— Ни в коем случае нельзя вносить в это дело путаницу. Если мы дадим его адвокатам малейшую возможность удлинить поводок, то прости-прощай наш преступник, — застонал Фрэнк.
— Ты, мальчишка, еще только учишься, — ухмыльнулся Ле Фортном. Порывшись в кармане, он, словно волшебник, извлек из него какую-то бумагу. — Дубликаты, но все в ажуре с точки зрения закона, — объяснил он своему приятелю.
Фрэнк широко улыбнулся.
— Ле, кажется, я люблю тебя, только прошу: без всяких задних мыслей!
Ле Фортном засмеялся.
— Не терпится арестовать Джо Кинга?
— Очень, но постараюсь себя пересилить, — ответил Фрэнк.
Они вылезли из автомобиля на жаркое багамское солнце.
А тем временем Джо Кинг все улыбался, выдерживая паузу.
— Привет, Рамона! Ты удивлена? Не ожидала увидеть меня здесь?
На секунду Рамона в ужасе представила себе, что тому все известно. Вот сейчас он выхватит из кармана пистолет и прикончит обоих. Она инстинктивно схватилась за Дэмона. Но здравый смысл все же одержал верх.
— Привет, папа, — беззаботно сказала она, и Дэмона просто поразил ее спокойный, ледяной тон. Он смотрел на этого человека как ястреб на добычу.
Джо перевел взгляд с безразличного лица дочери на Дэмона. В эту минуту Рамона увидела Ле Фортнома с Фрэнком, переходящих дорогу в ста ярдах от них. Какое облегчение!
— Александер, я Джо Кинг!
Дэмон кивнул, расщедрившись на невыразительную улыбку. Надменный негодяй!
— Мне отлично известно, кто вы такой, как, впрочем, и полиции.
Джо, казалось, либо не слышал, либо ничего не понял. В это мгновение он напоминал крокодила с разинутой пастью, готового впиться зубами в свою жертву. Наконец в глазах его мелькнула тревога.
— Что ты сказал?
— Нас с тобой подслушали, — без обиняков объяснила ему Рамона. — Там, на Кубе. Все кончено, мистер Кинг. — Она не хотела больше называть его отцом.
Джо отпрянул в сторону, словно его укусили.
— Что ты сказала?
— Вы все прекрасно слышали, мистер Кинг, — отчетливо произнес за его спиной Ле Фортном. Зайдя справа, Фрэнк схватил Кинга за руку.
— Джозеф Джейсон Кинг, вы арестованы, — заявил Ле Фортном, и эти слова прозвучали музыкой для присутствующих. Он коротко перечислил выдвигаемые против него обвинения, указав на его законные права как арестованного. Фрэнк защелкнул на Кинге наручники.
Рамона отвернулась. Она смотрела на пеликана, который нес свое тяжелое тело низко над водой.
Джо Кинг молчал. Он еще раз бросил взгляд на профиль дочери, убийственный, пронзительный взгляд. Мускулы на его лице напряглись. Он больше не замечал Дэмона.
— Ну, как вы, все в порядке? — спросил их Фортном. Ему предстояло доставить Джо в местную тюрьму. К тому же нужно было подписать кое-какие бумаги о выдаче преступника, но никаких проблем здесь не должно было возникнуть.
Дэмон, кивнув, смотрел, как уводят Джо Кинга. Он повернулся к Рамоне.
— У тебя на самом деле все в порядке, а? — тихо спросил он.
— Все пройдет, — ответила она ему так же тихо. Расправив плечи, выпрямив спину, она огляделась. — Все пройдет, — повторила она тверже. — Это наш последний порт захода. Мне хочется все здесь увидеть. Давай возьмем напрокат снаряжение для подводного плавания, посмотрим на обломки погибших кораблей. Давно пора собственными глазами увидеть, что такое подводный мир.
Дэмон сразу же уловил ее настроение, широко улыбнулся.
— Давай, — сказал он. — Готов побиться об заклад, я увижу гораздо больше диковинной рыбы, чем ты.
— Не задавайся! Скажешь гоп, когда перепрыгнешь! — бросила она ему вызов, а ее голубые глаза засверкали, словно летние молнии.
— Я уверен, — стоял он на своем. — Побежденный должен будет массировать ноги победителю.
— Я просто мечтаю о ножном массаже, — улыбнулась она в ответ.
— Да, но победителю придется назвать все виды рыб, которые ему попадутся на глаза, — ответил он, бросая на нее лукавый взгляд будущего триумфатора. Судя по его лицу, он на самом деле собирался взять быка за рога и уже предвкушал удовольствие от того, как она будет растирать ему пальцы ног, а может, даже полижет их языком… — И не вздумай перечислять всякую желтохвостую мелюзгу, предупреждаю…
— Такую, как люциан, — парировала она, и его голова резко, как на шарнирах, повернулась к ней. — Или, скажем, рыба-ангел, рыба-попугай, или серебрянобокий кижуч, или крабы с лошадиными глазами, или, наконец, коралловые акулы с черным хвостом? — Они уже не думали о Джо Кинге.
— Как это ты умудрилась… — засмеялся он.
— Но к тому же там, в морских глубинах, есть еще кое-что интересное, не только рыба, — весело продолжала она. Они пошли к станции проката. — Мочалки, кораллы, орлиные лучи…
— Орлиный луч — это рыба, — возразил он, хватаясь за последнюю надежду. Нет, все же ему придется лизать ей пятки. Но это совсем не трудно. Даже очень приятно. — Доктор Кинг, откуда у вас такая глыба знаний, — растягивая слова, спросил он, заранее признавая свое поражение и рассчитывая на разумное помилование. — Можно подумать, что вы преподаете в самом Оксфорде! Ух!
Грег с Верити гуляли по городским улицам. Он крепко держал ее за руку. Они уже миновали здание Багамского исторического общества, Дом правительства, арку Грегори, ворота Постерн, нигде не задерживаясь. Продолжая прогулку, они вышли к большому кафедральному собору. Здесь они остановились.
— Это первая церковь на нашем пути, — тихо сказала Верити. Грег кивнул. Вместе они вошли в храм.
Джо Кинга привели в камеру для допросов, где его ожидали двое британских полицейских.
— Я требую встречи с адвокатом, — сказал он. Это были его первые слова, произнесенные с тех пор, как его вывели с пристани в наручниках. — С глазу на глаз.
Полицейские, переглянувшись, пожали плечами. Они не имели права отказать ему в телефонном звонке. В накаленной, душной тюремной камере Джо Кинг долго смотрел на телефонный аппарат. Поднял трубку. Набрал номер.
Но он звонил не адвокатам. Они очень скоро сами разузнают, где он находится и почему, и примчатся сюда как миленькие. В глубине души он отлично знал, что они вряд ли смогут вытащить его из такой передряги. Но он не собирается тонуть один — он потащит за собой других.
— Да, слушаю, — раздалось в трубке, и Джо Кинг тут же почувствовал облегчение. Прямо-таки весь размяк. Если бы они замели еще и Дойла, то он не знал бы, что делать.
— Это я, — сказал он, не называя себя по имени. Телефон могли прослушивать.
В своей каюте на "Александрии" Джефф Дойл выпрямился на стуле, мозг его лихорадочно заработал, в голове появилась кристальная ясность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
