долю также бед свалилось хоть отсыпай, но выработанное за тысячелетия умение выживать в дичайших условиях с подчинением центральной власти помогли сохранить остатки государства и населения. Наведя порядок на отдельно взятой территории и вычистив часть уцелевшего населения в Белоруссии, Украине и Чехии, власть обратила свой ясный взор на сравнительно чистые земли, лежащие намного южнее родных заснеженных полей с берёзовыми рощами.
– Сбылась мечта идиотов поселиться на берегах тропических морей? – вставил слово Михаил.
– Сбылась, – кивнул полковник. – Тем более их требовалось застолбить, пока не очухалась радиоактивная европейская помойка. Выбор пал на восточную Африку и на часть островов Юго-Восточной Азии.
– Понятно, хапали всё, что подальше от атомных станций и крупных промышленных центров, – переглянувшись с Бояровым и женщинами, которые неслышными тенями заполонили кухню и оседлали все пригодные поверхности, высказался Владимир.
– Да, а что, по-вашему, оставалось делать? Вы не представляете, насколько человечество загадило планету. Такое чувство, будто всё дерьмо подальше от глаз под коврик заметали, и до поры до времени картина выглядела благопристойно, но стоило хозяевам покинуть сей бренный мир, фекальные массы моментально всплыли на поверхность. Просто мрак и тихий ужас, туши свет, бросай гранату! Нам крупно повезло в части сохранности военного контингента…
– Пришлось пострелять? – невинно поинтересовался Михаил.
– Пришлось, – не стал отнекиваться полковник. – В Турции, потом в Красном море пустили на дно одну подлодку… много где. Мы же прошли через проливы, сунулись в Суэцкий канал, а там несколько танкеров и контейнеровозы всё наглухо закупорили, ну, и восемьдесят процентов судов пошли вокруг Африки, а часть разгрузилась в Египте, в основном армейцы, и своим ходом попылили в Танзанию и Эфиопию. Не одни мы такие умные оказались. Итальянцы с испанцами, как выяснилось, так же активно драпали в Ливию и Марокко. С какого перепугу некоторые из них решили быковать на средиземноморских трассах, я не знаю, но акулы порадовались кормёжке.
– А скажи-ка, гость дорогой, перебирались всем кагалом аль нет? Что-то подсказывает мне, что…
– Правильно подсказывает, – ядовитая хина стекла с губ полковника. – Нет, не всем. Часть людей переселилась в Среднюю Азию и Сибирь. Почему?
– Хм, – скрипнул стулом Михаил, потерев небритый подбородок. – Столбим территорию?
– Приятно иметь дело с умными людьми, – грустно улыбнулся полковник, превращая в труху третью по счёту сигарету. – Как бы мы ни хотели, чтобы наше будущее было радужным и безоблачным, но люди не меняются. Как ни прискорбно признавать. Мир не настолько велик, господа-товарищи. Пройдёт сто, двести лет, наши потомки вновь заполонят планету, и она опять начнёт скукоживаться и уменьшаться. Тот, кто первый застолбит за собой относительно чистые земли, тот и будет править балом. Командование смотрит вперёд, планируя категориями десятилетий и столетий. Иначе сейчас нельзя. Оперирующие сиюминутными потребностями, как показывает практика, обречены на вымирание или уничтожение… Возвращаясь к сказанному, Африка, Азия – это очень хорошо, но и на родине осталось достаточно народа, чтобы продержаться не один десяток лет. Кое-что мы наладили и обеспечили, организовали связь, да и на юг не просто так собирались. Заводы снимали прямо как во Вторую мировую. Караван из пяти десятков судов много чего в трюмах содержал, поверьте мне.
– Красиво поёте, полковник, вы там свистаните зелёным свистком, когда лапшу снимать с ушей. Что, прямо-таки всё как в сказке: отцы-командиры, денно и нощно заботящиеся о благе народа, тот самый народ, безоговорочно следующий за мудрыми кормчими. Где подвох, Борис Михайлович? Лубок красивый вы нарисовали, а что кроется за ним, обошли стороной.
– Не хочу о грязи, – тяжело вздохнул полковник. – Не стану обманывать, хватает всего. И грязи, и крови по маковку. Турки, индийцы, китайцы, малайцы, корейцы, уцелевшие в Европе… народу выжило с гулькин нос, а… да что там говорить! – махнул он рукой. – Оружия в мире столько, что до зубов вооружены даже зубы зубов, а мест приличных не осталось. Режутся все со всеми. За всё что угодно: земля, еда…
– Женщины…
– Женщины, – эхом отозвался полковник, поймав взгляд Валентины. – Диспропорция полов сумасшедшая… В шахтах и подземельях работало много мужиков, и от этого никуда не деться. Пришлось и этим вопросом заниматься по мере сил и возможностей, – совсем глухо закончил он таким тоном, что окружающим становилась ясна бесперспективность расспросов на данную тему, а обладающие малейшей толикой фантазии сразу представляли варианты решения женского вопроса. Полковник лишь криво ухмыльнулся и едва заметно кивнул на выгнутую бровь Михаила.
– Грубо говоря, нас спасло армейское ядро и дисциплина. Жесточайшая, тоталитарная дисциплина, если хотите. Расстрелы и казни. Всё было, не стану скрывать.
Только так мы сумели удержаться на грани и не рухнуть в бездну тотального вымирания, как бы пафосно последнее ни звучало. Вы не представляете, что творилось в первые месяцы… Как-то не думал я, что придётся натуральным образом воевать дома и ходить в рейды против своих же сибиряков и Поволжья. Киев мы задавили походя, да и не сопротивлялись они особо, наоборот, радовались, когда их вывозили из заражённых зон. Такие вот пироги с котятами, ребятки. Думайте, что хотите.
– Ладно, это всё прекрасно, – Михаил легонько хлопнул ладонью по столу, – а к нам ради каких гвоздей вас понесло?
– Земля, форпост, – легко отозвался полковник. – Хотите верьте, хотите нет. По отзывам вашей бывшей жены и друга, вы тут серьёзно и надолго обосновались. Если верить их характеристикам, вы вообще основательный товарищ. Стоп-стоп, пожалуйста, без вопросов. Да, это не всё. У нас полно людей, которым не пошёл климат, о различных болезнях типа малярии, мухах цеце и лихорадках я не упоминаю. Много облучённых, говоря простым языком, и тех, кто элементарно желает вернуться в Россию, но не всех мы можем вернуть туда, откуда взяли, да и нецелесообразно это, поверьте мне. Есть ещё чехи и белорусы, которые бы с удовольствием обосновались хуторами подальше от жары, но поближе к зимам. Вижу недоверие в ваших глазах, тем не менее это так. Как я говорил, пройдёт сто лет, и цена чистых земель возрастёт на порядки. Вы тут сидите, можно сказать, у Христа за пазухой и не знаете, что японцы массово бегут на Сахалин и в Корею, и только основание военного поста на острове позволит нам в будущем удержать его за собой. Китайцы, сколько бы их ни оставалось и как бы они между собой ни воевали, хлынули в Северный Вьетнам. Кстати, от вас до Китая тоже только реку переплюнуть, и корейцы недалеко, а мощных промышленных кластеров, способных отравить природу в ближайшей округе, не было ни у кого, поэтому хотите вы или нет, но пост и военный форт здесь будут
