свои украшения! А мои наряды! Мои туалеты из шелка и парчи! Там ведь есть те, в которых я еще ни разу не выходила в свет!
Она прошлась до окна и вернувшись, рухнула на кушетку, заломив руки и прикрыв обреченно глаза.
- Дело как раз в том, что ничего, кажется, не пропало, - быстро ответил отец. – Кто-то забрался в комнату Авроры и учинил там разгром. Все вещи были разбросаны. Но ни украшения, ни серебро не тронули.
