ее офис. Он находится вверх по шоссе 28 от Файв Корнерс, так что это достаточно близко, чтобы доехать».
«Хорошо. Я скажу твоей маме. Ты можешь ехать прямо туда и возвращаться прямо домой. Если ты хоть немного отклонишься, это будет иметь серьезные последствия».
«Я также извинюсь перед мамой».
«Не беспокойся. Она не примет этого, и это приведет к новой ссоре».
«Мне очень жаль. Я совершил большую ошибку».
«Да, совершил. Но ты также осознал ее и принял наказание без споров. Это зрелость, сынок. Но ты все еще проявляешь признаки незрелости, когда находишься в состоянии стресса. Вот над чем тебе нужно работать».
«Да, папа».
Он вышел из комнаты. Я действительно облажался, и он применил довольно мягкое наказание, при прочих равных условиях.
Я подошел к своему Apple и начал работать над программой для Андреаса. У меня в голове было несколько идей, которые я хотел опробовать, и обычно мне больше везло, когда я просто садился и писал программу, а не пытался набросать ее на бумаге. Кассовая часть была легкой, и у меня получилась простая программа, в которой можно было ввести цену товара, краткое описание и распечатать чек. После этого я начал работать над некоторыми идеями по ведению инвентаризации и получению грузов. Как только я закончу, я соединю их вместе.
Отец позвал меня на ужин, и я пошел поесть с семьей. Никто со мной не разговаривал, и это, наверное, было к лучшему. Если бы мама или Стефани сказали мне что-нибудь, это обязательно было бы встречено каким-нибудь негативным комментарием с моей стороны. Если бы Джефф сказал мне что-нибудь, я мог бы и вломить ему. Я изо всех сил старался избегать его с тех пор, как вернулся домой, и мне это удавалось. Я видел его практически только во время еды, и это меня более чем устраивало. Я все еще задавался вопросом, что произошло, пока меня не было, но Стефани мне не сказала, и теперь мы не разговаривали.
Когда ужин закончился, я без спроса начал мыть посуду. Все остальные покинули кухню, что меня порадовало, так как я действительно не хотел ни с кем разговаривать. Ну, это было не совсем так. Я действительно хотел поговорить с Донной и извиниться за тупость и мерзость моей мамы. Я сделаю это в пятницу. Я закончил уборку на кухне и пошел в свою комнату.
Я достал свою книгу и читал пару часов, а потом пошел поиграть в бильярд. После нескольких стоек с шарами я вернулся в комнату и рано лег спать. День был утомительным, и я легко заснул.
Во вторник я проснулся раньше рассвета, искупался, принял душ, оделся и позавтракал. В 6:30 утра я сказал папе, что иду к доктору Мерсер. Он напомнил мне, чтобы я сразу после этого вернулся домой. Я пообещал ему, что так и сделаю. Я взял велосипед и поехал к кабинету доктора Мерсер. Она ждала одна за стойкой регистратуры.
«Стив, заходи».
Мы вошли в ее кабинет.
«Расскажи мне, что происходит».
Я объяснил ей, что произошло с Дженнифер и мою реакцию на это. Как это привело к ссоре со Стефани, а затем к ссоре с Питом и Мелани.
«До поездки в Швецию у тебя вроде бы все было хорошо. Что там произошло, что стало причиной этого?»
«В Швеции? Ничего. Там происходило только хорошее. За исключением одного случая плохого суждения о девушке, все было просто фантастически. Я наконец-то покончил с Биргит, когда посетил ее могилу и провел время с ее семьей, у меня появилось много новых дружеских отношений, и у меня была действительно счастливая, спокойная жизнь. Потом я вернулся домой, и все полетело к чертям».
«Ты уверен, что не рисуешь радужную картину своего пребывания в Швеции?»
«Да, я абсолютно уверен. У меня действительно был удивительный, свободный от стресса год, хотя моя мама и пыталась все испортить».
«Расскажи мне об этом».
Я объяснил, что произошло, и что на самом деле я провел время лучше, потому что это позволило мне встретить Пию. Я рассказал ей о Пии, Катт и Софии, а также о Торбьорне и Хельге.
«И за весь год не произошло ничего стрессового или плохого?»
«Ну, только один случай, когда я принял плохое решение на основе неполной информации, но я сразу же разобрался с этим, и все разрешилось. Знаете, я беру свои слова обратно, там был еще один инцидент, но на самом деле это было что-то здесь, что повлияло на меня там. Мои друзья там помогли мне справиться с этим, и это действительно не имело никакого плохого эффекта».
«Что это было?»
Я рассказал ей историю Бекки и объяснил все, что с ней произошло и как я ее разрешил.
«Вот это я и хочу услышать. Ты использовал техники, которые я тебе дала, чтобы решить серьезную эмоциональную проблему. Почему бы тебе не сделать это сейчас?».
«Потому что я нахожусь на той стадии, когда мне уже все равно. Все мои отношения заканчиваются из-за каких-то внешних сил, которые я не могу контролировать. Биргит, Дженнифер, Карин, София, Пия, и это только некоторые из них. Поэтому я просто решил не переживать. Простите за выражение, но мой ответ на все это — «к черту».
Мы разговаривали несколько минут, пока она задавала вопросы, а я давал ответы.
«Стив, наше время почти истекло».
«Так, может, назначим еще одну встречу?»
«Нет».
«Нет? Почему?»
«Потому что ты не склонен к суициду и не собираешься причинить кому-то физический вред».
«Верно, но у меня есть проблемы».
«Да. Но ты не хочешь их решать. Пока ты не избавишься от своего «к черту», как ты это называешь, отношения, я не смогу тебе помочь, и мы просто потеряем время».
«А если я это изменю?»
«Тогда тебе, наверное, не нужна моя помощь, Стив. С тобой все будет в порядке».
«Как я могу это исправить?»
«Психология — это не магия! Что случилось в прошлый раз?»
«Вы поговорили со мной и дали мне техники для работы над моими проблемами».
«Да, и кто решил твои проблемы?»
«Я».
«Да. Потому что ты этого хотел. Но ты не хочешь решать эту проблему. Я слышу все, что ты говоришь. Если ты собираешься просто идти по жизни, не заботясь об этом, то никто не сможет тебе помочь. У тебя есть техники, которые я тебе дала. Используй их».
«Знаете что, доктор? К черту.»
«Позвони мне, если передумаешь, Стив,
